Сицилийская мафия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Цоколь

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

-----из гостиной (Антонио и Нальдо)

Происходящие события далее стали напоминать Нальдо вращающийся на оглушительной скорости калейдоскоп. Только он хотел было ответить Арриго "да, есть, возьми мои", как в гостиной прибавилось народу - злополучный Ферручио и русский. Консильери только ответил сдержанным кивком на приветствия обоих, не забыв наградить родственника Антонио резким взглядом - что этот молодняк себе позволяет в самом деле, однако этим стоит заняться позже.
Проводив появившегося босса взглядом он в очередной раз оставил многое из того, что думал, при себе, а точнее, всё. Русскому он не доверял, особенно после случайного совпадению событий - перестрелке в том месте, где они должны были встретится именно с Лариным, чтобы встречу сорвать... или не допустить вообще? Убить босса можно было, так разобраться, в любое другое время и в другом месте - Антонио никогда, точнее, почти никогда, не ходил в компании секьюрити, да и никому не докладывал о том, где бывает, а потому осуществить коварный план можно было позже, раньше, но именно тогда и сейчас? Кроме того, удивила логика русского - как это он вычленил из огромной толпы именно Ферручио, а, в частности, где откопал его, а это доверчивое создание привёз его не куда-то, а в особняк дона, увидев впервые в жизни.
"Если Лимите позёры, то мы на их фоне можем казаться идиотами".
Кивнув на распоряжения Антонио, Нальдо проводил взглядом последних уходящих, направляясь уже в подвал, чтобы настроить АТС. Да, учился в университете не этому, однако и это далось без особого труда освоить позже, благо язык оказался похожим, а команды куда проще. Наконец, оставшись в одиночестве, Нальдо позволил себе немного расслабиться, и, наконец, закурить, причём, даже пепельница стояла там, где поставили.
Через полчаса всё было готово, о чём Антонио был извещён СМС, после чего консильери вернулся обратно в холл, в ожидании дальнейших распоряжений. Была у него мысль касаемо казино, как можно было разобраться с негодяями более тихим способом, однако озвучивать не спешил  - это он бы сделал именно так, но раз босс отдал приказ, то так тому и быть.

2

Проследив, как ворота закроются за последним из уехавшись, дон спустился с крыльца и пошел неспешно прогуливаться вокруг своего дома. Не то, чтобы он хотел о чем-то подумать, скорее просто - побыть в одиночестве. Эта неделю была такой насыщенной, что хотелось всю следующую только и сидеть дома, чтобы просыпаться рано утром, наблюдая за тем, как подстригаются розы, и ложиться до полуночи, сразу же после яркого морского заката. Очевидно, все так и пойдет. Конечно, это еще спорный момент - сможет ли Тони удержать себя в пределах виллы, потому что даже в нездоровье он предпочитал активную позицию. К тому же, нужно было срочно разбираться в причинах и следствиях того, что вытворяют Лимите.
На подходе к кухне, где он собрался сделать несколько бутербродов для себя и Нальдо, его достигла смс, что АТС готова и работает в полной мере. С бутербродами он провозился еще около 20 минут, потому что левой рукой мог только придерживать доску. Сделал, выложил на тарелку, пошел вниз к Нальдо - помогать и контролировать.
На лестнице, спускающейся вниз, в подвал, в кармане брюк опять завибрировал телефон, и звонок тут же передался на АТС. Повременив, пока спустится, Тони нажал на кнопку ответа. Звонил Ферручио, и, пока не послышался его голос, на фоне отчетливо можно было раслышать шум сирен в какой-то неприятной пустоте. Грудная клетка тут же сжалась от страха за жизни своих племянников. Может, это и не Ферру вовсе?
- Алло. - с напряжением отозвался Антонио.
- Дон... - Нет, все-таки это был Ферручио, тяжелый камень свалился с плеч - "Чикаго" взорвали. С Дино и со мной все хорошо: мы ранены, но живы. Едем в больницу.
Снова комок у горла. Честно слово, как на американских горках. Взорвали? Пришли и взорвали? Ничего себе размах. Либо Лимите охамели в конец, разносить пол Палермо вместе с гражданскими, либо это не они. Но если не они - кто же?
- Взорвали?.. - пауза, длиннее, чем должна была бы быть в идеале, - Сукины дети... Там же были люди. Обычные люди. Сильный взрыв?
Голос все-таки сорвался на нервный, взволнованый.
- Дон... Босс... я позвоню вам позже? Взрыв сильный. Тут уже полиция, мы уезжаем. Я приду в себя и приеду. Я в норме...
Антонио все больше напрягался и ругал себя за то, что это слышно по его голосу. Даже стоять спокойно не мог, метаясь по небольшому помещению как лев в клетке.
- Ты уверен, что все в порядке? Что с Дино? Он только ранен? Или что-то еще?
- Держится молодцом, вроде, не серьезно. Босс, правда, не волнуйтесь. Мы вам из больницы позвоним. И я поеду дальше.
В порядке.. как же. Я тоже "в порядке", а меня чуть не убили. - сердцебиение участилось с начала разговора, и никакие уговоры, что "все хорошо" не могли помочь, пока он сам, собственными глазами не увидет, что с парнями все в порядке, что они действительно живы и никакой угрозы для их здоровья не существует.
- Обязательно позвоните. Не заставляйте меня волноваться.
Прекращать разговор дон не хотел, желая цепляться за родные голоса своих родственников, но и мешать им не мог. Сейчас они должны ехать в больницу, а потом - посмотрим.
- Конечно. Чао.
В трубке послышались короткие гудки, и Антонио перевел свой испуганный, действительно испуганный, взгляд на Нальдо.
- Бред какой-то. - только и сказал Тони, снова поднимая к глазами телефон и набирая номер Санто.
- Абруцци. "Чикаго" взорвали. Тебе уже доложили?
- Да, мне это известно. Есть информация о жертвах? Мне ничего о них не говорили...
- Дино и Ферручио в порядке. Про остальное - неизвестно. Где ты и куда ты? Как яхта поживает?
- Я еду к нашим "друзьям". Хочу поучаствовать в боях без правил. А Святая Лючия опочевает в объятиях Нептуна.
- Платишь той же монетой? Я так понимаю ты в полной комплектации. Если что потребуется - звони. Подгоню и своих ребят.
- Зуб за зуб. Старо, как мир, но справедливо. Не мы начали войну. Ты-то там как? Пользуешься своим положением?
- По сравнению со всеми вами - плюю в потолок. В общем, дай знать, если будет нужно подкрепление.
- Я позвоню...

3

въезд на виллу

Джулио не сразу сообразил, что босс находится в подвале, наверное просто сам Джулио предпочел бы кабинет. И иногда уследить за перемещениями босса было весьма сложно. Эта мысль даже позабавила.
А почему именно подвал? Джулио пару минут постоял в дверях, подпирая собой дверной косяк. Помимо дона в комнате был еще советник Нальдо.
Как ни странно старший советник Джулио был не очень хорошо знаком, но впечатление производил приятное.
Впрочем, команданте не привык полагаться только на впечатления.
Джулс постучал костяшками пальцев по двери, давая о себе знать и наконец прошел в комнату.
Босс только что закончил разговаривать по телефону.
- Приветствую, босс. - приятный голос, нейтральный тон и внимательный взгляд, от которого не укрылось что телефонный разговор встревожил босса.
- Здравствуйте - еще более нейтральный тон, когда приветсовал советника.

Отредактировано Джулс Эрмете (2009-02-04 22:00:08)

4

После разговора с Санторио стало спокойнее и даже, о боже, веселее. Тони снова чувствовал горячее тяжелое чувство, полыхающее в животе, так похожее на любовь, но зовущееся иначе. Как раньше, когда "дон" в его понятии не ассоциировался с оплотом и стержнем семьи, а принимал бои так же на уровне своих подчиненных. Но теперь приходилось только руководить, не показывая носу с виллы, в большинстве своем даже не из-за травмы, а из-за появившейся ответственности - необходимости быть живым. И радоваться можно было за то, что есть такие редкие исключения среди его окружения, которые прекрасно понимали приказы без слов, словно читали мысли, и поступали ровно так, как сделал бы сам дон. Вот она: синхронность, которой хотелось бы добиться со всеми своими подчиненными, но при таком положении босс был бы ненужен.
По лестнице кто-то спускался, и Антонио уже мог догадаться - кто, потому что кроме Эрмете на вилле никого быть не должно, ну, за исключением шестерок и охраны. Поэтому, когда за спиной послышался знакомый голос команданте, Морелло не сразу повернулся, поздаровавшись с ним так.
- Привет, Джулс. - Тони развернул к себе экран компьютера, дожидаясь, когда тот вычислит местонахождение Абруцци на карте. Ахха, то есть он уже, по сути, совсем не далек от клуба МакДейста. Щекотливая ситуация. Зная хозяина клуба, можно было бы предположить множество путей продолжения и, чтобы на всякий случай перестраховать своего друга, Антонио решил пожертвовать своей безопасности (впрочем, он и так в безопасности на своей вилле) и отправить Эрмете в помощь.
Дон обернулся к Джулсу и даже улыбнулся, что вообще редко делал. Несмотря на все то, что случилось за день, Тони чувствовал какое-то безумное веселье от происходящего, от чего шрамы на теле начинали пульсировать, напоминая о старой боли и сосредотачиваясь на свежей ране. Да, раньше жилось значительно веселее, но Мариконе не шел тем же путем, что иммигранты, и уважал жителей Сицилии так же, как и саму Сицилию, не допуская, чтобы война вышла за границы дозволенного.
- Будь рядом. Возможно, поедешь прикрывать Санто в клуб 'De l'Ombre'. - мужчина вытащил из кармана сигареты, которые стащил со стола в гостиной, и прикурил, облакачиваясь на стол. - Собери оружие... и все, что понадобится. И своих парней. Чтоб все были готовы выступать в любой момент. Пусть ждут во дворе.
Просто так клуб не поддастся, и Антонио уже жалел, что Абруцци так резко и безропотно отправился в него. Там могло случится все, что угодно. Хотя, с планами друга он не был знаком, предполагать можно было всякое, но - гарантий никаких нет.
- Пленных не брать. - задумчиво добавил Антонио, затягиваясь крепким дымом и медленно выдыхая куда-то в потолок. Затем, опустив голову, дон снова посмотрел на Джулса. - Усиль охрану с моря.

5

Босс закончил приготовления, а после обернулся к команданте.
Джулс понимающе улыбнулся в ответ и чуть внимательнее взглянул на босса. Вроде после ранения он был в относительном порядке, Джулио вздохнул спокойно.
Он понимал сейчас состояние дона, нет, не переживания, если они вообще таковые имели место быть. А азарт, и жажду действий.
На то он и дон, чтобы не впадать в рефлексию при случае и не терять головы. 
– Разборки это хорошо – протянул усмехнувшись. Как всегда немногословен.  Да и так удобнее, ведь команданте отвечал не только за безопасность босса, но и его окружения, к примеру.
А напасть на конкурентов – вообще уговаривать не пришлось. Это с удовольствием, Джулс нравилось жить на адреналине.  – Сколько примерно человек сейчас в распоряжении Санторио? – уточнил команданте. Вообще по его предположениям, группы из 14 человек будет вполне достаточно, чтобы прикрыть.
Джулио на пару минут призадумался, и кивнув набрал номер одного из подчиненных.
– Але? Как дела?  Необходимо, чтобы еще два катера дополнительно патрулировали береговую линию. Никого не подпускайте. Почувствуете  малейшую угрозу, вызывайте подкрепление. – Джулио занялся первостепенной проблемой, по идее получалось три патрулирующих катера с вооруженными людьми.
Команданте снова взялся за телефон.
- Боевая  готовность, всех жду во дворе. – последовал приказ. – Четыре человека пусть прихватят с собой подствольные гранатометы. И потрудитесь одеть «броню».
В остальном, экипировка стандартная. Для меня, пожалуй, сгодятся пистолет, пистолет-автомат, один из этих гранотометов мой. – команданте понял, что босс не склонен недооценивать конкурентов и сам предполагал, что возможны осложнения.
Если Санторио со своими людьми застрянет в клубе, придется пробиваться к ним с боем.   
- Даже хозяина заведения или его подручных? -  Джулио поймал взгляд босса. Значит, и пара винтовок с оптическим прицелом пригодятся, меланхолично подумал.
Нет, специально гоняться за неким МакДейстом в его задачу не входило, но если попадется в поле зрения…
кто не спрятался…
В течение получаса двор заполнили машины и его люди, ожидающие дальнейших распоряжений. Сам Джиулио присел на подлокотник дивана, и скинул пиджак. Осталось дождаться звонка и пока все окончательно соберутся во дворе. Клуб 'De l'Ombre' – на КПК в руках команданте высветился наиболее короткий маршрут и вид здания.
Любимая куртка есть в машине, как раз кстати.

Отредактировано Джулс Эрмете (2009-02-07 02:27:28)

6

Наблюдая за перемещениями босса, Нальдо методично курил, поставив пепельницу рядом с ноутбуком, что соединялся с АТС, дабы ему не приходилось повторять тех же манёвров с бесконечной беготнёй туда и обратно. Система, увы, сбоила, поскольку работала по принципу самолёта из известного анекдота: "а сейчас мы попробуем взлететь со всей этой хернёй на борту". Каждую минуту появлялось сообщение об очередной ошибке, когда не стыковались протоколы, а Нальдо методично правил вручную. Звонки от остальных членов клана он мог принимать сам, но Антонио предпочитал делать это самостоятельно - как помешать тому. С другой стороны, все записи можно было без труда поднять через сервер, если это будет нужно.
Собственное "бездействие", конечно, не радовало, но с другой стороны - он боевой единицей не был и в его задачи силовые действия не входили, а вот отлаживать неработающую систему или поспособствовать процессу  "мозгового штурма" - другое дело.
Поприветствовав кивком Джулса, Нальдо снова обратился в зрение и слух, ожидая приказа или же очередного распоряжения.
"Не слишком ли много шума для одного дня?"

7

Наверное, было бы логичнее взять пару заложников, мастью побольше, чтобы было хоть какое-то оружие против Канторини, но тут было несколько затруднений. Он не всегда жалел своих подчиненных и тратил их налево и направо, так что было непонятно, возьмется ли он за тех, кто окажется "в плену" или наплюет. Но еще сложнее было понять, что можно было требовать взамен? Остановить войну? Антонио сам толком не понимал какой в ней смысл, и почему именно сейчас, когда в городе так много "лишних", почему так масштабно, что он такого сделал, что заслужил такой неразборчивой глобальной мести. Сам же он никогда не предпринимал таких шагов, да и не разрешал своим парням переступать определенную черту. То, что сейчас Санто собирается на хрен разбомбить клуб - всего лишь ответ. Естественная защита. И несмотря на то, что Тони подумал о том же, что и его друг, он боялся за Канэ. Да что уж там, он боялся за всех. Его слабость была в том, что их клан был традиционной семьей, в прямом смысле слова, когда Коза Лимите могла похвастаться простым набором головорезов, не связанных между собой ничем, кроме денег.  И это дает осложнения и слабину для Короны.
Антонио почувствовал как устал. Физических сил совсем не было, и ноющая боль в ране напомнила, что он нездоров. Он вздохнул, потирая пальцами глаза и прошелся по комнате, обходя Джулио.
- На кой хрен гранатометы? Вы мне город не разбомбите, а? - не хотелось бы, чтобы пожар с клуба перекинулся на другие дома. Зная Санторио, можно было предположить разные пути "захвата", но почти всегда они несколько удивляли Тони. Но тот знал, что делал, главное - не заразить своей прытостью остальных, вроде Джулс. - Возьмите бутылок, закидайте "молотовым". Я не собираюсь никого уничтожать под корень вместе с коренными жителями.
И правда, зачем? Хотел бы он полностью уничтожить другой клан? Наверное, нет. Было бы скучно. К тому же, появилось бы много других шаек, менее честных даже по сравнению с Коза Лимит, с которыми приходилось бы разбираться суровее. А так... хоть какая-то организованность.
На последний вопрос со стороны Джулио, Тони ответил немногословно. Зачем теперь выбирать - кого бить, а кого нет?
- Всех. Устроим вместо клуба морг. - дон остановился возле стола, положив свою руку на плечо Нальдо и какое-то время незряче смотрел перед собой, явно о чем-то думая. Сейчас он в красках представлял все это выликолепие войны, и ком тяжело поднимался к горлу - хотелось. Хотелось выйти и поучаствовать, и если раньше можно было наплевать на раны, еще свежие и кровоточащие, то теперь возраст слишком явно давал о себе знать. Так вот, что это означало, когда его отец вдруг однажды сказал "Как я устал". Наверное, он чувствовал себя похоже, и ощущал большее отсутствие сил чем, скажем, лет пять назад. Отец... как было бы хорошо увидеть снова этого безжалостного холодного как сталь человека. Казалось, его разум никогда не был затуманен чувствами, и он умел выбирать правильный вариант решения любой задачи. Когда он был на "троне" - клан цвел. А сейчас? Сейчас...

8

- Как скажите, босс. Позаботьтесь о себе. - Джулио направился к выходу. Некоторые сомнения в необходимости своего присутствии около клуба были, да и время поджимало. Но съездить до места не трудно. - С вашего разрешения, босс. - команданте решил теперь не брать всех, лишь несколько человек с собой, так быстрее получится. У них навряд ли получится приехать раньше полиции. Остальные подтянутся следом.
Можно было не сомневаться, что команданте сделает все, что возможно в такой ситуации.
Джулио быстро вышел во двор, где его уже ожидали ребята.
Прихватив с собой несколько человек, Джулс сел за руль сам. Джип спешно выехал с территории виллы.

клуб

9

Нальдо и Антонио снова остались в подвале одни, в полной тишине. Было только слышно тихий гул от процессора и какие-то телефонные помехи. Дон опустился на старый диван, который затащили сюда после ремонта, и позволил себе на минут десять закрыть глаза. Просто закрыть, без каких-либо то мыслей. Но боль все равно заставляла возвращаться в реальность. Боль не в плече, а где-то в голове, пульсирующая в неприятном медленном темпе, словно бы издевалась. Тони резко распахнул глаза, возвращаясь в реальность, в подвал, в сумрачное освещение и к лицу Нальдо, освещенному бледным светом монитора. Вздох.
- Будешь кофе? - оставив вопрос без ответа, Антонио пошел к лестнице, чтобы выбраться на первый этаж дома. Оказывается, это больно - подниматься. Как будто бы не ногами двигаешь, а больной рукой и раненным плечом. Странное чувство.
Наверху все было тихо. Все разошлись по своим делам, и даже привычных щелчком садовых ножниц не доносилось с улицы. Даже Чолита была занята делом, и только он - босс клана - прохлаждался, наслаждаясь "чудесным теплым днем".
Кухня так же пустынна. Но делать кофе себе и даже кому-то - было не в тягость. Антонио никогда не отличался пренебрежением к таким бытовым делам и, бывало, слишком простодушно относился к своим подчиненным. Наверное, тому виной было то далекое время, когда многие его советники и адвокаты были старше его в полтора раза.
Щелкнув по кнопкам кофеварки и подставив под нее две чашки, Тони отдернул жалюзи, прикрывающие прохладную кухню от дневной жары. Солнце стояло еще высоко, но уже не так сильно пекло. Кофеварка заурчала, зашипела, и вскоре послышался звук падающих капель на дно керамических чашек. Мужчина оперся здоровым локтем о раму окна и, жмурясь от яркого света, замер, глядя на открывающийся отсюда сад со старым фонтаном, шумные кипарисы и мелькающий между ними лазурит моря. Как можно жить где-то еще, кроме Сицилии?
Наконец, шум прекратился, но Антонио даже не обратил внимание, продолжая разфокусировано глядеть сквозь стекло куда-то в сад. Не думал, просто вспоминал, что было раньше. Вспоминалось только хорошее, словно бы и войн не было. А ведь были, еще кровопролитнее, но раны от них уже давно затянулись, и теперь они кажутся дешевыми голливудскими детективами. С того времени остались другие воспоминания. Воспоминания с друзьями, которые уже отошли в мир иной, с родными людьми, с Беатриче. Почему существует приговорка "в старые добрые времена"? Почему "старые времена" такие добрые и добродушные, и почему в настоящей действительности так сложно.
Оттолкнувшись от рами, Антонио стряхнул с себя это наваждение. Наверное, это все от наркоза. В нос сразу ударил запах свежего крепкого кофе, заставляющий дона очнуться и прийти в себя.
Нальдо все еще сидел внизу, и Тони бесшумно пробрался к нему и поставил чашку кофе рядом, после чего со своей снова направился к дивану. Но дойти до него не успел, так как телефон снова подал "голос", и звонок тут же послышался из компьютерных колонок. Антонио в два шага преодолел растояние до стола и нажал на "ответить". Номер пренадлежал Арриго.
- Тони. Ну что?
В трубке  слышится приглушенный звук работающего мотора машины и шум улицы.
-С казино разобрались. Но...
Заминка.
- ..полиция накрыла. Троих потерял. Пока не знаю, ранены или убиты.
- С тобой что? - перебивая предыдущую фразу.
- Я..  - снова пауза, потом ровный, даже слишком ровный ответ - Я в норме, босс. 
Промедление, полная тишина на той стороне трубки, словно до ответчика не дошла фраза.
- Надеюсь, ничего серьезного. - наконец-то ответ с шумным выдохом, - Где ты и куда едешь?
-На улице Свободы. Аджио заметет следы и надо избавиться от "позаимствованной" машины. Джип в руках копов. Надо заявить об угоне. Там, в бардачке, беретта моя осталась. Но она не зарегистрирована и без номеров.
Фоновые шумы трубке и затихающий голос.
-Дон, въезжаем в туннель... я пер..е..зв....
Связь прервалась.
- Алло... алло, Арриго! Твою ж мать...
Пара секунд тишины, и из динамика послышались короткие гудки. Разъеденили. Но ничего страшного. Для Тони главное было услышать, что Арриго жив, ну и что нужно позаботиться о машине. Мужчина тут же направился к канцелярскому шкафу, вытаскивая оттуда толстую папку с бумагами и принялся ее листать.
- Нальдо, набери ближайший участок.
Снова прислонил телефон к уху, с жалостью глядя на остывающий вкусный кофе. На той стороне трубку сняли сразу же.
- Добрый день, у меня угнали машину. К кому мне обратиться?... Да, подожду...
- из динамика полилась ненавязчивая мелодия, всего несколько секунд, пока переключали. - Алло, добрый день. Хочу заявить об угоне... машина Jeep Wrangler Rubicon, черного цвета. Номер... - пауза, палец гладит заламинированный лист в поиске номера, - S OK 5515... записана на Антонио Леоне Морелло... Мо-ре-лло. Да, правильно... Я оставил ее на ночь возле клуба "Chicago". Сейчас мне сообщили, что ее нет на стоянке... Да, спасибо, держите меня в курсе.
Сброс. Можно отложить телефон и насладиться десятью минутами тишины в компании ароматного напитка. А потом еще раз связаться с Дино и Ферручио.

10

Городская больница >>

Вторая линия

Удобство и мягкость любимого Майбаха Дино смог оценить по заслугам именно тогда, когда оного не было. На виллу приехал в машине, в которой ехали ребята из сопровождения.
В старом разбитом Фиате не было кондиционера, стойки выбивали чечетку, такую невообразимо занудную и сводящую с ума, что просто хотелось одного -  отрубиться нафиг и очнуться где-нибудь на морском побережье, желательно в обнимку с красивым телом. И пол неважен.
Дино возблагодарил кого-то неизвестного, что ему догадались привезти светлые джинсы и футболку со шнуровкой на груди и капюшоном.
Из больницы он вышел накинув капюшон на голову и надев темные очки, сел за руль и никем не замеченный покинул стоянку.
Пока ехал, барабанил пальцами по сотовому. Аппарат сел. Так что придется без предупреждения. На сиденье рядом валялись диски, которые он захватил из «Чикаго». Как раз у Тони и глянет что там на них.
На территорию виллы постороннему проехать было сейчас просто невозможно. Дон позаботился об охране. Где-то незримая, где-то явная, но муха не проскочит.
- Еще противоракетную установку и портативный пеленгатор. Бункер, - Дино одобрительно кивнул, когда невзрачная машинка шустро обогнала его и преградила путь. Парни, выбравшиеся из авто, узнали его только тогда, когда снял очки и откинул капюшон.
Дино кивнул и велел передать остальным, чтобы не задерживали. С тем и добрался до виллы без помех. Машину бросил у входа, не чинясь парковкой, поставив ее, так как было удобно, забрал диски и вошел в прохладу дома.
Долгожданная прохлада.
Несколько минут просто стоял в холле, разминая затекшую ногу. Обезболивающие действовали хорошо, да и везуч оказался, рана нужно ныла, но дискомфорт от нее был минимальный, а зашитое плечо и вовсе помалкивало.
Пригладил волосы, глянул в зеркало – вид обычный, не придраться. С тем и распахнул дверь.
Антонио раскинулся на диване, в воздухе витает запах кофе, на столе перед ним чашка, какой-то толстый справочник и телефон.
Дино постучал по дверному косяку, отдав запоздалую дань этикету.
- Извини, что не позвонил. Батарея разрядилась.

Отредактировано Дино Морелло (2009-02-12 18:08:24)

11

Кайфовать в, практически, одиночестве, наедине с молчаливым Нальдо и большой кружкой кофе, оставалось недолго. Сверху послышались шаги, означающие, что кто-то пришел. Скорее всего это были люди из охраны, либо Джулс, забывший о чем-то спросить. Тони поскорее сделал глубокий глоток ароматного напитка и отставил кружку на придиванный столик, когда шаги стали гулко раздаваться по узкой лестнице.
Но в подвал спустился ни Джулс, или даже ни кто-то из охраны виллы, а Дино. Антонио поднялся с дивана и удивленно посмотрел на племянника, даже и не зная, что сказать. Было удивительно, что он так быстро, да еще и без ведома, вернулся домой. В любом случае, видеть его здесь, здоровым, было приятно.
- Дино? Не ожидал тебя увидеть так скоро. - дон подошел к юноше и осмотрел его с ног до головы, словно до сих пор была какая-то угроза его жизни. Но, кажется, все в полном порядке. Руки-ноги целы, голова тоже. Да уж, парень родился в рубашке. - Я смотрю, с тобой все в порядке.
Было трудно оставаться невозмутимым, когда в беду попадают родственники. И когда встречаешься с ними после происшедшего, то начинаешь относиться к ним по другому, словно что-то переоцениваешь. Как-то теплее.
Разумеется, вида Антонио не показал, но вот глаза заблестели, и губы растянулись в домашней улыбке. Теперь нужно было только убедиться, что ничего не угрожает Ферручио, и что дочь скоро окажется в безопасности, подальше отсюда.
- Что с Ферручио? Какие вообще новости? Расскажи мне все, что случилось...

К черту чувства, нужно знать ситуацию, чтобы рассчитать все ходы, чтоб все были в безопасности по крайней мере на это самое жаркое время.

12

- В целом да. Порядок, - Дино кивнул и перенес вес на здоровую ногу. Он хотел было сесть на диван, чтобы передохнуть пару минут, да Антонио чего-то внезапно сорвался с места. В целом можно понять. Волнение и интерес к тому что происходит. – Один из сопровождения уже в морге, о судьбе еще одного не знаю. Где-то он там в самом эпицентре был. Феруччио в порядке. Небольшая травма руки, плечо выбил и нос расквасил, сейчас ему как раз новый делают. Так что останется красавцем и скоро будет как новенький. Разве что из больнички его поскорей надо забрать. Там совершенно свободный доступ и олухи на охране. Я оставил тех двоих что были со мной в больнице. Пока приглядят они.
Дино глянул на часы.
- Наверное, уже сделали нос. О Феруччио и обо мне можешь не беспокоиться.
Дино в двух словах рассказал о событиях. О взрыве и суматохе, о том, как нашел Феруччио и оба уехали в больницу. Об Имре не стал упоминать. К семье это не относится.
- Уже когда уходил из больницы, мельком видел одного из твоих людей. Адвокат Саччи. Не знаю, что с ним и кто его так отделал, но вид он имел не самый перспективный. У тебя ноут где?
Дино провел по волосам ладонью, затем по лицу, почувствовал запах дыма от них исходящий и слегка покривился. Душ бы принять сейчас да повязки мешают. Прислуга может принести требуемое, но сейчас хотелось глянуть на диски и уж потом пойти в свою комнату и немного отдохнуть.
- Я прихватил парочку дисочков. Могут быть интересные и что-нибудь прояснят. И расскажи что с остальными? И с тобой.
Он цепким взглядом оглядел фигуру Антонио. Старается рукой поменьше двигать и вроде бы повязка. Если так, то рана не пустяк.  И если события приобретают такой масштаб то лучше бы убрать подальше отсюда мелкую Джульетту.
Дино поймал тень тревоги на лице Антонио, потеплело на мгновенье в душе от его улыбки, немного растерянной и встревоженной, но как будто бы радостной. Сам же почувствовал, что тиски волнения, цепко взявшие за душу чуть-чуть, совсем капельку ослабли и можно было вздохнуть с облегчением. О самых своих худших предположениях он не стал бы говорить никогда. Особенно когда обнаружилось, что села батарея в голову полезли черте какие мысли. Мерещилась взорванная вилла, тела убитых родичей и всякая дрянь в этом духе.
- Ты прости, что приехал вот так. Тебе отдыхать надо. Дай ноут, я гляну диски и пойду.
Дико хотелось кофе, сесть и включить ноут.

13

Обычно поток информации, доходящий до слуха Антонио, не так сильно укладывался в голове, как было это сейчас. Каждая деталь, любая мелочь была важна, и Тони, по привычке не любивший детальные вопросы со своей стороны, старался впитывать как губка все, что говорил Дино.
Саччи... Саччи. Он даже не знает, что с Саччи. Видимо сообщение Нальдо не вызвало у него никаких опасений, и теперь он поплатился за свое неосторожность. Следовало надеятся, что все в порядке и ничего его жизни не угрожает.
К Ферручио следовало бы отправить охрану. Если уж его повезли в операционную, то некоторое время он должен быть не в состоянии делать что-то конкретное без чужой помощи. К тому же, нос - неприятная травма, затрудняющая дыхание.
Дон метнулся к столу, схватив рацию, и связался с контрольно-пропускным пунктом.
- Франко, отправь троих ребят в больницу святого Франциска. Там мой племянник, Ферручио... и Сергио Саччи. - пауза, из динамика доносится малопонянтый вопрос, как попасть к нему, - Спросите на ресепшене, а если нет - найдите Цахеса и поговорите с ним. Он вас проведет. Все.
Отставил рацию, вздохнул, как будто бы сделал что-то настолько значимое, что сможет оградить всю семьи от опасности.
- Санторио едет в клуб "de L'ombre" по собственной инициативе. Но я не против. - Антонио обошел стол с другой сторону и присел, слишком резко, от чего кротко простонал, но тут же сжал зубы и выдвинул ящик. Под небольшой кипой бумаг лежал ноутбук. - Мы тут налаживаем торговлю оружием, благодаря новому поставщику...
Дон стал рассказывать Дино о сорванной встречи с русским, и что они в итоге встретились, к чему это привело, и откуда у Санторио ракетница для взрыва яхты. Затем про новость и том, что кто-то построил казино без ведома Короны, и что Арриго уже посетил незванных гостей. Весьма продуктивно.
- Со мной порядок. Так, рана... кости, сухожилия - ничего не задето. Но больно, стерва. - Тони уже поднялся и выдал ноутбук племяннику.
- Что за диски? - в помещении сейчас было только два стула, для Нальдо и дона, поэтому Антонио махнул Дино на диван, чтоб тот устраивался там.
- Лучше расскажи, что у тебя. Я чуть с ума не сошел, когда мне Ферручио позвонил. Хорошо, что о взрыве я узнал от вас, а не из новостей... кстати о птичках. - мужчина еще раз шумно отхлебнул кофе и поспешил к противоположной стене, возле которой стоял большой телевизор, выпуска 90х годов, заваленный каким-то хламом. Быстро распинав коробки и какие-то полки, Антонио провел пальцами по пыльному экрану и воткнул штекер в розетку. Теперь можно было включить его и сразу попасть на чрезвычайные новости.
- Ничто не заменит паники по телевизору. - Взяв чашку кофе со стола, Антонио снова плюхнулся на диван и ткнул в пульт, делая потише, чтобы не мешать всем остальным. - Ну так, что за диски?

14

Дино уже сидел на диване с ноутом на коленях. Пришлось быть очень аккуратным и точным в  движениях, чтобы не потревожить ногу.
Кофе хотелось до безумия, но верно сейчас вряд ли он что-то здесь получит.
- О, мой бог, - хриплым голосом прошептал и кашлянул. В горле до сих пор першило. Таки сильно он наглотался дыма. – Не вовремя Санторио туда намылился. Сейчас уже все на ушах. Дай бог, полиция отвлечется на взрыв яхты и клуб и им просто не хватит людей, чтобы пересечься с Сабатини и Абруцци. И, кстати, в порту я надеюсь Санто не светился.
Глядя на неловкие торопливые движения Тони, обычно спокойного и размеренно уравновешенного, понятно насколько сильно он волнуется. Даже телевизор включил, зная, что племянник предпочитает быть в курсе того, о чем уже знает общественность и как это преподнесено общественности. Он знал, что Антонио недолюбливает телевизор.
Гримаса боли на лице дяди чуть смягчила тон племянника:
- Выпей обезболивающего, не терпи. Это лишнее.
Если бы не обколотое бедро, Дино тоже бы сейчас крутился и лез на стены, но боль путает мысли и мешает, а мозги сейчас нужны ясные.
Запихивая в ноут диск, он ответил:
- У охраны взял. Записи камер слежения в «Чикаго». Хочу отыскать те, что со входа и зала ресторана.
Дино открыл диск и листал его. Не то. Второй… Снова не то. Третий диск оказался нужным.
- Вот, - Дино сосредоточенно уставился на экран. – Так… взрыв примерно был около половины шестого. Хотя что это я...
Дино сообразил и открыл последние эпизоды на диске. Все камеры как раз отключились в момент взрыва. Глядя на время в углу монитора, то время что записала камера Дино продолжал:
- Копы и пожарные прибыли быстро. Копов было много. Взрыв очень сильный. В его центре сплошные ошметки и жареное мясо. Вот
Дино включил запись видео общего зала. Камера прекрасно схватывает то, что творится в зале и не выпускает из виду вход, поворачивается и показывает уголки.
- Вот… - глаза у Дино как у охотника. Мгновенная вспышка и черный экран. Дино снова отмотал. Проглядел, потом заново. Еще раз. И еще. Пока не понял, что вспышка произошла там, где в зале остановилась скромного вида женщина в черном костюме. Еще раз отмотал. Увеличил изображение. Несомненно. Это она.
- Вот и смотри.
Дино перемотал запись и поставил ноут на стол, развернув экраном к Антонио, указал на маленькую но хорошо видную на экране фигурку.
- Вот эта женщина.
Запись включена. Женщина проходит, останавливается. Вспышка.
Отматывает второй раз. Запись. Вспышка.
И третий. Затем останавливает изображение за секунду до вспышки. Видно, как женщина сто-то сжала в кулаке и первые отсветы будущего взрыва на ее поясе.
- Вот так. Баба, взорвавшая клуб с сотнями людей.
Дино взглянул на Антонио, желая услышать, что он думает по этому поводу.
- Я хочу глянуть на запись входа в ресторан. Мне интересно, как так получилось, что она смогла войти пронести чертову тучу взрывчатки.

Отредактировано Дино Морелло (2009-02-13 08:32:40)

15

Кофе никогда не было лишним, как и сигареты, которые удалось отобрать у одного из охранников, у которого они всегда водились блоками, а потому пепельница методично обрастала "иголками". Поблагодарив Антонио за заботу, он снова и снова возвращался к своему монотонному занятию, отнюдь не испытывая скуки - точно так же, как и босс переживая за проведение операции. Впрочем, боевики его беспокоили чуть меньше, чем единицы "не боевые", что могли не знать, могли очертя голову бросится в пекло вопреки его предупреждению оставаться на месте и никуда не высовываться.
"Или ещё того хуже - за ними пришли", - мелькнула очередная мысль не самая добрая.
По сигналу Антонио Нальдо спешно переключил на участок и только когда трубка была повешена, вставил замечание, спешно пытаясь определить местоположение Санто по датчиком, наслаивая карту "сотовой сетки" на карту города. Санто был "вне зоны" и его сотовый не фиксировал местоположения. Программка эта нехитрая работала не только на АТС, но и с сотового Нальдо, а потому, если он и тот, кто ему был нужен, были абонентами одного оператора, то его дислокацию, если он находится в зоне покрытия и не в роуминге, мог определить в любую минуту.
-Босс, быть может стоит вычислить местоположение Абруцци и выслать подмогу? - негромко поинтересовался Нальдо.
Появившемуся Дино консильери учтиво кивнул, снова обращаясь в зрение и слух - не стоит перебивать, когда у человека есть достоверная информация с места событий. Забота советника искренне тронула его, однако он только лишь деликатно перевёл взгляд в монитор, делая вид, что его и нет здесь - так, тумбочка стоит. Родственников у Лоренцетти-младшего, впрочем, ныне уже единственного уже не было, а потому он всё чаще ловил себя на мысли, что именно этого внимания не хватает порой как воздуха - дурацкой СМС невовремя, звонка, открытки на День Рождения... да просто самой мысли, что ты в этом мире кому-то сдался кроме как затем, чтобы занять денег или пригрузить работой. Нальдо только плотней сжал губы, снова протягивая руку за сигаретой - нет, это слишком "не для него".
"Лучшее, что ты можешь сделать для Антонио, так это оглушить его чем потяжелее. Это же кинестетик. Пока не вломишь - не поймёт. Впрочем, к чему скрывать - будь у меня "близкие", я бы забыл о том, что такое сон и еда",  - улыбка, почти искренняя без привычного сарказама, была спрятана за поднесённой к губам сигаретой и вспышки зажигалки.
Известие о Сергио Саччи только подтвердило подозрения и опасения Нальдо, впрочем, всё, что зависело лично от него он сделал.
Повернувшись к экрану, консильери, выждав, когда выскажется Дино, коротко поднял руку, прося слова.
-Спасибо, - его голос звучал ровно, пожалуй, даже слишком ровно. - Быть может, стоит наведаться в заведения, что стоят рядом с "Чикаго" и позаимствовать записи с их камер? Не могла же она появиться на месте действия из воздуха. И... быть может, просто пропустить изображение через увеличение - мы сможем увидеть что-то более детально. И ещё. Как мне кажется, здесь более уместен вопрос не "как она туда смогла войти", а "кто её туда впустил".

Отредактировано Нальдо Лоренцетти (2009-02-13 10:45:57)

16

На слове об обезволивающем Антонио только отмахнулся. Если честно, ему даже доставляло какое-то удовольствие испытывать ноющую боль от раны. Возможно, она была ему как напоминание о чем-то давно забытом, когда обезболивающие препараты не можно было бесконечно глотать и проще было терпеть боль, чем сознаться в ней.
В подвал спустилась медсестра, имя которой Тони так и не выучил, и вежливо порекомендовала дону поменять повязку. Антонио зашипел на нее, не отрываясь от дисплея монитора, и пообещал через десять минут поднятся наверх.
Все его внимание было приковано к фигурке женщины, которая, из-за редкого кадра камеры слежения, резко двигалась от входа и дальше. И... чернота экрана. И еще раз то же самое.
- Да... Нужно будет узнать в департаменте об итогах экспертизы - что было во взрывчатке. И отсюда можно уже искать какие-то пути поиска виноватых. - на последнем слове дон ухмыльнулся, так как всем, кроме простых граждан, было известно, кто виноват во взрыве. Но его не интересовала столь глобальная мысль, ему было интереснее, кто персонально разработал такой зверский план по подрыву публичного места, в котором отдыхают, особенно в такое раннее время, только гражданские.
Мужчина пошарил у себя в кармане в поисках пачки сигарет. Нашел, вынул, закурил, снова ставя запись на повтор и качая головой.
- Дева Мария... как вам повезло. - Тони еще какое-то время просматривал запись, не веря своим глазам, и только затем перевел взгляд на Нальдо. - Джулс отправился на подмогу. Он справится...
Хотелось надеятся. Но если он приедет позже, то вполне может оказаться на руинах с барбекю, и уже никакая помощь не понадобится. Стоит перестраховаться.
Из гостиной снова послышался голос медсестры, уже более смущенный, зовущий на перебинтовку.
- Да, черт... Иду! - нервно крикнул он, кидая окурок в недопитую чашку с кофе, потому что пепельница была далеко на столе. - Я скоро вернусь.
Антонио неуклюже поднялся с дивана и поспешил наверх, еще успев уловить фразы Нальдо.
Процедура перевязывания заняла не много времени, но Тони в некоторые моменты так хотелось повыть, что приходилось сводить зубы. А признаться, что надо сделать обезболивающее - не мог. Только мотал головой, рыча, что не надо, оставьте меня в покое. Говорят, мужчины навсегда остаются детьми. Когда пытки закончились, Антонио натянул рубашку обратно, накинул на плечи пиджак и спустился обратно в подвал, с ходу отвечая на вопрос Лоренцетти, который услышал, когда уходил.
- Те, кто ее впустил, уже мертвы. Их покарали за чужие души. А вот те, кто выжил... думаю, с ними разберется Санторио, это в его компетенции. Так что говорить об этом либо поздно, либо рано. А вот про камеры слежения с других зданий - это ты хорошо придумал. Нужно будет съездить. Завтра, например. Займешься?
Антонио снова закурил, и еще сильнее почувствовал как проголодался. С сигаретным дымом это стало заметнее.
- Администратор ресторана привезет записи. - кивнул он Дино, снова стряхивая пепел в чашку, и задумчиво уставился в стенку. - Я один такой голодный?

17

- Ой, ёёё, - Дино покачал головой, - давайте тогда уж будем глядеть видео каждого бутика и кафе в радиусе пятидесяти километров от «Чикаго». Увлекательнейшее занятие примерно на год, особенно если учесть, что с взрывчаткой намотанной вокруг талии не прогуливаются просто так по бутикам, вот такие суровые шахидообразные дамы.
Дино говорил это и ставил один за другим диски, пока не нашел со входа в клуб и ресторан. Отмотал время на пять часов дня пятницы и щелкая просматривал запись, пока не увидел, как уже знакомая женская фигурка входит через центральные двери в клуб и беспечно пропускается охраной без досмотра сумочки и элементарного металлоискателя.
- Вот.
Дино повернул монитор.
- И не мудрствуя лукаво. Она просто так вошла и ее не досмотрели. Гляньте на время. За три минуты до взрыва. А те уроды, что стояли у входа если не погибли и живы здоровы, то уже далеко отсюда. Если не идиоты, конечно. А лицо дамы вот на этом кадре отчетливовидно. Можно попробовать установить кто это, ели кому-то очень вдруг захочется.
То, что Санто набрал такой персонал не его вина. Куча менеджеров, разветвленная кадровая система охраны, паутина власти0подчинения. Кто принял на работу тех олухов уже не выяснить. Или были подкуплены. Или в заговоре.
- Так или иначе, пускай Санто сам выясняет. В целом его прокол. А еще лучше, если Абруцци просто вернется живым и здоровым.
Дино откинулся на диване и устало потер глаза.
- Я пить хочу, да вот стесняюсь хлебнуть кофейка из твоей чашки, а ничего другого в комнате не вижу. Да. Поесть я тоже не против. Пойду пока умоюсь.

18

Тони поджал губы, просматривая запись с другой камеры. Как-то странно... вот так пропустить, не поинтересоваться. Ясно, что был только день, и возможно дама решила зайти пообедать в ресторан, но настолько наплевательски относится к работе.
- Немыслимо, что там такие олухи. Кажется, там стоял один охранник? На том диске. Обычно их двое. - Может, один отошел куда-то, за что и был спасен от взрыва. Хотя говорить об этом сейчас невозможно - нужно уточнять список жертв и всех привезенных в больницы пострадваших. - Мне интересно только то, откуда она взялась. Не пешком же пришла.
Дон задумчиво поскреб щетинистый подбородок и нервно ткнул кнопку пульта, отключая телевизор, на котором раз за разом показывали одно и то же: какая-то пострадавшая туристка невзрачной внешности давала показания журналистам.
- Да, он хотя бы их всех по именам знает. - фраза относилась к Абруцци. - Сам разберется.
Действительно, если только вернется.
Вот черт, зачем Дино напомнил. Теперь будет волноваться по поводу того, что Джулс опаздал, ведь уже час как нет никаких известий от Санторио. Все ли в порядке? И Арриго тоже куда-то пропал, в этом чертовом туннеле. Хотелось скорее всех увидеть собственными глазами, понять, что живы, что опора осталась.
- Не стоит пытаться... - хмыкнул Антонио, заглядывая в свою кружку, где грустно плавал окурок. "Кофе с сигаретой". - Пойдемте, я вас может накормлю чем-нибудь.
Чолита уехала в город, все остальные разбрелись по делам, и Тони в очередной раз должен был хозяйничать на кухне. Как только все это кончится, он заведет себе отдельную кухарку, чтобы у той всегда было время на кухню.

Кухня

19

- Потому и стесняюсь, что кофе с окурком не люблю, - Дино улыбнулся уже стоя в дверях. – Сейчас. Лицо сполосну и приду ужинать.
Такие простые слова. Обычная семья, обычный ужин. Господи, как бы этого хотелось. Кто-то готовит вкусную еду, вместе накрывают на стол, Дино вспоминает правила сервировки, ищет соль и роется в холодильнике, выбирая соусы.
Хоть на мгновение забыть о реальности.
Нет. Не удается. В коридоре выудил медсестричку, которая перевязывала Тони, сказал, что ему нужно и, получив пластырь, стерильную марлю и мазь на рану пошел в ванную.  Там умылся, смотал надоевшие бинты на ноге, смазал порозовевшую рану мазью, приложил марлю и крест накрест залепил пластырем. Сразу стало удобнее.
Откинул пальцами со лба намокшую челку, выбросил бинты и пошел в кухню. Вряд ли Тони со своей покалеченной рукой управится с ужином. И почему у них никогда не было нормальной кухарки? Парадокс. Конечно, Чолита незаменима и просто сокровище в плане содержания дома и ведения хозяйства, но помощницу ей давно надо было завести. а сегодня им снова предстоит холостяцкий суровый ужин и тревожное ожидание вестей.

Кухня >>

20

Выслушав Дино, Нальдо только едва уловимо качнул головой. С другой стороны, не всем же быть такими, как он сам, с его почти ледяными манерами (см. занудой высшего качества). Ещё раз глубоко затянувшись, консильери подошёл к стереосистеме и ещё раз отмотал назад.
-Подкуп. Или сюда просто кто-то "зашёл постоять", сняв бейджик с охранника, вот она и прошла, если такая текучка кадров, то упомнишь разве кто стоит на входе, - кивнув Антонио, Нальдо снова перевёл взгляд на Дино. - Пятьдесят и не надо. Хватит единой записи, из того заведения, что стоит напротив, чтобы понять, пришла ли она пешком или приехала на машине, Дино. Любая зацепка может стать полезной. Я займусь этим.
На предложение отправиться на кухню консильери встретил с привычным почти равнодушием - он привык есть то, что готовил сам, а вот кормить этим окружающих... могут и за попытку отравления посадить.
-Позвольте Вам помочь, Антонио, - это тоже обращалось к Тони, потому как смотреть на бутерброды, что нарезал бедолага   несколько часов назад для себя и него, смотреть без слёз было невозможно - разумеется, действовать одной рукой крайне неудобно.
Вилла семьи Морелло » Кухня

Отредактировано Нальдо Лоренцетти (2009-02-13 15:33:12)

21

Гостиная

Нащупав на пыльной стене, спускающейся вниз, выключатель, Тони прикрыл глаза ладонью. После вечернего освещения на кухне этот свет казался ярким. Ярким и холодным, словно в морге. И такое освещение навевало совершенно не приятные ассоциации, словно они втроем находятся не в доме - семейном доме - а где-то далеко от него, в казенном складу. С другой стороны, это было прекрасным дополнением к тому, что здесь будет происходить.
Дождавшись, пока Джулио спустится вниз, дон вплотную к нему придвинулся и уцепился пальцами за узел галстука, развязывая его и снимая с шеи. Зачем он ему сейчас понадобился - пока что непонятно. Затем шаг в сторону, в поисках устойчивого стула с крепкими ножками, который и станет центром вселенной этой ночью. Его Антонио поставил посреди помещения, не под самой лампой, но так, чтобы лицо сидящего было освещено.
- Санто... ты не помнишь, что там в Омерте говорится по поводу точных приказов? - дон растеряно похлопал себя по карманам, обнаруживая отсутствие сигарет, и поспешил найти пачку на столе. Кажется, сигареты в этом доме можно было найти повсеместно. Закурив от спички, пачка которых валялась тут же, Тони рядом с тем же стулом поставил еще два. Вернее - напротив.
- Пора бы этот хлам разобрать. Хрен что найти можно. - мужчина направился к тому углу, который был завален всякими досками и ненужными вещами, именно отсюда он пару часов назад раскопал работающий ламповый телевизор. Распинав доски в очередной раз, потому что сил ковыряться с этим не было, Антонио вытащил автомобильный аккумулятор и клеммы. Больной рукой было больно двигать, поэтому все движения он выполнял только правой, а сигарету зажал в губах. Подтащив аккумулятор на свет, между двумя стульями и расположив его так ровно и симметрично двум другим стульям, словно они тут сервировкой стола занимаются, Тони кивнул Джулс на стул, приглашая того присесть.
- Садись, раз уж пришел. - Присев на корточки у аккумулятора, Антонио стал привинчивать к нему клеммы и пристраивать прищепки на свободные концы. Привязывать или как-то фиксировать Джулио в такой ситуации он был не намерен. Тот знал о своей ошибке и должен был быть наказан. Так что, если у него достаточно воли, то он не будет дергаться и сопротивляться, теперь зная, что с ним будут делать. Намотав галстук на кулак правой руки, дон подошел к уже сидящему на стуле команданте и замахнулся, ударяя того в скулу.
- Два. Два раза за один день - оступиться. И с таким выражением лица, что ты делаешь мне одолжение, не выполняя мои приказы. Что ты... - еще раз, но теперь посильнее, от чего рана тут же неприятно заколола. - Я тебя разучу улыбаться, собака. 
И все равно - недостаточно. Антонио чувствует свой слабый удар, он слишком устал, чтобы концентрировать силу в кулаке, да и где бы то ни было. Быстро обернувшись, он кивнул Санторио.
- Канэ, попробуй-ка ты. А то что-то мне здоровье не позволяет. - Тони крупно вздрогнул, ощущая как знакомое чувство злости приподнимает волоски на загривке - словно возбуждение. И откуда еще силы на нее остались? Но, лучше успокоится, чем допустить.

22

» Гостиная

Ступени лестницы, по которой он спускался не в первый и не в последний, наверное, раз, были заучены наизусть: вот эта немного выше предыдущей, у этой отколот кусок, эта выполнена с искаженной поверхностью… Дом старый. Не удивительно, что подвальная его часть не отвечает всем тем идеалам, в которых выдержан остальной дом. Здесь он сопровождал многих, и был многими сопровождаем в свое время. Нет, когда-то он тоже был не идеален. От ошибок не застрахован никто. И все за них несут ответственность ценой собственного здоровья. И жизни.
Санторио закрыл дверь, как только перешагнул небольшой порожек. Свет в подвале уже горел, потому глаза достаточно мягко восприняли смену освещения. Спустившись последним, итальянец как раз подоспел к тщательному меблированию небольшого участка закрытого помещения.
- Там не рекомендуется их нарушать… - отстраненно, участвуя в разговоре лишь обрывками фраз, Санто подошел к одному из стульев, стоящих рядом, напротив третьего, одиноко противостоящего им, развернул спинкой вперед и сел, расслабленно опираясь руками перед собой, наблюдая за занявшим отведенное ему место команданте.
Пока Тони разбирался с выбранным на сегодня девайсом, Абруцци пытался понять, что же совершил такого Эрмете, какого именно приказа он ослушался, чтобы заслужить подобное. Сила гнева Тони всегда зависела от величины важности проступка. И то, что он сегодня был уже достаточно измотан, было положительным для заслужившего его гнев. Можно сказать, что Джулио несказанно повезло.
Удар. Еще один удар. Джулс их прекрасно выносит. Вот только кожа предательски трескается, орошая его же собственный галстук, намотанный плотно на кулак Антонио, багряным цветом. Дон позволяет себе еще один удар и отступает, уступая очередь иному исполнителю.
Санто не знает за что он должен бить. Отсюда и не знает, как соизмерять силу удара. На каждый проступок должно быть соответствующее ему наказание. Этого придерживается и закон, отмеряя преступникам от условного до пожизненного.
Поднявшись, Абруцци, за пару небольших шагов от стула до стула оказывается напротив Эрце. Он знает, что тот будет молчать, сейчас молчать, пока можно терпеть. Помня, какими были удары Антонио, помня, что он отозвался о них не очень высоко, явно счев слабыми, итальянец приподнимает голову сидящего за подбородок, осматривая уже имеющуюся рану. Прерывает проложенную кровью дорожку от губы вниз, размазывая по подбородку красное пятно. В его взгляде нет сейчас никаких эмоций. Все та же навалившаяся за день усталость. Да плюс обида за пойманных парней. За то, что они пожертвовали собой, выгородив его. И сейчас, наверняка находятся в месте, которое по ежегодным опросам, проводись они, занимало бы из раза в раз одну из последних позиций рейтинга.
Отпуская Эрмете, Санторио сжимает руку в кулак, и удар приходится больше по касательной вниз, смазываясь о скулу, не причиняя излишне сильной боли. Второй удар апперкотом по ребра, выбивая из легких воздух, заставляя согнуться на стуле. Ответа не будет. Бить не защищающегося – излишне скучно. Но следующий удар не заставляет себя ждать, по лицу, отшвыривая голову команданте к плечу.
Разжав руку с покрасневшими костяшками, сбрызнутыми свежей кровью, Абруцци дает время отдышаться, сплюнуть… а заодно и дону передумать продолжать это избиение младенцев.

Отредактировано Санто Абруцци (2009-02-26 15:04:25)

23

гостиная

Джулс спокойным шагом спускался вниз, задержавшись лишь на последних ступенях, пока дон искал выключатель. Пара легких шагов и Джулио вошел в освещенный холодным мертвым светом подвал. Под элегантностью комнат находилось такое старое, запущенное помещение. Ощущение семейного дома растаяло как дым, уступило место знакомым ассоциациям.
Сейчас Джулс испытывал нормальную для столь неприятной ситуации тревожность. Наверное, он чувствовал бы себя намного хуже, не будь этот мертвый свет неотъемлемой частью похоронного бюро. А может и него самого.
Команданте еще осматривался, когда дон подошел к нему вплотную, быстрыми движениями снял с него галстук. Еще  не совсем осмысленно, почти случайно Джулио взглянул в глаза «крестного отца».
Дон снова занялся приготовлениями, попутно бросая раздраженные фразы о беспорядке. Подвал, как и положено, был захламлен, начиная с одной лыжи у стены, свернутых веревок, электрики, досок и просто всяких старых вещей, полезных и не очень.
Устойчивый стул был поставлен посреди наиболее освещенного и расчищенного от хлама пространства. Еще два стула дон поставил напротив ближе к размытой границе света.
Босс то искал сигареты, то разгребал завалы досок, наваленных, на видимо, необходимый предмет.
Когда автомобильный аккумулятор встал между двумя стульями, признаться, Джулс едва сдержал судорожный вздох, но только плотнее сжал губы. Хотя могло быть и хуже.
Команданте сел на стул, чуть расставив ноги, так поза стала более устойчивой. Ладони скользнули по бокам спинки стула. Молодой человек сидел прямо, чуть склонив голову на бок, на половину лица легли тени, сильнее выделяя черты, делая их резче.
Намотав шелковый галстук на кулак, дон нанес первый удар, за которым последовала гневная отповедь. Голова команданте дернулась в сторону, но скулы пока горели не от первого удара, а от пощечины слов.
– Два. Два раза за один день…С таким видом, будто делаешь одолжение, не выполняя приказы. – снова удар. Джулио виновато склонил голову, в ожидании следующего.
– Я разучу тебя…- Джулс поднял взгляд на дона, в глубине зеленых глаз на долю секунды поднялась злость, но ресницы опустились, а взгляд вовремя уткнулся в пол. Решили свалить исключительно на меня ответственность за сегодняшние события?
А с внешним проявлением «правильных» по тому или иному случаю эмоций было как-то проблематично. Читать Джулс как открытую книгу, редко у кого получалось. Не потому что он был загадочный или скрытный, и вроде в холодное равнодушие себя не загонял.
Просто разглядеть за ровным состоянием, сдержанностью улыбки нечто большее было сложно, да и к чему оно?
- Как вам будет угодно. – шевельнулись губы.
- Собака. – еще удар и дон отступил. «Крестный отец» был сильно разозлен, измотан и действительно не сложно было заметить, что самочувствие не самое лучшее. 
Собака? Да нет, собак тут как раз нет.
Принимать это оскорбление на свой счет команданте не собирался. К нему оно мало имело отношения.
А какие-то характеристики той или иной живности команданте было приписать еще сложнее, не важно будь это верность сторожевого пса, грация кошки, сила льва и так далее.
Хотя никто бы не посмел сказать, что верность, преданность, честь для Эрмете, работавших на клан «Корона» уже далеко не в первом поколении, не имели значение. И не просто на клан, а прежде всего на «крестного отца».
Но как известно, людям с пеленок требовалось самоопределение и раз уж не стали исключением…
Мало кто знал, что негласным символом семьи Эрмете стал когда-то кепри- жук скарабей.
В еще довоенное время прадед Джулио привез из Египта фигурку и амулет из драгоценного камня, поговаривали, что принадлежали артефакты кому-то из последних жрецов и более того, были переданы на хранение, а не украдены.
Символ бессмертия, защитный талисман хранивший жизнь, который оставался с обладателем, и после смерти.
Занятно, что иероглифом скарабей запечатывали сосуд с сердцем.
Но слово «кепри» не стало прозвищем Джулио, не обсуждалось за семейными ужинами, домой не стащились бесчисленные сувениры в виде жуков, на стены не развешивали бабочек в деревянных рамках, а в пододеяльниках не разводили клопов.
Лишь символ семьи, разве что в жизни намного меньше случайностей, чем казалось на первый взгляд. Команданте был хорошим наследником традиций сицилийской семьи, почти забытой символики, но еще предстояло отшлифовать в нем точность исполнения приказов.
Краткая передышка, всего в пару неглубоких вздохов, чтобы как можно дольше сохранить ровное дыхание. И Санторио занял место, которое ему уступили.
Вообще команданте уже почувствовал, как на скуле расплылся синяк и сильно саднило.
Джулс окинул его задумчивым взглядом, непроизвольно изогнул бровь.
Пальцы советника провели линию от уголка губ до подбородка, размазывая кровь. Джулио отдернул голову, похоже, это краткое прикосновение понравилось ему еще меньше, чем последовавший удар. Рука у Санторио тяжелая, удар точный, разве что давала о себе знать усталость.
Команданте молча терпел, не в первой, занимаясь кикбоксингом, он не раз попадал под более сильные удары и кости ломали…
Да  и советник все же заметно щадил его, отчасти смазывая и не причиняя лишних повреждений. И за это Джулио был ему благодарен, им обоим. Ему и дону.
Было заметно, что от использовании команданте к качестве тренировочной груши ему никакой радости. Ничего сейчас босс включит аккумулятор и будет повеселее.
Но вот занятный вопрос. А когда Санторио узнает, в чем суть, будет бить сильнее? Раздосадованный за себя. Или мстить за своих ребят?
Но личная ответственность команданте безопасность высшего состава клана и штаба, его боевая группа, личная вина- невыполненные приказы. А судьбы этих бойцов лишь косвенные последствия. И лишь моих действий? Да ну?
И в сложной ситуации он будет действовать в соотвествии с этим.
Боль под ребрами заставляет задыхаться, а с силой сжавшиеся пальцы команданте на спинке стула, позволили не согнуться пополам, а склонить голову. Хриплый вздох, удар, голова откинута к плечу. Замер.
Неожиданно позабавила мысль, что, судя по всему помимо, этого конфликта их объединяет тайная мечта разойтись по комнатам до утра и теплый душ.

Отредактировано Джулс Эрмете (2009-02-27 20:15:16)

24

Дон почти не видел ударов Санторио, так как стоял чуть поодаль и докуривал очередную сигарету. В другой ситуации ему было бы интересно посмотреть на подобный перфоманс, но сейчас, отойдя в тень, он наслаждался сумрачным освещением, от которого отдыхали глаза. Почему-то он вспомнил тот эпизод из жизни, когда они вместе с Абруцци поехали на склад забрать свой груз. Тогда, восемь лет назад. Кажется, даже освещение было тем же, только вместо глухих ударов на резких тонах играли пули. И все под дивным аккомпанементом старого Фрэнка. Как на черно-белой пленке. И вот сейчас - что-то похожее.
Выдохнув густой дым, Антонио подошел к своему подручному и тронул того за локоть. Санто сделал маленькую передышку, но избивать Джулс до потери памяти дон не собирался. Пусть тот будет в состоянии шевелить мыслями. Так он лучше запомнит, что бывает за то, если не исполняешь приказы вышестоящих.
- Достаточно. - негромко, почти шепотом, чтобы не прервать эту странную тишину подвала. Тони привычно зажал фильтр сигареты в губах и подошел к провинившимуся Эрмете. Тот сносил побои мужественно. И то, что он, с развязанными руками, не пытался укрыться - говорят о сильной воли. Такие строптивые любят смеется опасности в лицо. Подцепив подборок в узорах подтекшей крови пальцами, мужчина наклонил голову Джулс в сторону, любуясь уже опухшей скулой. Прекрасно. Это напоминало уроки живописи. Чем экспрессивнее движение руки, тем точнее на полотне отражается настроение рисующего. Конечно, есть над чем поработать, но нет времени. Кажется, все сегодня безбожно устали.
Отобрав галстук у Санторио, дон зашел за стул и принялся аккуратно завязывать глаза команданте. На самом деле он все это время думал о том, куда лучше пристроить галстук: связать руки, чтобы Джулс не дергался, вложить между зубами, чтобы тот их не покрошил, или вот так - закрыть глаза. Последний и существующий вариант был самым садистским. Глазами можно было увидеть тот момент, когда испытующий пускает ток. А без - неизвестность и неопределенность. Бах! Антонио почувствовал себя в какой-то степени гурманом, имея столько вариантов. И каждые были хороши собой, но он выбрал самый экзотичный.
Убедившись в надежности повязки, дон занялся руками. Пришлось их немного обвить проводами, чтоб надежнее сидело. Прищепки - к указательным пальцам. Руки - на колени. Все готово.
Еще раз все проверив, Антонио отошел к своему стулу, возле которого и стоял аккумулятор. Заняв место в "зрительном зале" он продолжил антракт еще на некоторое время, достав сигарету и привычно подкурив ее спичкой. Около 3 минут он внимательно смотрел на Джулио, оглядывая его во всех деталях, и, кажется, сожалея о том, что так вышло. Но правила есть правила. Традиция надо уважать. Тем более, тому крупно повезло, если традиции решили так смягчить.
Не докурив сигареты, дон нагнулся вперед и повернул держатель.

25

Происходящее больше похоже на какой-то обряд или таинство, расписанное по пунктам задолго до появления на свет тех, кто сейчас его воплощает в жизнь, неотступно следуя указаниям на старых манускриптах, попеременно сверяясь с правильностью очередного шага. Холодно, продуманно, взвешенно. И ни у кого нет особого желания на то, чтобы затягивать творящееся. Да и вообще вершить его. Но они действуют как по чьему-то беззвучному указанию, словно балерины на пружинных подставках шкатулок, кружащиеся в заводном танце на радость единственного зрителя – зеркала.
Антонио негромкими словами, а затем и касанием завершает вступительную часть. Как и в любом уважающем себя шоу, за ней следует небольшой антракт и приготовление сцены к новой поставленной в этой пьесе главе.
Санторио отступил от Джулио назад на один шаг, наблюдая за его стойкостью, непреклонностью. Для кого все они разыгрывали этот спектакль, если не было сторонних наблюдателей, оставалось в некотором роде загадкой. Да, Эрце получит урок. Спору и сомнений в том не было. Омерта останется не нарушенной. Выполнятся все внутренние, негласные правила по охране распорядка и не писаных уставов.
Начало второго акта было многообещающим.
Антонио подготовил аккумулятор для Джулса и подготовил команданте для аккумулятора.
Абруцци теперь отводилась дальнейшая роль зрителя на галерке. Вернувшись к оставленному стулу, Санто сел в прежнее положение, перекинув ногу и сложив руки на невысокой спинке.
Глаза Эрце оказались скрыты шелковой, окровавленной повязкой. И в этом обнаружились как свои плюсы, так и очевидные минусы: нельзя было наблюдать за их выражением, за эмоциями, проявляющимися в глубине зрачка, отражающимися в его расширении или сужении, в том, как меняется оттенок радужки, становясь или светлее, прозрачнее, или темнее, глубиннее. Зато можно было видеть все остальное. И не бояться, что команданте может отследить взгляд.
Четко очерченные скулы, с расцветающим синяком на одной из них, разукрашенные кровавыми мазками, волевая шея, с напряженными мышцами, почти не двигающиеся при дыхании плечи: собранность во всем. Словно не пытать его сейчас будут, а хлестать вопросами, в попытке выведать информацию, за которую он скорей проглотит себе язык, чем скажет хотя бы слово.
Антонио занимает место на соседнем стуле. Он никуда не спешит. Он курит. Запах дыма приятно щекочет ноздри, но, однако, позывов прикурить за компанию, не появляется.
Дон склоняется вниз, поворачивая крохотный рычаг, замыкая цепь, отсчитывая третий звонок, после которого выключается свет и поднимается занавес. Ток, невысоко для начала напряжения, прокатывается по проводам, достигая своей конечной цели, невидимыми щупальцами, покрытыми сотнями мельчайших острых игл, вместо присосок, окутывая предоставленное ему тело. И это вовсе не тот приятно-щекочущий ток, разряд которого можно получить от дурацких шуточных игрушек, сделанных для розыгрыша друзей. Ну и, конечно же, не тот, что можно повстречать в бытовых розетках. Однако, удовольствия мало.
Абруцци не отводит взгляда, наблюдая за реакциями. От первых до последних. От того, как сжался Эрмете, как только ток коснулся его, как непроизвольно он содрогнулся от прокатывающих через него волн, до того, как он слабнет на стуле, послушный своим утомленным мышцам.

26

- достаточно – слова прозвучали дона тихо и в тоже время четко, хотя до Джулио смысл дошел не сразу. Только когда Санторио отступил в сторону, а дон приступил к остальному этапу наказания. Хотя, близко, очень близко в этот раз Джулио подошел к казни? Да и электрические стулья вышли из моды сравнительно недавно.
Прежде чем синьор Морелло завязал ему глаза Джулс смотрел как на стенах перемешаются, сливаются, сгущаются тени, как будто у них какие-то свои дела… Джулио вообще имел дурную привычку отвлекаться на разглядывания потолков, теней, пейзажей за окном при случае.
Повязка легла на глаза команданте, но ему было все равно. Вот таращиться в полоток подвала он вполне мог бы, а не сводить взгляда с держателя, напряженно ожидая, как рука «крестного отца» повернет его, не стал в любом случае. 
Эта боль будет иного рода, к ней невозможно подготовиться, привыкнуть, личная собранность бесполезна. Минутой раньше или парой позже, не важно.
Об электричестве команданте знал немного, в юности он был не настолько любознательный, чтобы совать серебряные вилки в евророзетки. Разве что разок слегка дернуло, когда однажды обои клеил в кабинете и случайно влажными руками дотронулся до розетки. Было неприятно. Ну еще пробки выбило.
А еще электричество единственное, что разъединяет молекулы воды.
Руки опутали провода, они спокойно, почти безвольно лежали на коленях. Что же остается надеяться, что мощности хватит для спокойствия босса  и инцидент будет исчерпан.
Яркий, холодный свет в котором человек сидящий на стуле на мгновение мог показаться почти нереальным, словно призрак. 
Но неожиданно Джулс встряхнулся, вздохнул, закашлялся словно захлебнулся воздухом. Повел  плечами, немного откинул голову назад, пытаясь избавиться от налипших на губы и кровь на скулах прядь черных волос. Правда безуспешно. Команданте облизнул пересохшие губы, откинулся на спинку стула и немного съехал на сиденье, устраиваясь удобнее.
А зря не привязали. Дергаться будет, когда через тело пойдет разряд, и от выдержки ничего не зависело.
А вообще ему невероятно хотелось курить. Не сомневался, когда закончится это все, до рассвета будет курить, пока не уснет.
Разряд. По мышцам, сводя их болью, и всем нервным окончаниям растекался ток. Команданте до крови закусил нижнюю губу. Мышцы болезненно сокращались, особенно было заметно по рукам и предплечьям. Перед глазами лишь темнота шелка.
До крика еще недостаточно. Лишь сердце заходится.

Отредактировано Джулс Эрмете (2009-02-27 23:28:47)

27

Тело резко вздрогнуло от тока, все мышцы сильного тела напряглись под напряжением, вызывая спазм. И это порывистое движения была настолько красивым, что Тони вдруг хотелось зайти дальше: поворачивать регулятор больше того количества, которое он предполагал. Была в этом своя музыка. Но, если зайти с этим так далеко, то можно было прощаться с Джулио. Наверное, его бы сердце не выдержало таких нагрузок, сколько бы сильным он не был.
Вывернув переключатель обратно, тем самым прекращая подачу тока, Антонио поднялся со своего стула и в несколько шагов приблизился к сидящему, перешагивая через аккумулятор и провода. Надо было как-то украсить весь этот перфоманс, а то он казался слишком скучным. Подойдя вплотную к команданте, дон нетерпеливо вытащил рубашку из его брюк и занял пальцы растегиванием мелких пуговиц. Затем мужчина распахнул полы рубашки, открывая взору двум присутствующим здесь загорелый подтянутый живот и грудь, жадно вздымающуюся после случившегося шока. Заправив полы под пиджак, чтобы те снова не закрыли обзор, дон вернулся на свое место, попутно кидая себе под ноги бычок и наступая на него носком ботинка. Вновь заняв свое место наблюдателя, Тони подумал о том, что стоило бы щлепнуть Джулс по щеке, чтобы немного отрезвить того от пережитого. Но судя по громкому дыханию, кажется эхом отдающем среди стен подвала, он еще был в трезвой памяти. По крайней мере, точно не в обмороке.
Можно было считать, что Эрмете получил достаточный урок. Еще разок пустить ток - и можно будет оставить его приходить в чувство. Если после повторного удара Джулс грохнется в обморок, то можно попросить ребят из охраны дотащить его до спальни, а Чолиту - позаботится о нем. Но, стоило надеятся, что он парень крепкий - выдержит. И тогда не будет лишней мороки.
Пальцы снова сжали маленький рычаг, ощущая его ребристую поверхность подушечками, повернули по часовой стрелке на более сильный разряд, и глаза Тони сразу же впились в мыщцы живота, напрягшихся под воздействием тока. Чертовски красиво, как при физических нагрузках. Буквально несколько минут услаждения взора, иначе "жертва" не стерпит, и Антонио снова поворачивая выключатель. Достаточно. Небольшой перекур, словно бы не он был испытателем, а сам подвергся пытке, и теперь просто нуждался в разрядке. Неторопливо докурив сигарету и строго решив, что сегодня она будет последней, дон снова оттолкнулся от стула и обошел кругом Джулио, стискивая пальцами его плечо и наклоняясь губами к уху.
- Урок закончен. - подцепив пальцами узел на затылке, Тони расслабил галстук, позволяя ему мягко сползти с глаз команданте на нос. Затем отцепил прищепки от пальцев, кинув их в сторону аккумулятора, и посмотрел на Санторио. Перфоманс окончен. Оваций никто не ждет: театральная постановка далека от классики и слишком непривычна для публики. Но актеры все равно устали.
- Поднимешься? - скорее вопрос, чем просьба. По своим ощущениям можно было понять и то, как себя сейчас чувствует Абруцци. Особенно "с корабля - на бал". Но было бы неплохо обговорить пару моментов, а так же поинтересоваться итогами поездки.
Еще раз оглянувшись на Джулио, Антонио стал подниматься вверх по ступеням, придерживаясь за шаткое перило от усталости.

Спальня

28

Происходящее стало лишь интереснее с привнесением в него некоторой доли эротизма. Под одеждой было вовсе ничего не разобрать. И те участки кожи, что оставались не прикрытыми, были малоинформативными о происходящем с телом.
Зато сейчас…
Антонио снова вернулся на стул, повернул рычаг и…
А на этот спектакль, дамы и господа, вам лучше не приводить своих маленьких детей. Это зрелище им вряд ли понравится. Впрочем, мы не беремся утверждать, что оно понравится и вам. Но все же, шокирующее представление, которое, быть может, пробудит какие-то глубинные стороны вашего внутреннего "я", о которых вы даже и не догадывались, рекомендуется к просмотру.
Обрывки речей всевозможный конферансье, как никакие иные комментарии подходили для происходящего.
Под действием тока, мышцы Джулс напряглись, поджались, терпя пытки, которым были подвержены.
То, что Эрмете не был привязан, само по себе служило для него еще одним испытанием. Он пытался сдерживаться. Хотя, под напряжением достаточно сложно контролировать себя, поскольку мышцы теряют всякую управляемость, действуя по собственным, физико-анатомическим факторам.
Подача тока прекратилась. Мышцы ослабли. От ключицы вниз, пересекая рельеф загорелой груди, неторопливо поползла капля пота. Теперь ей не удалось скрыться, спрятаться в ткани рубашки, она была предоставлена для глаз наблюдателей. Неуверенно, капля притормозила, не достигнув и солнечного сплетения, вильнула на изгибе грудной мышцы, и с крохотными остановками, но уверенно, устремилась ниже.
На остальное усталому взгляду Санторио сейчас было наплевать. Но вот эта капля, приковавшая, как ни странно, все его к себе внимание, завораживала. Рывками она прокатилась по кубикам пресса, подкралась к поясу брюк и, осчастливленная скорым укрытием, бегло исчезла под ним.
Итальянец сморгнул. Вот и все. Аплодисменты, переходящие в бурные овации. Не вызывайте актеров на бис, сегодня они уже не смогут больше играть. Пожелания на открытках и цветы – оставляйте у охраны. Они передадут.
Отказать Тони в приглашении, Санторио не мог. Это только на первый взгляд выглядело, как приглашение. На самом же деле могло быть расшифровано, как "Есть дело. Надо поговорить". И отвечать на подобное отказом Канэ не был уполномочен.
Оставив все, как есть, лишь развернув стул боком, когда поднимался с него, Санто бросил последний взгляд на оставленного приходить в себя команданте. Лестница наверх сейчас казалась не такой резкой, как при спуске сюда. Антонио уже не было видно, скорей всего он в эту минуту пересекал холл и поднимался в свою комнату, куда и направился следом за ним Абруцци.

Спальня

29

Джулио судорожно вздохнул, пользуясь краткой, почти нежданной передышкой. Затем еще один глоток воздуха. Легче не стало. Почему пред глазами темно?
Ощущения обострены до предела и одновременно Джулс не чувствовал прикосновений рук дона. Т.е. понимал, что-то делают и даже вроде с рубашкой. А самих рук, случайных касаний к обнаженной коже почти нет.
Ток снова шел по проводам, струился по телу и на этот раз стремительнее, опутывал его собой. Команданте резко выгнулся на стуле. Хриплый крик разрезал тишину и оборвался.
Сердце билось о ребра, на пару секунд устало остановилось. Сжалось под разрядом и снова пошло, уже отстукивая другой ритм. Рваный. Чужой. Несколько ударов в секунду, после, пропуская пару секунд и снова пытаясь наверстать. Такой ритм сохранится примерно пару недель, затем при грамотной поддержке лекарств и нагрузке, восстановится до нормального.
Судорожно сводило мышцы. В сознании феерия образов, дат, венецианский карнавал лиц и событий, какие-то обрывки чувств, не понятно какого времени. Забытые ночные кошмары, странное тепло, кусочки неба цвета индиго…
Момент, когда все закончилось, не заметил, не прочувствовал. Пальцы с силой сжали плечо, но команданте на этот жест не прореагировал. Повязка спала с глаз, а Джулс еще трясло как в ознобе. По шее стекали капельки пота, скользя к ложбинке между ключицами. Дрожащие пальцы неуверенным жестом легли на шею. И взгляд. Зеленые глаза, словно светло-зеленое стекло, в глубине золотистым плавились боль, измученность, путаница ощущений. Взгляд в никуда.
Верный Канэ проследовал за доном, и первым ощущением стало, что его оставили в одиночестве. Порадовало.
Сил шевелиться не было, а встать, был не в состоянии, не говоря уж о лестнице. Хрупкое, почти беззащитное движение, которое далось не с первой попытки- достать из кармана наручные часы. Тяжелая браслетка шумно упала на пол, не удержали пальцы. Но циферблат был виден. Время перевалило далеко за полночь.
Джулс согнул ногу в колене, поставил на край сиденья своего стула, а запястья, чуть подрагивая, снова легли на колени. На полу валялись провода, взгляд равнодушно скользил по ним.
Странное оно, чувство. Тебе предстояло самому выбираться из этого чертового подвала, а на утро искать врача, чтобы получить нужные рекомендации. Сам-сам.
Джулио был достаточно сильным. Его ровное, спокойное состояние не было видимостью, хотя окружающим это было сложно принять. Снова и снова пытались пробить стену «невозмутимости», которой на деле не было.
Да и для чего? Джулио не видел как на него смотрели дон и советник, не знал смотрели ли вообще, или курили в стороне. Но почувствовал это желание, как чувствовал его ни раз не только у них – спалить, ради эстетики, красиво уничтожить. Вот так бессмысленно. Да, вот команданте в "хозяйстве" был нужен. Джулио усмехнулся.
Команданте бросил взгляд на циферблат, спустя пару часов он медленно поднимался по лестнице в комнату для гостей. Ступени разбегались под ногами, видимо из-за головокружения. Но до комнаты стоило добраться, чтобы хотя бы раствориться в дыме сигарет. Остальное было уже даже не нужно.
И свет. Он не забыл выключить свет в подвале.
Nigra in candida vertere. (И черное превращали в белое)

комната для гостей

Отредактировано Джулс Эрмете (2009-03-01 18:00:01)

30

Гостиная

Закрыв за собой дверь, плотно, чтоб яркий свет из коридора не помешал такому резкому одиночеству, желанию остаться одному в мрачном помещении, а так же, чтобы шустрые мысли остались только здесь, не вылезли наружу, не дали подсказку тем, кому не надо, Антонио спустился по темной лестнице, подсвечивая себе путь мобильным телефоном. Нащупав на стене выключатель, он включил свет в подвале и прошел к ноутбуку, который все так же лежал на диване. Он почти разрядился за два дня, поэтому пришлось его для начала подключить к сети, и только затем нажать кнопку "power". Знакомая мелодия последнего Виндоус, и настройки сети, чтобы скорее выйти в интернет, залезть на почту и увидеть все воочию. Щелчок по треугольнику, чтобы начать прокрутку ролика. Всего 10 секунд, но их можно просматривать бесконечно, снова и снова убеждая себя в том, что это действительно Арриго. Словно бы тот звонок не имел значения, был шуткой. Наконец остановившись, перестав кликать мышкой по "плею", Антонио свернул окно браузера и открыл какие-то папки, выискивая музыкального сопровождение, которое обязано было правильно скрасить его вынужденного одиночество. Разумеется, Фрэнк. Он настолько въелся под кожу за прошедшие десятилетия, что ассоциировался абсолютно со всем, что происходило в семье Морелло. По совместительству он был и любимым исполнителем отца.
Отец... интересно, как бы он поступил, задай ему эту задачку? Почему-то иного ответа в голову не приходило: Жанфранко бы отмахнулся от Сабатини, несмотря на свою любовь к преданным псам. Почти то же самое он сделал и с Джустиани. Старший Морелло был слишком жадный до денег, и не брезговал убийствами своих родных и близких. За это-то его и называли жестоким.
Тони мотнул головой, пытаясь избавиться о воспоминаниях, ведь сейчас он должен думать о другом. Кроме того, он сделал так много тех же самых ошибок, что и Жанфранко, что, как в годы юности, теперь ему хотелось поступать наоборот. Холодный разум и рассчетливость не способствовали крепости отношений внутри Семьи, а Антонио хотелось именно этого.
Двенадцать лет назад он пообещал самому себе, что выбьет из Сабатини обратно то, что тот по случайности стал ему должен. И сейчас предоставлялся блестящий шанс вернуться в игру. Для него. Для клана. Тони настолько был уверен в силах Арриго все вернуть, что не почти не сомневался в решении, что тот ему нужен.
Но и за хорошего игрока требовали немалую цену: отдать точки. Отчего-то Антонио улыбнулся и полез за сигаретами. По-хорошему, стоило бы поговорить об этом с Санторио, но дон в тайне мечтал отдать весь этот бизнес кому-то еще. К сожалению, многие в свое время пострадали от нескончаемого русла наркотиков, в том числе и сам Санто. Тони до сих пор с дрожью вспоминал о той передозировке, когда врачи могли лишь пожать плечами "Ничего не обещаем". После того случая дон с трудом переносил хоть какую-то информацию о положении наркоторговли на острове, и вообще грозился больше этим не заниматься. Слишком опасное, но слишком прибыльное дело.
Теперь все изменилось. Теперь терять такие деньги Антонио не хотел. Клан еще не окреп с одной стороны, а тут уже приходится слабеть с другой. Жадность отца, видимо унаследованная по наследству, давала о себе знать, давила на мысли Тони, нашептывая в какую яму можно с этим скатиться.
Открытая папка с десятью песнями кончилась, мгновенно оборвав мысли дона вместе с музыкой. Он посмотрел на часы - прошло 40 минут. Расклад таков: Арриго еще должен ему и Семье, и так просто отпускать его на тот свет - было бы ошибочным вариантом. И даже не это было самым главным в принятии решения, а то, с каким внутренним ощущением Антонио ответил ему в трубку, слыша как тот захлебывается кровью. Достаточно было прислушаться к самому себе, чтобы определенно точно решить - он мне нужен. Клан не будет кланом, если убить Сабатини. Он тот, которому дон доверял. А это что-то да значило, если учесть подозрительность Морелло, иногда доходящую до абсурда.
Зажав губами сигарету и подкурив ее, скорее на автомате, чем явно желая этого, Антонио с простодушной улыбкой набрал номер, с которого ему звонили. Непостижимым образом настроение... улучшилось?
- Пронто.
- В общем, я обдумал твое предложение, и решил его принять. Я отдам тебе все точки, как ты и просил. Разумеется, если Сабатини будет в подобающем состоянии. А для этого - надо встретиться.
Впрочем, Антонио не был согласен выкупать "любого" Арриго. Инвалида, дышащего на ладан, лучше было бы пристрелить на месте, как бы печально это все не звучало.
- Значит будем встречаться... однако ты понимаешь, что в настоящей ситуации это несколько ... мм... рисковано.
- Ты боишься?
- Исключительно за тебя.
- За меня не стоит беспокоиться. Назначай время. А я - место. - фразу Франческо Тони принял с насмешливой улыбкой. С чего бы ему бояться, когда в его силах махнуть рукой. Собственного заключения?
- Хорошо. В обед. Часа в 2.
- В церкви святого Иосифа, на востоке города.
- Бобене, Антонио
Сброс, и еще одна самодовольная ухмылочка, словно бы дон заключил самую удачную сделку за этот год. А может действительно - не пожалеет? Вот бы знать наверняка, какие еще подарки судьба принесет в будущем и как отреагирует на его решение.
Закрыв ноутбук и потушив сигарету в стакане, стоявшем на столе, Антонио поднялся наверх, в гостиную.

Гостиная