Сицилийская мафия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сицилийская мафия » Вилла семьи Морелло » Гостевая комната


Гостевая комната

Сообщений 1 страница 30 из 36

1

***
http://www.salon.ru/images/gurnal/855//db_112643.jpg

2

Первый этаж. Холл

Отведенная ему  Морелло комната была большой, светлой , удобной. Но не это сейчас больше всего интересовало Гамбита. На журнальном столике в углу стоял большой кувшин с чистой питьевой водой. Первый предмет вожделения вот уже несколько часов. Арриго даже прибавил шагу, устремляясь к нему. Глоток, второй , третий. Даже не заметил, что вода льется по подбородку, скатывается шее,  груди, пропитывает стягивающие торс бинты. И никак не может напиться, втягивая воду, словно верблюд, пересекший пустыню и добравшийся наконец до колодца. На дне плескалось буквально пара глотков, когда мужчина наконец-то вернул кувшин на место.
-Тони, прости, я присяду. Устал что-то.
Не слишком вежливо вот так-то. А что поделать, если такие простые вещи, как пройти в дом и подняться по лестнице давались пока с трудом? Тяжело сел в кресло, облокачиваясь спиной на спинку, стараясь найти поудобней положение, чтобы бок болел поменьше. Жажда улеглась, уступая место другой потребности- курить. УВы, сколько не боролся Сабатини с этой дурной привычкой, поделать с ней ничего не мог. Еще там, у церкви, с завистью смотрел на курящих охранников и лимитовцев.  Но закурить не просил, так как рот пересох  словно Сахара. Сейчас же...
-Сигаретку бы..
Вопрошающе посмотрел на   Антонио. Потом перевел взгляд на мальчишку, не совсем понимая, зачем дон приказал тому следовать за ним. Но расспрашивать не стал, резонно полагая, что тот сам объяснит, если сочтет нужным. Лишнии вопросы донам задавать не принято. Это Сабатини усвоил еще в молодые годы.

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-03 22:24:55)

3

Первый этаж. Холл

Еще в коридоре Арриго попросил у дона свой мобильный телефон, и сделал звонок, кажется, матери. Тони не прислушивался, так как не считал должным вмешивать себя в чужие дела. Тем более, в родственные.
Оглянувшись на Паоло и убедившись, что тот идет за ними (впрочем, поступить иначе он даже по собственной глупости не мог), Тони поспешил к Арриго, чтобы просто быть рядом. Из комнаты, которую приготовили Арриго, вышла Чолита, сообщившая, что все приготовила для "сеньора советника", и направившаяся в сторону кухни, чтобы приготовить обед на всех присутствующих в доме, коих в этот субботний дел оказалось довольно много.
Зайдя в комнату, Тони внимательно ее осмотрел, так как далеко не все комнаты в своем доме он помнил хорошо, особенно после ремонта. Постоянно он бывал лишь в нескольких комнатах, и разумеется не разгуливал по гостевым спальням, которые обычно держались закрытыми, дожидающимися своих посетителей. Здесь было приятно и светло, но, по ощущениям, Арриго бы подошла и любая другая, хоть коморка, главное - в безопасности.
Антонио с улыбкой проследил за тем, куда сразу же наметился Сабатини, хотя улыбка и была горькой. Все-таки жадный до воды человек вызывал сочувствие. Разумеется, дону его не понять.
- Они что, воды тебе не давали? - Тони покачал головой и махнул рукой, позволяя мужчине сесть. В таком состоянии тому лучше всего вообще лежать, но дон, зная почитание субординации со стороны Сабатини, сомневался в том, что тот позволит себе лежать в присутствии босса вообще.
Пристрастие к сигаретам у многих мафиозо было пагубной привычкой. Курило большинство из них, так как работа была нервная. И Антонио прекрасно понимал Арриго в этом желании, ведь вряд ли Лимите разжидились сигареткой для врага. А может, они все там повернуты на здоровом образе жизни? Ведь сейчас это так модно и актуально.
Выудив из кармана брюк пачку сигарет, дон кинул ее на столик, стоявший возле кресла, в котором восседал Арриго, после чего оглянулся на Паоло, тоже находящегося в спальне. Преодолев расстояние в два шага, дон приобнял тго за плечо, подводя ближе к Арриго.
- Это твой новый секретарь. Паоло Конти. С этой минуты - полностью в твоем подчинении. - Похлопав Паоло по спине, тем самым придвигая парнишку ближе к прямому боссу, Антонио улыбнуся чему-то своему. От первого знакомства и впечатления, порой, зависит остальное сосуществование людей. И чем лучше все это пройдет - тем легче жить будет обоим. - Помнишь чету Джустиани? Их отрок.
Больше ничего не говоря, впрочем, не сомневаясь в том, что Арриго и сам со всем разберется, Антонио поспешил выйти из спальни, чтобы оставить новоявленного секретаря и его работодателя один на один. Пусть перед тем, как Сабатини ляжет отдыхать, успеет дать ему пару заданий. Ну, или каких-нибудь поручений, чтоб мальчишка не сидел без дела.
- Если будут какие-то пожелания - звони Чолите.
Уже оказавшись возле двери, Антонио вспомнил про зажигалку и, достав оную, обернулся и кинул ее Арриго, после чего вышел в коридор и закрыл за собой дверь.

Комната Джули

4

» Первый этаж. Холл

За окнами виллы царило лето, но Паоло трясло так, будто его как был в легкой рубашке и тонких тапочках выбросили где-то в районе Антарктиды в сугроб. Омерзительно постукивали зубы, мелкой дрожью дрожали пальцы. Он не знал, как ему реагировать: злиться ли на себя за слабость или роптать на судьбу за то, что не подготовила его к этому шоку, не смягчила удара. Всегда несла баловня на вытянутой бережной ладони, с тем, чтобы в один страшный день сбросить в реальный мир без спроса, бесцеремонно, безжалостно.
А всё - этот человек. Взгляд цепкий, колючий, как будто оценивает, стоит ли вообще возни криволапый щенок Паоло Конти? Продрало до кишок одним только этим взглядом. А еще руки в синюшных поперечных полосах, заскорузлые от въевшейся грязи, сбитые в кровь костяшки. Нечистый тревожный запах тела, повадка зверя. В самих его движениях, пусть и скованных сейчас, было что-то дикое, до тошноты от ужаса, до трясущхся коленок и повлажневших ладоней. И всё же... испуг Паоло не был направлен на мужчину, которого, к слову сказать, дон поддерживал под руку и вообще обращался с ним с величайшим почтением, как с принцем крови. Скорее это был тошнотворный ужас цивилизации перед непричесанной и не напудренной правдой жизни, как она есть. В прежнем мире Паоло Конти не было уличных драк, не было петушиных боев за симпатичную девчонку. У него были прекрасные друзья, но главное - у него были его книги, была его вожделенная наука. Ему не приходилось бояться боли, ему не доводилось видеть смерть... А от этой пары впереди ею пахло явственнее, чем кровью и потом. И это было его будущим... Будущим, к которому он был не готов.
Раздумья юноши прервались, они пришли. Комната была неподалеку от его собственной, которая замыкала собой коридор. Эта же, светлая, дорого и с безупречным вкусом обставленная, была ближе к комнатам дона и значительно просторнее. И первым же порывом раненого стало утоление жажды. Паоло замер в дверях, с ужасом и состраданием глядя, как он пьет, пьет, и не может утолить жажду. "Кто же его так?!"
- Они что, воды тебе не давали? - проговорил дон, и Паоло вздрогнул. Значит, все-таки плен... Кто бы ни был теми неизвестными ему злодеями, душой Паоло уже болел за "своих", хотя ощутив волчий холодный взгляд на своем лице, снова вздрогнул от страха.
- Сигаретку бы... - попросил тот. "И мне бы... - тоскливо подумал юноша, сжимая кулаки. - Целую пачку." Дон без вопросов бросил ему требуемое и неожиданно вспомнил о присутствии в комнате еще одного живого существа.
Паоло не успел опомниться, как оказался гораздо ближе к раненому, чем он мечтал бы быть когда либо. Прикосновение дона к плечам заставило его замереть, сжаться как каменному, слишком интимное, чтобы можно было расслабиться. Шаг, другой, третий... И пропасть разверзается под ногами от нескольких небрежно брошенных слов:
- Это твой новый секретарь. Паоло Конти. С этой минуты - полностью в твоем подчинении.
Паоло мертвенно побледнел, ошарашенный услышанным. Глаза юноши, и без того большие, грозили со стуком вывалиться на ковер. "КАК??? Вот ЭТОТ?!! Мадонна-мия, за что ты меня так наказываешь!?? Не надо!"
Покачнувшись под напутственными шлепками дона, Паоло шокированно проводил его взглядом и с опаской посмотрел на сидящего в кресле... синьора Арриго Сабатини.
"Так вот он... какой."
- Здравствуйте, синьор.
Паоло кашлянул, но голос все равно был как у обморочной девицы. Это отрезвило. Максимально собравшись с духом, он нахмурился, скрывая свое смущение и уже тверже произнес:
- Рад нашему знакомству.

Отредактировано Паоло Конти (2009-04-04 00:37:45)

5

-Спасибо за все, Тони.
Поймал кинутую доном зажигалку, задумчиво провожая   его  взглядом до выхода. Вот так же смотрел он как-то на Антонио двенадцать лет назад. На прямую спину, широкие плечи, на едва заметную впадинку у основания черепа среди завитков выгоревших на солнце,  рыжеватых кончиков волос. Сейчас мало что  изменилось в фигуре, облике крестного отца. Разве что среди черных прядей на солнце тонкими нитями стало проблескивать серебро седины, да глаза стали мудрее, глубже. Арриго  тогда, двенадцать лет назад, ведомый холодной логикой,  едва удержался, чтобы не выстрелить в это незащищенное углубление, прерывая земной путь главы мощного клана. А вот  мог бы он выстрелить теперь, если бы понадобилось? Не дрогнула бы рука? Пальцы повертели зажигалку, нащупывая на еще теплой от чужого тела, металлической поверхности, выпуклую вязь монограммы Морелло. Очертили, сжали в кулаке,  не давая металлу остыть. 
Дверь безшумно прикрылась, отделяя светлую, словно больничная палата, спальню,от остального дома. А Гамбит еще несколько минут неподвижно сидел, смотря  в одну ему видимую точку на светлом дереве двери.
Потом, очнувшись от своих мыслей, перевел взгляд на парня, которого ему "сосватали" в секретари. Скептически качнул головой, усмехнулся.
-Тони, уж лучше бы сказал- на тебе мальца, сделай из него человека. Ближе бы к истине было. Ладно,*обреченный вздох*  как говориться- будем посмотреть.
Сколько парень не пытался скрыть страх, видно было, что его трясет, как заблудшего щенка на помойке.
-А ведь отец его,  Джустиани, достойный мужик был. Правильный был мужик.
-Садись, Паоло. Правды в ногах нет.
Взглядом показал на второе кресло.
-Если Ревека позвонила, скоро должен  приехать Цахес. Надо встать. Заставить себя помыться перед визитом врача, смыть все это лимитовское дерьмо. Надо встать.
-Ну  давай,  рассказывай  неторопясь, все по порядку. Где учился, что умеешь делать, есть какие-нибудь связи? У кого воспитывался?
-Конти.. Конти... Конти.. что-то знакомое.
Собравшись с силами, переломив вой организма, который требовал уложить его на горизонтальную поверхность и оставить в покое, мужчина поднялся. Прошел в ванную комнату, оставив дверь приоткрытой. Открыл краны в ванной, набирая водой. Кривясь от боли,  стал разматывать успевшие покрыться серо-черными разводами бинты.
-Ты говори, я слышу.
Не выходя, крикнул в спальню. Бросил бинты на пол. Стащил грязные джинсы,  белье, обувь, отправив брезгливым пинком все в кафельный угол. Залез в ванную и блаженно вытянулся  в горячей воде.

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-05 01:09:27)

6

Дрожь тела от утробного неконтролируемого страха не унималась еще некоторое время, словно выжидая... вот этого. Тишины замкнутого пространства, мерного шепота кондиционера, шелеста целлофановой обертки сигарет. Всё стихло, суматоха улегдась, оставив их наедине, и стиснувшая внутренности ледяная рука медленно разжалась, приотпуская, позволяя снова дышать и жить.
- Спасибо... - пробормотал Паоло и сел в кресло. Первым порывом его при виде того, как побледнел Сабатини, вставая, было желание его поддержать, подстраховать как-то, помочь... но по всему было видно, что помощь неуместна и мужчина привык справляться сам. Молодому человеку оставалось лишь смириться. Вздохнув, он проводил его глазами и заговорил, постепенно от сбивчивого лепета перейдя к связному рассказу.
- Я родился и вырос здесь... Дон Морелло сказал, что моими родителями были люди из Семьи... Я их не знал. Конти - это мои... - запнулся - приемные родители. Банкирский дом Конти, знаете? Вот... Я с детства был прилежным, много учился, сначала дома, затем в колледже, получил диплом с отличием в Сорбонне... Я ученый, - Паоло немного смутился тем, как это прозвучало здесь. - Специалист в области истории искусств, языкознания, истории. Наверное, должность секретаря - это большее, на что я мог рассчитывать. Но я быстро учусь и надеюсь быть вам полезным, синьор Сабатини.

7

Как же хорошо было лежать в горячей воде, чувствуя, как зуд  на коже от въевшегося в нее пляжного песка, превратившегося в солевую корку пота, пропадает вместе со смываемой грязью.
-Э-хе-хе.. Совсем неоперившейся птенчик. Зря Жанфранко отдал его на воспитание  Конти. Тот к клану и мафии имел весьма опосредованное отношение и воспитал мальчишку, как простого обывателя. Испортил парня. Как он теперь жить-то будет в сложившихся обстоятельствах?   
Мелькали мысли, пока Арриго слушал лепет новообретенного секретаря. Хотя, какого там нафиг , секратаря? Секретаря из него его еще делать и делать. Как и члена клана. И дело тут даже не в образовании. В менталитете, в образе жизни, во взглядах на вещи, в жизненных ценностях. Обычно,  это воспитывалось с детства. Речь, конечно,  шла не о боевиках. Хотя и они приходили в клан из определенного слоя общества, а значит и с определенными жизненными позициями. Остальные же .. Хотя.. вот, напрмер, Санто. Тоже, пока не женился на девушке, принадлежащей Семье, к мафии никаким боком не относился. Но, то же Санторио. А этот... Сабатини усмехнулся, вспомнив зацепленные взглядом кончики покрасневших от смущения ушей. Красна девица, ей богу. Зато мордашка у щенка.. мдя..С такой мордашкой и попкой ему в клане.. вдвойне сложнее будет. Тот же Тони не применет под настроение снять стресс, трахнув аппетитную попку. Да и остальные ангелами не были.
Мужчина потянулся за мочалкой и мылой, скрипнул зубами, когда прикосновение жестких волокон к телу отозвалось резкой болью в мышцах и подреберье. Не смотря на это, начал оттирать закорузлую грязь с кожи. По мере удаления грязи, подкожные кровоподтеки и синяки проступили ярче, словно рисунки на старинных переводных картинках.
-Черти  бы подрали Альваро с его кулаками-кувалдами. Ладно, надеюсь Канторини тоже заебется считать синяки на  любовнике.
Вымывшись, и утешив себя этой мыслью, Гамбит вылез из ванной. Растерся жестким полотенцем, мысленно воя от немилосердного "массажа", но упорно продолжая разгонять кровь в затекшем теле. Накинул висящий на крючке гостевой махровый халат, провел пятерней по мокрым волосам и вернулся в спальню.
-Твой отец, Алессандро Джустиани, всю свою сознательную жизнь занимался ростовщичеством, малец. Был уважаемым человеком в клане. Совеником дона Жанфранко. И будь он сейчас жив, выростил бы из тебя человека.
-А не мокрую курицу.
-Но, надеюсь, это дело поправимое. Учиться никогда не поздно.
-Правда с возрастом учеба становится куда как жестче. Придется ломать уже въевшиеся в твой мозг стериотипы и мораль.
Мужчина сел в кресло, черканул в блакноте пару строк, вырвал листок, кинул через стол к краю, где сидел Паоло.
-Вот адрес съемный квартиры в Палермо. Привезешь сюда  мои вещи, одежду. Барахло из ванной отнеси Чолите. Пусть постирает. И принесет мне обед. Напиши свой телефон. Позвоню, когда понадобишся. И не шляйся там долго. Ты мне будешь нужен. Все.Пока свободен.
Сорвав обертку с оставленной Антонии пачки сигарет, щелчком выбил одну. Вновь покрутил именную зажигалку Морелло, прикурил, глубоко затягиваясь и блаженно  закрывая глаза. Только тот , кто много и постоянно курит, знает вкус вот этой, первой , после длительного перерыва,  сигареты.  В отбитых легких запершило,  мужчина задержал дыхание, давя кашель и удерживая вожделенный дым.

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-05 17:16:15)

8

Пока его новоявленный шеф мылся, Паоло успокоился окончательно и уже не дрогнул, когда тот вышел из ванной. Да и нечего было пугаться: зверь был вымыт, и как бы не весь сгинул в грязной воде? По крайней мере, с этим мужчиной, почти домашним, почти прирученным, чистым и свежим после ванной, было не страшно находиться наедине.
Поймав записку, юноша кивнул, на половинке листка, отчерченной ногтем и аккуратно оторванной, написал свой мобильный и передал Сабатини, а вторую, с адресом, положил в нагрудный карман.
- Будет сделано.
Не размениваясь на дальнейшие словесные кудри, Паоло прошел в ванную, сгреб пожитки советника, стараясь меньше прижимать их к себе, и вышел в комнату. Короткий вопросительный взгляд, брошенный шефу, остался без ответа.
- Я скоро! - пообещал Паоло и покинул комнату, прикрыв за собой дверь.

» Комната Паоло Конти

Отредактировано Паоло Конти (2009-04-12 18:05:10)

9

Распрощавшись с секретарем, дождавшись , когда дверь закроется, мужчина расслабился в кресле. Откинув полу халата, осмотрел бок, где багрово -черным пятном отпечатался "автограф" ботинка Каро. Помял мышцы, нащупывая ребро, охнул от боли.
-Черт, только бы не перелом.
И едва успел закрыться, когда в дверь постучали, и буквально сразу в комнату вошла Чолита, катя столик с накрытым обедом. Господи, святая женщина! Молчаливая, спокойная, выполняющая то, что от нее требуется, быстро, без лишнего чесания языком. А уж за ее спагетти с соусом болонез и лозанью, Гамбит готов был черту душу продать даже в менее голодном состоянии. Умеет Морелло прислугу выбирать. Повезло ему с Чолитой. Сабатини сколько не пытался нанять помощницу по хозяйству в съемную квартиру, через пару недель выкидывал ее на улицу, раздраженный или болтовней, или неумением вести нехитрое  хозяйство одинокого холостяка, либо попыткой сунуть нос в его дела.  В Эриче же всем заведовала Розана, сама подбирая прислугу.
Только успел поесть, как охранник с проходной доложил, что приехал Цахес.
-Риба моя, таки до вашего гоевского, католического  Рожества еще далеко. Я может что-то не понимаю, но скажи мне, голуба моя, зачем ты позволил сделать из себя отбивную котлету?
Арриго  отмахнулся от риторического вопроса старика
-  Так получилось, Авраам. Так получилось. Кстати, деньги за ту операцию я тебе перечислил.
Старый еврей, как всегда, с шуточками и прибауточками, осмотрел его, поправил очки на тонком, с горбинкой носу, пожевал тонкими губами
- Ребра у тебя не сломаны, но легкие лечить придется.. Дай нос посмотрю.
Минут через сорок, Цахес уехал, оставив Ревекке подробные инстукции по лечению и препаратам. Арриго только кряхтел, выслушивая огромный список дряни, которую придется глотать, колоть в задницу и мазать на тушку. Список же того, что можно и чего нельзя, вызвал ворчание с глухим матерком. Если  выполнять все рекомндации врачей, то жить получалось, вообще незачем. Ни покурить, ни выпить, ни расслабиться по человечьи. Нафиг. Но говорить все это старому еврею, занятие более чем бесполезное. Тут же выгребет из голову нужную главу из Торы и начнет долго, занудливо учить жизни, как библейский пророк.
Наконец, добравшись до постели, мужчина рухнул на нее, как убитый и провалился в глубокий сон.

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-05 19:07:18)

10

» Центр » Bartolotta Ristorante di Mare

(Вторая линия. Суббота, 8 часов вечера.)

Припарковавшись возле въезда на виллу, Орсо быстро докурил сигарету и вышел из машины, прихватив с переднего сиденья бумажный пакет с ручками. При входе на территорию виллы он поздоровался с охраной и был подвергнут досмотру, хотя те и знали его в лицо. У них же Орсо уточнил,  действительно ли сюда привезли Аригго Сабатини? Слухи распространялись быстно... Он узнал от своих ребят, что его выкупили из плена Лимитэ, а те узнали от ребят Сабатини. Но гарантии, что его увезли на виллу Морелло, они дать не могли. Короче, лишний раз убедиться не помешает. Получив положительный ответ, мужчина быстрым шагом направился по дороге к самому зданию. Почти бегом преодолев расстояние от въезда до крыльца дома, Фабретти с удовольствием почувствовал под ногами старый добротный камень, вымощенный  вокруг фонтана, а не мелкий гравий, в котором вечно утопали ноги.
В доме было довольно тихо, если не брать в счет прислугу, занятую своими делами, и охрану. Встречаться с хозяином дома Орсо был сейчас морально не готов. Привитое еще дедом глубокое уважение к главе Семьи выработало у Фабретти ощущение постоянной неловкости перед доном. Чувство он это крайне не любил и старался свести к минимуму. Для этого ему требовалось настроиться на встречу. Сейчас настроя не было, так как идея навестить Сабатини пришла спонтанно. Орсо просто не мог перебороть в себе какое-то садистское желание видеть избитую физиономию советника.
Поймав бежавшую мимо служанку, гость поинтересовался, где сейчас находится синьор Сабатини. Девушка знала и даже согласилась проводить Фабретти к комнате. Дождавшись, когда она ушла, Орсо постучал. Никакой реакции.
- Арриго?! – На тихий зов никто не откликнулся. Фабретти нахмурился и нажал на ручку двери. "Странно. Спит что ли?". Дверь поддалась, и мужчина скользнул в комнату. Так и есть. Орсо усмехнулся, увидев спящего на кровати. Специально не ограничивая себя, он прошагал к столику и со стуком  поставил на него пакет. Взгляд наткнулся на пепельницу с окурками и лежащую рядом пачку сигарет. "Даааа. Курить мы даже при смерти будем. Нам жрать не давай, дай только покурить". Фабретти зачем-то покрутил туда-сюда пепельницу и, улыбаясь, снова взглянул на советника.
- Просыпаемся, синьор Сабатини-и, просыпаемся… – тихо позвал мужчина –… на том свете отоспимся.

Отредактировано Орсо Фабретти (2009-04-13 22:40:07)

11

Снилась какая-то хрень.
То на темном фоне ночного неба, усыпанного немигающими глазами звезд,  белым пятном высвечивалась лицо Каро с посиневшими от удушья губами. И тут же всплывал чеканный, оскаленный  профиль Журавлева,  цедивший сквозь зубы: «Пристрелить». «Пристрелить»,- голосом Канторини охотно соглашался лохматый, треснувший между половинками спелый персик. «Сожжжрррем!», -рычал довольный на жизнь бритоголовый Натан, вцепившийся обеими руками в задницу Фестера. 
В терновом венце, устремя к горизонту недобрые, невидящие, печальные глаза, по воде, как посуху, брел  дон Антонио.  А святой Иосиф Обручник,  с лицом Санторио, то появлялся среди утопающих в море туч, то пропадал в отблесках кровавого солнца. 
Открывающаяся дверь карцера лязгнула, впуская цокающего копытами безликого охранника Лимите. Длинный, чертячий, гибкий, как хобот  слона,   хвост подкинул вверх холщевый мешок. Когтистая лапа сжала рукоять беретты. 
-Просыпаемся, синьор Сабатини-и, просыпаемся.. на том свете отоспимся.

Звуки дыхания лежащего на постели мужчины стихли. Потом вновь восстановились. Размеренные, спокойные, замедленные- вдох, выдох, вдох. Рука словно неосознанно  пошевелилась, нырнула под подушку. Кисть, скрытая от чужого взора, дернулась в поисках надежного холода металла  оружия, которое обычно лежало там. Ничего.
-Блядь.
Арриго резко открыл глаза, перевернулся на спину,  ошалевшим со сна взглядом рыская по незнакомой комнате, готовый в любой момент вскочить, нырнуть на пол за укрытие матраца. Выхватил из пространства фигуру человека.
- Оррррсо-о-о-о….!!!
Прорычал, выдыхая  с облегчением воздух,  и падая спиной на смятую подушку.
-Сто ежей тебе в задницу. Так пугать!
Сознания, выныривая из сна, восстанавливало в памяти события последних суток. Где он находится. Как сюда попал.
-Уффф..
Хохотнул, потер ладонью лицо, сметая остатки сновидений.  Глянул на часы, присвистнул. Девятый час, пора вставать. И так не плохо поспал.  Поднялся, запахивая халат, стягивая полы свободным  узлом пояса. Кивнул на кресла у стола.
-Проходи,  раз пришел. Садись. Я сейчас.
Сабатини прошел в ванну, где лежали выстиранные Чолитой, и уже высохшие джинсы и белье. Плеснул в лицо холодной воды, чтобы окончательно проснуться. Натянул трусы и джинсы. Повертел в руках дырявый  на пальцах носок, хмыкнул, выкинул в мусорное ведро. Рубашку, привезенную Антонио, так и не нашел. По всей видимости,  домработница бережливо выстирала и вернула хозяйскую вещь на место. Мельком глянул в висящее над раковиной  зеркало. Сам испугался своей же распухшей рожи. 
Накинув на голый торс халат, вышел в спальню.
- Здорово, Орсо. Какими судьбами? Вот только не говори, что ночь не спал, волнуясь за мою шкуру.
Засмеялся собственной шутке, плюхнулся в кресло,  скривился при виде пластмассового стаканчика,  с лежащими в нем горстью таблеток. По видимому, пока спал, Ревека успела сходить в аптеку и приготовить лекарства на вечерний прием. Высыпав кругляшки на ладонь, сморщился, словно лимон надкусил, закинул таблетки в рот, прижал языком и потянулся к кувшину с водой. Глазами показал приятелю - мол, а что делать? Врач прописал. Запив, проглотил гадость, и взял лежащий на столе телефон.
-Минутку. * к Орсо*
И уже в трубку. 
-Чолита, принеси,  пожалуйста,  два кофе и что-нибудь из закусок.  Ну там бутерброды, сыр..  перекусить что-нибудь. Хорошо. Спасибо.
Нажал отбой, теперь уже обращая все внимание на посетителя.
-Ну,  рассказывай. Что у нас нового?
Доставая себе сигарету из пачки , и протягивая остальное Фабретти.

12

- Оррррсо-о-о-о….!!!
Фабретти заулыбался, явно довольный реакцией Сабатини.
-Сто ежей тебе в задницу. Так пугать!
Тут гость откровенно засмеялся. Сон крепкий, хороший – быстро оклемается.
-Проходи,  раз пришел. Садись. Я сейчас.
Садиться Орсо не спешил. Он подпер пятой точкой край столешницы и сложил руки на груди. От внимательных глаз гостя не укрылись немного скованные движения Сабатини. Может ото сна, но скорее всего от побоев, отпечатки которых Фабретти успел углядеть в запахе халата Гамбита. В целом, состояние советника Орсо удовлетворило. "Самостоятельно передвигается, нормально говорит. Челюсть не сломана, позвоночник не перебит." Действительно ли это волновало Фабретти? Действительно. Он еще в машине осознал, что видеть этого человека в плачевном состоянии будет очень неприятно. Осознал и под ложечкой засосало.  Человека, с которым долгое время комфортно общалось и работалось. Человека, которого Фабретти уважал и к мнению которого прислушивался. Это было ощущение бессилия и раздражение перед ожиданием того, что придется увидеть. Оно дико злило контрабандиста всю дорогу до виллы. "А ребята ведь напели, что он чуть ли не в инвалидном кресле останется. Критины. Языкочесалки".
Орсо проводил взглядом Арриго и кивнул головой, еще раз соглашаясь с собой, что не так страшен черт, как его малюют. Пока советник был в ванной, мужчина повернулся к столу и вытащил содержимое из пакета. Затем сел на край кресло, опершись локтями на колени и сомкнув ладони в замок.
- Здорово, Орсо. Какими судьбами? Вот только не говори, что ночь не спал, волнуясь за мою шкуру.
-Не, вы поглядите на него! – Фабретти даже выпрямился в кресле и поднял удивленные глаза на садившегося Арриго – Его навещают, волнуются за него, а он еще смеет язвить.
Глаза проводили горсть таблеток в рот Арриго, губы скривились то ли в сочувствии, то ли в неприязни к этим самым средствам лечения. Он не доверял различным лекарствам, придерживаясь мнения «Одно лечит, другое калечит».
-Ну,  рассказывай. Что у нас нового?
Орсо взял из рук собеседника пачку и, выудив из нее сигарету, засунул себе в рот.
- Новое у нас – твой очередной день рождения. Сбился, какой по счету, извиняй. Я вот тут тебе даже подарочек приготовил.
Придерживая губами не закуренную пока сигарету, мужчина убрал пакет со стола, открывая Сабатини обзор гостинцев, принесенных Фабретти. На столе, словно для натюрморта, красовались: пузатая темная бутылка французского коньяка известной марки, плитка шоколада в бронзовой обертке , два апельсина и один ядовито-желтого цвета большой лимон.
- Помню, мы уже выпивали этот коньяк как-то. Тебе он вроде понравился – Орсо повернул бутылку этикеткой на Арриго. Затем закурил, щурясь от дыма.

13

*входящий звонок на мобильный Арриго Сабатини, долгий. Линия разьединилась, едва советник ответил на вызов.*

14

Щелкнув зажигалкой, Сабатини прикурил, глубоко и блаженно затянулся. Хорошо-то как. Хорошо быть дома, в Семье, в безопасности, среди давно знакомых людей.  Зажав дымящуюся сигарету зубами, гоготнул, взял в руки пузатую бутылку, глянул на этикетку, любовно перекинул пузырь с ладони на ладонь.
- Черт, как же я рад тебя видеть.
Трудно было понять, что так (или что больше)  порадовало советника – визит старого приятеля, или булькающая за темным стеклом сорокоградусная  жидкость.
Организовав пустые стаканы, мужчина уже схватился за пробку, собираясь вскрыть «амброзию», как неожиданно к чему-то прислушался.
-Епть!
Чертыхнулся, торопливо  сунул бутылку за кресло, суетливо, обжигая пальцы, раздавил едва начатую сигарету о дно пепельницы, и  уселся в кресло с  постной мордой монаха –праведника, читающего псалмы прихожанам. Едва успел все это проделать, как в комнату вошла Чолита, несшая еду, в сопровождении черноглазой евреечки в белом халате.
-Синьор Сабатини, ваши лекарства на утро.
Девица, с профессионализмом терьера-ищейки, натасканного на выпивку и курево, потянула носом, выдала Орсо убийственно- укоризненный взгляд,  обшарила взглядом комнату, критически оглядела лежащую на столе закуску,   и поставила на стол  пластмассовый стакан со следующей  порцией  таблеток.  Потом занялась гематомой под глазом Гамбита, намазывая на багрово-черную припухлость толстый слой мази с резким, неприятным запахом. Мафиози лишь морщился, кряхтел, с несчастным видом обреченно косился на Фабретти
Тем временем Чолита расставила на столе тарелки с какими-то маленькими бутербродами на палочках, сыром, фруктами и прочей закусочной дребеденью.
Наконец, обе женщины удалились. Арриго словно с места подкинуло. Бесшумно подкравшись к двери, прислушался к топоту удаляющихся шагов. Обернулся, облегченно вздохнул
-Уффф…
И заметив выражение лица Орсо
-Вот только посмей заржать.
Засмеявшись сам, расслабившись и повеселев в предвкушении выпивки,  вернулся в кресло,  извлек запрятанную бутылку, вскрыл, наполнил стаканы наполовину.
-Ну, за удачу!
Чокнувшись с контрабандистом, залпом выпил свою долю, морщась пошарил ладонью по столу, нащупал лимон. Увы, резать закусь было некогда и нечем. Не долго думая, откусил кусок  от кислого цитруса, прям вместе с цедрой, протянул  надгрызенный фрукт  на закуску Орсо.
Блаженно развалился в кресле, чувствуя. как коньяк раскрашивает мир в радужные краски. Наконец прокомментировал свое поведение.
- Ыыы.. Тебе смешно, а чертова девка, если заметит выпивку или сигареты, мне хрен что  скажет. Но тут же позвонит  и настучит Цахесу. А вот он   плешь мне проест так,  что мало не покажется. 
Уж что- что, а  когда дело касалось здоровья пациента, учить «мОлодеж»  Авраам любил  самозабвенно, и делал это с искусством, достойным отпетого садиста, выедая мозг с усердием харизматичного червя-паразита.
И словно накаркал…
Телефон, лежащий на столе,  завибрировал, издал булькающие звуки и хрипло заорал завязший в зубах мотив.
-Чееерт…
Мужчина вздрогнул, как-то ссутулился, с минуту смотрел  на телефон, как бандерлог на Каа. Телефон не умолкал, требуя ответа. Взял трубку, глянул на высветившийся номер. На лице расцвела счастливая улыбка приговоренного, которому внезапно объявили о помиловании- номер был не знаком.
-Хы, не заметила, шельма, бутылку.
Мысленно порадовался, как нашкодивший, и не пойманный пацан.
-Алло. Сабатини слушает.
Но на другом конце видимо передумали, нажав отбой.
Удивленно глянул на потемневший экран, гадая, кто это мог быть. Потом махнул рукой, и вновь вернулся к «хлебу насущному». Потер ладони, сгреб с тарелки пригоршню бутербродов, вытаскивая пластмассовые  палочки и собирая  съестные крохотулечки  в один, большой, которому рот радовался.
- Давай еще по одной. Как говорится, между первой и второй, промежутка почти нет.   
Хохотнул, жуя закуску.
-Да, кстати… Поговорить с тобой хотел.  Эмилио Терини  ведь ты мне сосватал?
Все тот же беззаботный тон, довольная жизнью, хоть и разукрашенная рожа. Но если присмотреться… В какой-то  момент взгляд Гамбита неуловимо изменился, стал требовательным, жестким, резко  контрастируя с улыбающейся физиономией.

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-07 19:47:47)

15

- Черт, как же я рад тебя видеть.
Орсо усмехнулся, глубоко затянувшись, и откинулся на спинку кресла, удобней устраиваясь на сиденье. Потянулся стряхнуть пепел, как его собеседник засуетился тихо матюгнувшись. Бутыль за кресло, сигарета затушена, на лице Сабатини абсолютная безобидность и целомудрие. Фабретти прыснул и засмеялся бы (так комично это смотрелось), если б не две женщины, вошедшие в этот момент. Под грозным взором первой, Чолиты, Орсо виновато смотря снизу вверх, медленно затушил свою сигарету и улыбнулся. Улыбка не подействовала – стало стыдно, словно пацану, которого поймали за незначительную  шалость. Вторую контрабандист не знал, но по халату определил, что девушка явно медицинской наружности. Мужчина с печалью посмотрел на оставшиеся гостинцы. Чолита, помнится, была не глупой женщиной и прекрасно поняла, какого фрагмента недостает для цельного натюрморта.
В дальнейшем, наблюдая за действиями дам, контрабандист то и дело отворачивался или опускал вниз голову, почесывая себе затылок, что бы скрыть улыбку и тихие смешки. Когда женщины ретировались, он, проглотив очередной ком смеха, посмотрел на советника. Посмотрел и прикусил губу, что бы не засмеяться.
-Вот только посмей заржать.
И Фабретти заржал. От души, расслабившись, вытирая слезы. Он еще посмеивался, наблюдая, как Арриго с довольной физиономией, в предвкушении разливает по стаканам янтарную жидкость
-Ну, за удачу!
Мужчина сначала пригубил, а потом медленно влил в себя содержимое бокала. Немного поморщившись, медленно выпустил воздух из легких. Тепло, приятно. Орсо взял у  Арриго лимон и с печальной мыслью, что его собутыльник не умеет пить коньяк и закусывать его лимоном, выжал немного  кислого сока себе в рот. Я тоже! – не без удовольствия подумал контрабандист, вытирая рот салфеткой.
Только Гамбит закончил свой жалобный рассказ о несчастной судьбе раненого мафиози в руках иудейского светила современной медицины, как зазвонил телефон, чем вызвал очередной приступ тихого смеха у Фабретти.
Но советнику повезло. Номер был явно не тот, да и разговаривать с ним особо не желали.
- Давай еще по одной. Как говорится, между первой и второй промежутка почти нет.  
Орсо улыбнулся, взял бутылку и стал разливать коньяк по стаканам.
-Да, кстати… Поговорить с тобой хотел.  Эмилио Терини  ведь ты мне сосватал?
Рука с бутылкой на мгновение замерла. Орсо поставил коньяк на стол, вытащил сигарету из пачки и закурил.
- Я. – Сквозь дым, глаза, прищурившись, вцепились взглядом в лицо Гамбита, словно пытаясь прочитать на нем, о чем тот думает. – А что?
Выражение глаз не понравилось. Что-то не так.

16

Взгляд проследил за взятой и поставленной  назад бутылкой, перескочил на лицо Орсо, зацепился за глаза.
-Ты наливай. Наливай
И как бы между прочим
-Крысу ты мне сосватал, мил друг.
Пару лет назад Орсо позвонил и попросил о встрече, сказав, что придет не один, а с надежным человечком, за которого ручается. Встреча состоялась с ресторане Сицилия. Эмилио Терини оказался рознично и мелкооптовым торговцем оружия, который искал стабильного и безопасного поставщика. Ежемесячные обороты сулил не плохие, полная предоплата наличными. Хороший вариант для расширения бизнеса. Естественно, торгаша, «пощупали», проверили информацию по нему. Все было чисто- ни связей с полицией, ни нареканий со стороны предыдущих партнеров. Два года точка работала исправно. Месяца три назад, Эмилио попросил  половину товара на реализацию, сославшись на денежные затруднения. С учетом рекомендаций Орсо и предыдущих  лет работы, Гамбит согласился отсрочить платеж. Однако долг, и весьма не маленький, для розничного торгаша, так и завис. По распоряжению советника, за должником стали приглядывать. И вот вчера его люди  доложили, что синьор Терини, спешно реализовав остаток товара, по бросовой цене, собрался в бега. Толи война кланов его напугала, толи просочились слухи о нападении на дона Короны, толи крыса под шумок решила замести следы, не отдав долг, но перехватили его боевики уже в аэропорту. Денег при нем не оказалось. Как обычно, отвезли пленника на конспиративную квартиру в трущобах. Можно было бы сразу отправить на тот свет, но за ним оставался должок.
Не дождавшись, когда Орсо  разольет новую порцию коньяка, налил сам. Не чокаясь,  выпил. Со стуком поставил стакан на стол. Улыбка на лице погасла, словно где-то щелкнул выключатель. Черты лица мужчины вмиг загрубели,  сделались жестче, схематичней,  словно их неаккуратно вытесали из камня. И радужка глаз, как два кругляша застывшей стали.
-Вчера взяли в аэропорту. Сбежать пытался, падла. Закон ты знаешь. Разбираться с ним тебе.
Негромкие, четкие слова, как положенная на раскрытую  ладонь черная метка.
-И не дай бог, если окажется, что ты в этом деле замешан. В память о нашей семилетней дружбе… я пристрелю тебя сам.
Говорящий взгляд глаза в глаза.  Не оставалось сомнений, что имел в виду Сабатини под словом «разбираться». И обещающий  выстрел, в случае крысятничества самого Фабретти,  взгляд -  особая милость. Когда с провинившимися разбирались боевики, многие из которых прошли тюрьмы, нередко перед смертью несчастных пускали по кругу, дабы «добро зря не пропадало».
Затяжка на пол сигареты, монотонный, как барабанная дробь, стук костяшек пальцев по крышке стола в  повисшей тишине.
-Деньги мне сам  вернешь. Так или иначе.
Да, жестко. Сумма не малая для контрабандиста. Но закон есть закон.

17

-Крысу ты мне сосватал, мил друг.
- Не может быть – автоматически вырвалось. Тихо, почти шепотом.
У Орсо не было причин не верить Арриго. В этом не было смысла. "Может какая-то ошибка? Подставили?" Терини всегда выполнял свою часть договора. В течении двух лет не было ни одной накладки. И Фабретти был в курсе тогдашней ситуации у Эмилио. Он прекрасно его понимал, сам бывал в такой ситуации, поэтому поручился за него. "Неужели это из-за долга? Что побудило Сабатини думать о крысятничестве?"
Несколько секунд контрабандист смотрел в пол, курил и хмурился. Несколько секунд он обдумывал ситуацию, вспоминал, пытаясь зацепиться хоть за какую-то мелочь, которая бы подтверждала слова Сабатини. До тех пор пока Фабретти не отвлек от неприятных мыслей стук бокала о столешницу.
Орсо повернулся лицом к Гамбиту. И наткнулся на холодный жесткий взгляд. Взгляд судьи, выносящего приговор.
-Вчера взяли в аэропорту. Сбежать пытался, падла. Закон ты знаешь. Разбираться с ним тебе.
Фабретти прищурился и глубоко затянулся сигаретой. Он не отводил взгляда от советника, наблюдая за его движениями, за выражением его лица. Неужели ты меня подозреваешь? Мило с твоей стороны, Гамбит, но, увы, я тебя разочарую.
-Деньги мне сам  вернешь. Так или иначе.
"От оно как!!! Деньги они не нашли". Орсо усмехнулся и встал. Движение его были медленны и вальяжны. Этим он прикрывал напряженность во всем теле, стремясь подавить злобу бурлившую внутри. Его не пугала выплата чужого долга. Тем более у него были такие деньги. Его обидело то, что его до сих пор проверяют. Семь лет работы ничего не значат. Сильный удар по его самолюбию и гордости.
- Я всё сделаю. И я верну тебе деньги, – равнодушно ответил Фабретти, вдавливая в пепельницу сигарету, выкуренную до самого фильтра. Равнодушие было не наигранным, а обыденным, естественным. Главное не вспоминать лица Терини.
Эмилио нравился Орсо. Он был мягким, немного трусоватым, но в целом приятным человеком. Фабретти приглашал его семью в гости к матери. Мальчишки Терини сдружились с его племянником…
Контрабандист подошел к окну и устало потер переносицу, прикрыв глаза.  Вторая рука скользнула в карман брюк.
- Пускай твои люди привезут Эмилио в пятнадцатый док в порту. - Док неофициально принадлежал Фабретти. Он  был заброшен, стоял особняком от других доков и причал у него весьма неудобен для крупных торговых судов. Фабретти выкупил его инкогнито и проворачивал там некоторые свои дела. -Там его встретят мои люди. Я так понял, деньги вы при нем не обнаружили? Надеюсь, твои боевики не вышибли из него дух в порыве, и он в состоянии говорить? Да и еще…
Фабретти повернулся к Сабатини и засунул вторую руку в карман брюк.
- Его семья. Что ты намерен предпринять на счет его семьи?
У контрабандиста были некоторые намерения на счет мальчишек, если ему не удастся собрать положенной суммы. Его, конечно, могут осудить, но Фабретти не намерен платить из своего кармана.

18

Взгляд серых глаз словно бы вскользь, но на самом деле очень внимательно следил за медленными, вальяжными движениями  контрабандиста. Вот набухла, вытолкнутая комком в горле вена в разрезе рубашки, прокатились желваки по скулам, чуть плотнее сжались губы. Слишком прям разворот плеч, слишком медленны движения, шепчущие -  «я спокоен».
-Нервничает? Испуган, что попадется? Зол, что заподозрили?
Выкинуть из колоды билет с правильным ответом могло только  дело, поступок. Сабатини давно перестал доверять словам. Дела- вот мерило истины.
- Я всё сделаю. И я верну тебе деньги
Советник медленно кивнул, словно внутренне взвешивая весомость слов. Семилетний опыт говорил- сделает, вернет. Но неприятный инцидент раскачивал  чаши весов. А рядом стояли гири поступков. И только Орсо мог положить их на одну, или другую чашу.
Взял телефон, набрал номер.
-Сабатини. Ну что? Молчит? * пауза , во время которой на другом конце отвечали* Понял. Пятнадцатый док. Через полтора часа. Вас встретят люди Фабретти. *небольшая пауза.* Возвращаться не торопитесь.
И к Орсо.
-Терини  привезут.
-Надеюсь, что целого. Правда мальчики могли и развлечься, вытаскивая информацию о деньгах. Кто ж их знает?
- Его семья. Что ты намерен предпринять на счет его семьи?
Сигарета догорала. Арриго оторвал взгляд от Фабретти, перевел на собственные   пальцы,  сосредоточенно рассматривая окурок, словно не было сейчас ничего важнее и интереснее.  Между бровей залегла глубокая складка. Омерта гласила- семья в ответе за твои поступки.
-Бля, как в Библии. И падут грехи твои на детей твоих до седьмого колена.
У него у самого было двое сыновей. Ирония судьбы. Мужчина снова налил коньяк в стакан, откинулся спиной на спинку кресло, неторопливо потягивая выпивку.
Вряд ли  когда-нибудь  он забудет тот день, когда на столе гостиной в этом доме  лежал заряженный кольт, и голос Морелло- «тебе есть , что терять».
Но сейчас  это не имело значение. Не должно было иметь. Гамбит пинком откинул личные воспоминания и эмоции.
Принял решение.
-Семью не трогать. Максимум- можешь подавить на него детьми. Может расколется, паскуда, куда деньги дел.
Без эмоций. Только на логике бизнеса и законов клана.  Цена вопроса. Чем выше ступень в иерархии Семьи, тем больше власти и денег. Но.. тем больше и ответственности за поступки, тем суровее суд в случае прокола.  Не того поля ягода Эмилио Терини.  Деньги, которые он задолжал, не маленькие. Но в общем обороте клана- не принципиальные. Однако и оставлять крысятничество безнаказанным – нельзя. Другие торгаши мигом на шею сядут, платить перестанут. С другой стороны - перегибать палку тоже нельзя. В мужские «игры» играют мужчины. Не надо вмешивать в них детей и женщин, когда этого можно избежать.  Жесткая расправа с семьей провинившегося перепугает остальных до смерти.  Слухи распространяются быстро. Новые торговцы начнут отказываться от работы на клан, в страхе за близких. Стратегически неверный шаг.
-Ты понял- бабу и щенков его не трогать.
Повторил, и поставив пустой стакан на стол, с силой потер ладонью лицо, как человек, закончивший работу, сделавший то, что должен был сделать.
Расслабился, глянул на стакан приятеля. 
-А ты чего не пьешь-то? Принес выпивку и не пьешь. Давай, наливай. Я то я все один, да один.
Засмеялся, выметая из комнаты тяжеловесную деловую обстановку нелегкого разговора  и субординации.
-Да, кстати, мне тут Антонио секретаря подкинул. Мальчик- конфетка. Помнишь Джустиани? Хотя не, ты вряд ли помнишь. До тебя еще грохнули его. Его сынок. Паоло.  Воспитывался у приемных родителей. О клане толком  ничего не знает. Розовый, наивный персик. Глазки, вроде, умненькие, а краснеет, как девка на выданье. * мужчина загоготал* И попка.. ы-хы-хы.  Покрестишь мне пацана?  Я б тебе десять процентов долга за это дело скостил? * вопросительный взгляд*

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-11 12:53:20)

19

Сабатини обдумывал его вопрос. Слишком долго обдумывал. Орсо предполагал, что этот вопрос предоставят решать ему, но Арриго не спешил с ответом. Не доверяет. Сомневается. Мужчина склонил голову набок и прищурился.
- Семью не трогать. Максимум - можешь подавить на него детьми. Может расколется, паскуда, куда деньги дел.
Фабретти резко выпрямился, вытащил руки из карманов и даже рот чуть приоткрыл. "Что!?! Что значит, семью не трогать? Ему по голове не били? Детишек пожалел? "
- Ты понял - бабу и щенков его не трогать.
Вдох. Выдох. Поджатые губы медленно раздвинулись в улыбке. Шаг. Второй. Третий. Контрабандист подошел  к столику и наполнил стакан Гамбита. Его был полон, поскольку Орсо к нему и не притрагивался.  Он сел на кресло, откинувшись назад и закинув ногу на ногу. Взял свою порцию коньяка и сквозь толстое стекло стал рассматривать темную жидкость. "И кто сказал, что у коньяка или у виски приятный цвет? Он мне напоминает... мдаа."
- Секретарь, это хорошо. – Орсо улыбнулся, разглядывая и вертя в руке стакан.-  В цивилизованного человека превращаешься, Арриго. И десять процентов тоже заманчиво, но вынужден отказаться.  Долг чужой – должен быть выплачен полностью. Десятипроцентные  подачки меня несколько обижают. Мы же с тобой не торгаши сейчас. А мальчишку я тебе покрещу. Сегодня же, хочешь? Покрещу только потому, что это ты попросил. Но просьба за просьбу, Арриго.
Фабретти поставил стакан обратно, так и не пригубив. Он улыбался и спокойно смотрел на своего собеседника. Только взгляд жесткий и холодный. Внутри плескалась ярость. Орсо давно научился контролировать свой взрывной темперамент. Но нутро не изменишь. С каким стержнем внутри ты родился, с таким и умрешь, неважно, насколько изменится внешность. Но когда Орсо не давал выход своим эмоциям, обиды запоминались надолго и закладывались глубоко внутри. Ожидая своего выхода. И вот сейчас как раз его пытаются обидеть...
- Арриго, мне все равно, что будет с женщиной, а вот мальчишек Терини ты мне отдай. Я не пытаюсь сейчас с тобой конфликтовать и идти тебе наперерез, но ты, возможно, кое-что упустил из виду. Я тебя прекрасно понимаю, у тебя тоже двое пацанов. Но мальчишки Терини уже смышленые ребята и они очень любят своего отца. Я это знаю, я это видел.  Они в нем души не чают, как и он в них. Через десять лет они вырастут и возмужают. И будут мстить. И мстить будут мне, а не тебе, Арриго. Да, я боюсь за свое будущее. Через десяток лет мне будет всего лишь сорок три года. Я рассчитываю дожить до старости и умереть во сне. Хотя знаю, что для контрабандиста это непомерная роскошь. Но если уж мне и суждено умереть насильственной смертью, то я не хочу, что бы это было из-за чужой мягкотелости и совестливости. Ты понимаешь меня?
Орсо перестал улыбаться и не сводил глаз с советника. Ну что ты выберешь, Сабатини? Двух малознакомых и малозначимых мальчишек или доверие человека, который в течении семи лет работал с тобой, уважал тебя и ценил?

Отредактировано Орсо Фабретти (2009-04-12 17:25:41)

20

Серые глаза сузились, превращаясь в щели бойниц дока, безлико из темноты наблюдая за контробандистом. Губы раздвинулись, обнажая полоску зубов в оскале  ночного зверя-одиночки.
-Деньги лишнии завелись?
Пауза,  и невысказанный вопрос,  сузивший зрачки, словно выдвинувшиеся из бойниц черные дула ружей.
-Не с денег ли Терини такая щедрость? С моих денег, Орсо.
Дым зажатой между пальцев сигареты поднялся вверх, скрывая выражение глаз зыбкой  пеленой. Подозрение продолжало витать  в воздухе неуловимым запахом, смешиваясь с запахом коньяка, табака и мужских тел.
-Да. Давай сегодня. Чего зря время тянуть. 
Зацепившись взглядом за нетронутый  стакан с коньяком, проводил его на стол. Едва ли не физически почувствовал гремучую смесь ярости и обиды,  плескающуюся в приятеле сорокоградусной жидкостью  с кубиками льда холодных глаз. И выпил ее до дна,  как стакан спиртного. Даже выдохнул, задержал вдох,  словно после неразбавленного медицинского спирта.  И медлено зажевал квадратиком сыра с вкраплениями дорогой синей плесени на закуску.
Молча, с непоницаемым выслушал аргументы Фабретти, не сводя тяжелого взгляда с его лица. Медлено, тягуче поднялся из кресла. Подошел к контробандисту, становясь напротив, несколько мгновений смотрел на удобно, даже вольяжно  расположившуюся фигуру. Рывком, за грудки , комкая сжатым кулаком ткань лацканов дорого пиджака, выдернул из кресла. Лицом к лицу, близко так, что на коже чувствовалось пропахшее сигаретами и коньяком дыхание другого. Взгляд глаза в глаза, когда не видно лица,  век, ресниц. Лишь радужка на фоне белка,  да дыра зрачка, уводящая в потемки  души.
-А все ли ты мне сейчас говоришь, мил друг? Не решаешь ли таким образом свои проблемы?
Краткое стояние на лезвии бритвы, и мужчина толкнул другого обратно в кресло. Подошел к окну. Несколько минут стоял, заложив руки за спину, смотрел на садящееся за верхушки деевьев парка, солнце.
Увы, доводы Фабретти были логичны. Подкопаться сложно. Мелькнула мысль-  откуда пацаны хотя бы теоретически могут узнать, кто приложил руку к смерти отца? И снова - увы. Могут. Было одно слабое, ненадежное звено, которое неизвестно как себя поведет в будущем. И предсказать это практически невозможно, как невозможно предсказать эмоционалов. Возможно,  сам бы он и рискнул подставиться, коснись дело его. Рискнул  бы чисто на эмоциях. Надо быть честным перед самим собой и  смотреть правде в глаза. Собственные сыновья были его слабым местом, а  параллель была слишком явственна. Но имел ли он право заставлять рисковать контрабандиста?
Гамбит обернулся, смотря на профиль медведя.
- Они твои.
Вынесенный приговор прозвучал глухо, но отчетливо.
Вернулся в кресло, сел. На мгновение плечи мужчины опустились, словно на них взалили очередной камень в центнер весом. Потом медлено распрямились, принимая новую ношу,  укладывая ее рядом с остальной, накопившейся за долгие годы   принятия жестких решений. Это его ноша, еще один его грех. Именно его, хоть и не он будет исполнителем. Принимать решения и отвечать за них- его работа. Его и грех.
Гамбит потянулся к телефону, набрал номер секретаря.
- Да?
-Паоло. Спустись в холл  и дождись Орсо Фабретти. Он сам к тебе подойдет. Поедешь с ним и сделаешь все, что он тебе скажет. Вопросы есть?
- Эм... Ваши вещи занести сейчас или после того, как я вернусь?
-Вещи отдай прислуге или охране.  Они принесут в мою комнату
- Хорошо, я предупрежу Чолиту. Уже иду вниз.
-Молодец. После того, как выполнишь ... поручение Орсо,  возвратишься  на виллу и придешь ко мне.
Небольшая пауза перед словом "поручение", словно Сабатини подыскивал нужный термин.

Нажал на отбой и обернулся  к Фабретти.
-Паоло будет ждать тебя в холле. Поосторожней с ним, не переборщи. Он мне нужен в своем рассудке.

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-12 20:23:33)

21

Орсо напрягся, ожидая ответ, как вдруг Арриго неожиданно встал. Нет, встал он медленно, словно обдумывая каждое свое движение, но для Орсо это было и вправду внезапно. Фабретти чуть сдвинул брови и выжидающе наблюдал, как советник подходит и становится напротив него. "И что это значит?" Руки непроизвольно сжали подлокотники кресла. Только мужчина вопросительно поднял глаза, как его резко вздернули вверх, будто Орсо был пушинкой, а Арриго никто не делал накануне массажа чем потяжелее по всем уязвимым местам. Контрабандист глотнул воздуха от неожиданности и уперся озадаченным взглядом в две серые льдинки. Медленный выдох и едва заметный вдох, ноздри трепещут от гнева, глаза горят. В нос ударил запах мази, которой умастили фингалы на лице Сабатини, примесь коньяка и горчинка дыма в дыхании. И еще что-то... Да, запах мужчины. Его собственный запах смешался с запахами лекарств и спиртного.
Орсо еще побуравил Арриго несколько мгновений взглядом глаза-в-глаза, а затем руки упали плетьми, тело расслабилось. Фабретти спокойно вдыхал приятный запах и разглядывал серые глаза напротив, находившиеся настолько близко сейчас, что остальное рассмотреть просто было невозможно. Радужка была серой с бледными вкраплениями и темнела к зрачку. Край ее обводил темный ободок. Интересные глаза, красивые. Но взгляд пробирал насквозь. "Словно пытается залезть мне в голову. Да только мне скрывать на данный момент нечего, Арриго, не старайся." Глаза, больше похожие на два полированных шарика, смотрели безмятежно и ожидающе.  Секунда и Орсо падает в кресло. Если бы руки снова не ухватились за подлокотники, завалился бы как кукла-неваляшка. Он выпрямился, сел на край сиденья и одернул пиджак. "Как грубо!" - подумал Фабретти, поведя плечами, чтобы пиджак  удобно сел.
- Они твои. – коснулось уха тихо, но четко. На лице контрабандиста  промелькнула улыбка. Едва заметная, мимолетная. То была гримаса облегчения, ведь если бы Сабатини не согласился с доводами Фабретти, последний бы пошел против указаний советника. Были бы проблемы. Но Арриго отличался разумом, не поддающимся эмоциям, что не раз радовало контрабандиста. 
Когда Гамбит договорился со своим секретарем, Орсо встал, еще раз одернув пиджак.
- Я попрошу одного из твоих ребят привезти сюда твоего секретаря. Сам заезжать не буду, завтра много дел.
Фабретти подошел к сидящему и наклонился, чтобы обнять его на прощание.
- Больше отдыхай и быстрей выздоравливай.
Уже в дверях, мужчина вдруг обернулся и заулыбался открыто, оголяя ровные ряды белых зубов. Глаза весело сверкнули, разглядывая кровоподтеки на лице советника.
- Все хочу тебе сказать, да никак не получается. Классно выглядишь. Весь вечер тобой любуюсь, красавчик.
И прикрыл дверь.

--->>>Первый этаж. Холл

22

Отыгрыш за июль закончен.

23

>> Квартира Санторио Абруцци

За прошедший месяц было сделано немало. Немало и пережито. Но у времени есть свои особенности. Так же, как и вода стачивает камни, оно залечивает раны и затягивает разрывы болезненных воспоминаний. И его воздействию глупо сопротивляться. Время все равно возьмет свое. Оно так или иначе заставит прислушиваться к себе, заставит действовать так, как хочется именно ему. Рано или поздно. Ведь ему некуда спешить.
Этим августовским утром Санторио сам набрал номер Арриго. Пора было уже уладить некоторые моменты, что в свое время были отложены на дальние полки, и заняться полезными вещами. Тем более, швейцарцы уже сделали свой ход, предупредив Санто о том, что в скором времени будет получен дополнительный груз – партия АК-47, который итальянцы тоже были бы не прочь получить.
Подъехав к вилле, так как Гамбит сказал, что все еще обитает здесь, итальянец припарковал машину во внутреннем дворике и, поинтересовавшись у встреченной в доме Чолиты, где можно найти гостя, проследовал в названную комнату, по дороге оглянувшись на стоящую закрытой дверь спальни дочери дона. Где сейчас были все прочие обитатели виллы – Абруцци толком не знал.
Подойдя к двери гостевой, Канэ несколько раз коротко постучал по поверхности:
- Арриго, - позвал он по имени того, кто предположительно должен был находиться внутри, не став открывать первым, дожидаясь, когда его впустят.

24

Завтрак вместе с утром остался позади. Сегодня Арриго поднялся непривычно для себя рано, чтобы успеть наведаться на пляж, пока вода не нагрелась. Все таки великая это вещь- частный пляж, когда тушки всех размеров и мастей не валяются ленивыми котиками едва ли не на головах друг друга. А так как любителей холодной воды, кроме него, в доме похоже не было, удалось поплавать  в полном покое и одиночестве. На сегодня было запланировано три встречи, не считая визита Санторио, который  должен был скоро подъехать. Не смотря на обещание скорой встречи с ним там, в церкви, скорой не получилось. Буквально в этот же день Абруцци был ранен при глупейших обстоятельствах. Подробностей Сабатини особо не знал, но по слухам, более дурной пули получить было сложно. Так что пришлось ждать, когда правая рука дона залечит рану. Впрочем, задержка была только на руку, теперь можно было предложить не абстрактную идею , а вполне конкретную вещь. Месяца как раз хватило, чтобы прощупать почву и договориться с нужными людьми. 
Оруженик уже минут пятнадцать зевал в кресле, листая утреннии газеты, когда за дверью раздался знакомый голос.
-Санто? Заходи. Не заперто.
Крикнул через дверь , откинул газеты на стол, и поднялся, пошел на встречу ундербоссу.

25

Осторожно коснувшись дверной ручки и повернув ее, отпирая язычок из его условного замка, который лишь придерживал дверь от возможного воздействия сквозняка, Абруцци переступил порог комнаты, заметив уже идущего ему навстречу Арриго. Прикрыв дверь и подойдя ближе, Санторио с удовольствием пожал приветственно руку советника и, не спеша проходить по комнате куда-либо еще, не планируя и задерживаться, начал сразу с главного.
- Немногим больше месяца назад я был в Милане на встрече со швейцарцами. Все нюансы были улажены. График поставок еще не сформирован. Это ложится целиком на твои плечи. Сделай, как будет удобнее. В течение ближайших недель с тобой свяжутся и сообщат, где и когда нужно будет встретить груз. Об остальном тоже договаривайся сам. Швейцарцы на самом деле весьма сговорчивые люди. Особенно после сауны, - Абруцци улыбнулся.
После ранения месячной давности он не хромал. Да и вообще внешне выглядел так, словно ничего этого и не происходило. На нем все всегда заживало, как на собаке. Каламбур жизненный. Без него никуда нельзя деться.
Вытянув из кармана сигарету, Канэ прикурил, слишком запоздало начав оглядываться в поисках пепельницы. Впрочем, даже если он стряхнет пепел в какую-нибудь непредназначенную для него тару, Чолита вполне сможет его простить и не высказать пылких речей, состоящих их десятков тысяч слов, перемежая их родовыми проклятиями и фольклорными врезками.

26

Не, ну вот в этом был весь Санторио. Прямо с порога, едва успев поздороваться и даже не присев, начать выкладывать информацию. Кажется, только Канэ был способен на такое. У Арриго порой даже возникал вопрос- а ест, пьет, спит он тоже на бегу? Как гончий пес, несущийся на ипподроме за механическим зайцем.
-Проходи, Санто, садись. В ногах правды нет. А за двадцать минут работа от тебя в лес не убежит.
Сабатини подвинул пепельницу от дальнего края стола ближе к середине и, скинув на пол, съехавшие во второе кресло газеты,  сел сам.
А вот новости, принесенные Абруцци, были отличными. Швейцарское оружие, к которому клан пытался подобраться уже не раз. Правда мелькнуло в голове некоторое недоумение- а какого черта Канэ занимается его делом? И почему Тони послал  на переговоры в Мелан именно его, а не оружейника. Но это так, некоторая информация к размышлению, насколько Морелло доверяет емую Даже скорее не ему, а его деловым качествам. Вроде, кроме как некоторого прокола двенадцать лет назад, за ним других  проколов не  числилось. Да и тот был не по его вине. Ну да ладно, по большому счету. В конце концов, деньги все равно  идут в клан, а процент свой со сделок он получит.
-Так значит в сауне попарился со щвейцарцами, говоришь? Ну-ну.
Мужчина ухмыльнулся, потер подбородок, скосил глаза на Абруцци, подавил смешок и похабный вопрос. 
В принципе, он и сам хотел поговорить с Канэ. На тему, которая волновала его со встречи с церкви Святого Иосифа. Вернее говоря с момента, когда стала известна цена его жизни.
-Санто. Тут такое дело...
Гамбит замолчал, подбирая слова. Соклановец ни разу не упомянул о долге за это время. Может занят был, а может считал , что ему ничего не должны. Кто ж его знает. Но для Сабатини  было не важно, что там считает Канэ. По его внутреннему ощущению, он задолжал. И задолжал весьма солидно. А долг, как известно, платежом красен. И неоплаченные долги мужчина не любил.
.... в общем, так оно сложилось, что задолжал я тебе. Как ты посмотришь на то, если я предложу тебе одно дело? Доходы оно сулит отличные. И проценты от него пойдут тебе. 
Арриго замолчал, ожидая ответа. В серых глазах мелькнули смешинки и вопрос - Ну что, работяга, мне продолжать, или как?

27

Словно вспомнив, что забыл, упустил что-то важное, Санто обернулся в сторону предложенного кресла и, хоть и не собирался задерживаться дольше положенного, все не хотел казаться невежливым и занял предложенную ему нишу. Благодарно кивнув придвинутой ближе пепельнице, он свесил над ее краем сигарету, легко ударив по ней пальцем, сбрасывая отмерший пепел.
На уточняющий вопрос о сауне, захотелось раскрыть несколько подробностей, которые, в общем-то, должны были быть Сабатини безразличны, поскольку его собственной работы они не касались. Но вспомнив, что только он один чаще других думает о трудах, в то время, как всем вокруг интересно и многое иное, Санто все же решил кое-что рассказать. Он выпрямился в кресле, затянувшись, после чего откинулся на спинку, подбирая слова, с которых бы начал это небольшое и совсем безынтересное повествование:
- Разговор об оружии со швейцарцами в моем случае был вторичен. Основные переговоры с ними шли о внешней политической деятельности. Но об этом всем еще слишком рано что-либо говорить. Поскольку имеем мыльный пузырь, который в любой момент может попросту лопнуть, оставив после себя неприятную липкую пленку. Так что, с твоего позволения я не стану об этом более распространяться.
Санторио поднес сигарету к губам, но передумал делать, затяжку, заговорив вновь:
- Эти парни любят оружие и массаж Шиатцу в одинаковой степени, - теперь Канэ все же позволил себе вдохнуть дым, задумчиво глядя на пепельницу и выслушивая адресованное ему предложение. То, что Гамбит заговорил с некоторой паузой, наводило на многие мысли. Отнюдь не самых лучших направлений. Что же такого мог предложить ему советник? Что бы там ни было, но интерес в трудоголичной душонке Абруцци он уже разжег. Откровенно говоря, прибыль итальянца в данный период его жизни мало интересовала – ее было достаточно. А запасаться впрок было не в его правилах. Но вот то, что это было какое-то новенькое дельце, которому можно было посвятить всего себя, вложить в него усилия, зажечься новой целью – это было именно тем ценнейшим фактором, что Санто и заставил навострить уши.
- Я слушаю тебя. Говори, - чем бы оно ни обернулось, а все же выслушать Арриго Санторио вполне мог себе позволить. А уж принять или не принять его слова к реализации – сейчас было не самым главным. Однако, то, что Гамбит считал себя должником, заставляло улыбаться, так что Канэ приходилось прилагать усилия, чтобы оставаться серьезным. Сабатини совершенно ничего ему не был должен. И это факт.

28

Заметив заинтересованный взгляд, подтвердившийся словесно, Гамбит уселся поудобнее в кресле, взялся за сигарету, повертел ее в руках, но пока не прикурил.
- Вот смотри. Сейчас в Палермо весь криминальный бизнес поделен между нами и Лимите, и мы постоянно сталкиваемся, вырывая друг у друга куски пожирнее. Я давно уже задумывался над тем,  чем бы можно еще заняться, что имеет спрос и нет предложения. И нашел. В наше опасное время, наверное единственной настоящей ценностью является ..здоровье. Нет его, не нужны ни деньги, ни власть, ни все удовольствия жизни. И куча людей готова платить любые деньги, чтобы хоть как-то поправить его, протянуть еще  пяток лет на этой грешной земле. Заметь- богатых людей
Мужчина сделал паузу, во время которой прикурил, кинул косой взгляд на лицо собеседника- понимает ли он, к чему клонит советник.
-У нас есть не плохие связи в больнице. Цахес давно там работает и свел меня с нужными людьми, с хирургами. Врачами, которые тоже хотят хорошо жить и готовы ради этого немного поступиться установленными правилами, закрыть глаза на некоторые вещи. Я говорю о торговле органами, Санто.  Люди попадают в аварии, с ними происходят несчастные случаи ... так зачем зарывать деньги в землю и хоронить с умершим мозгом, здоровые печень, сердце, почки, если сентиментальные родственники не дают согласия на донорство? Это раз . Плюс... в  Лимите полно эмигрантов, нигде не зарегистрированных и без  паспортов, виз. Те же ночные бабочки Алана  на улицах , каждый день приносящие "в клювике" доход Канторини.   А ведь это молодые, здоровые парни и девки.  Почему бы нашим боевикам не "подергать морковку с огорода " Франческо ?
Сабатини ухмыльнулся, смотря в глаза Абруцци
-Ну что, Санто ? Или руки в кровушке  боишься замарать?
Немой вопрос в глазах и ожидание реакции собеседника.

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-18 17:56:45)

29

Чем больше говорил Арриго, тем больше забывал о собственной сигарете Абруцци. Удивительно, что доселе эта область бизнеса оставалась совершенно нетронутой, не задействованной кем-либо из кланов. Так сказать, невспаханной целиной. Странно, что никто еще не наложил на жизни других людей свою лапу, решая кому из них сегодня умереть, а кто сможет купить себе завтрашний день.
Чем больше негромких слов вылетало и уст Гамбита, тем сильнее растягивались уголки губ Абруцци. Собака всегда чует, где зарыта хорошая кость. Здесь же была зарыта очешуительных размеров и вкусноты сахарная косточка. Другое дело, что этот бизнес уже был грязным во всех смыслах. Одним из самых грязных, после торговли детьми и детской порнографией.
Но, если уж говорить о приехавших в страну нелегалах и эмигрантах, что не составит труда отыскать, за кого не хватятся ни родственники, ни знакомые – не факт, что они были бы достаточно здоровы, учитывая условия, в которых обитали. Но. Это больше, чем ничего.
- Отличная мысль, - Канэ стряхнул изрядное количество пепла, вот-вот готовое свалиться с сигареты на стол. – Ты прав. Мы можем себе позволить развернуть стратегию подобного бизнеса. И с твоей помощью, помощью твоих боевиков у нас было бы достаточно материала для работы. – Грубо было называть "материалом" людей. Но именно такой термин они приобретали в нынешнем упоминании. Сначала будет тяжело. Нужно будет открыть частную, отдельную ото всех существующих клинику, которую всегда будет легко прикрыть. Легализовать полностью ее бизнес, заручившись всеми необходимыми лицензиями. И уже под ее прикрытием…
- Я надеюсь, ты не откажешься стать в этом деле моим партнером? 60 на 40. 60 – твои. За идею. И не спорь. – Санто знал о семье, которой Гамбит периодически посылал деньги. Так что ему они были нужней. – Согласен? – протянув через стол руку для пожатия и тем самым закрепления этой маленькой договоренности, после которой начался бы период ее реализации, Абруцци затушил сигарету в пепельнице.

30

Гамбит широко улыбнулся. Значит не ошибся, значит правильно рассчитал, что предложить Санторио в плане компенсации. Да и дело действительно сулило хорошие доходы. А уж с энергией Абруцци и умением отдавать делу всего себя, можно было надеятся, что бизнес не завалиться в долгий ящик и вскоре заработает на полную катушку.  Плюс,  еще один момент. Был у Арриго еще должек, который он очень хотел заплатить. Но на  этот раз, не другу, а врагу.
-Ну, синьор Канторини, надеюсь ты еще не раз пожалеешь, что не пристрелил меня, когда у тебя была такая возможность. Зря ты не послушал совета своего консильери. Олег дело тогда говорил тебе. На мое счастье, ты оценил тогда его совет.
- Пятдесять на пятьдесят. И не спорь, Канэ. У меня, к сожалению, нет сейчас свободных денег, чтобы вложиться в клинику. Это придется тебе взять на себя. А в остальном- по рукам.
Мужчина пожал протяную руку, потом сменил тему разговора. Вернее говоря, все о том же бизнесе, только о другой его части
- Кстати, ты ведь снял своих ребятишек с розницы? У меня есть мысль, как пристроить пацанов к делу. И им заработок, и мы свое влияние в сфере оружия усилим. У меня сейчас из Эриче пришли русские "калаши" и пистолеты, патроны . Наши боевики уже затарились по самые уши.Я у Ларина большую партию взял и хочу пустить остатки в розницу. Вот и пусть твои мальчики вместо наркоты, начнут пушки предлагать. Товар специфичный, но спрос на него всегда есть. Сицилийцы, народ горячий, и тот , кто думает, что вендетта ушла в прошлое, глубоко заблуждаются. Так что, думаю, товар пойдет. А там глядишь и швейцарцы что подкинут. С их пушками мы вытолкнем Лимите с оружейного рынка.


Вы здесь » Сицилийская мафия » Вилла семьи Морелло » Гостевая комната