Сицилийская мафия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сицилийская мафия » Вилла семьи Морелло » Комната Паоло Конти


Комната Паоло Конти

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

http://www.1000dosok.ru/s/22-08-92496.jpg

Отредактировано Паоло Конти (2009-03-20 23:04:52)

2

Гостиная

Паоло едва ли запомнил хоть что-то из того, что говорила ему домоуправляющая, ведя по вилле. Он вежливо кивал, вставлял какие-то коротенькие словечки в знак того, что слушает, рассеянно улыбался, но самым горячим его желанием было одно: остаться, наконец, одному.
- Вот ваши вещи, синьор. Багаж доставили прямо из аэропорта, и я позволила себе выбрать для вас эту комнату. Надеюсь, вам будет здесь удобно. Если что-то еще понадобится - зовите меня, хорошо?
- Спасибо, Чолита, - молодой человек вежливо кивнул. - Всё хорошо. Я обращусь к вам, непременно. Всего доброго.
Заперев за женщиной, он прислонился к двери спиной и со вздохом прикрыл глаза. В ладонь впились острыми гранями упаковки пара таблеток аспирина, сильно стиснутые в кулаке. Голова невыносимо болела и кружилась, желудок переворачивался скользким комом. Паоло часто и глубоко задышал, но стало только хуже. Пошатываясь, он дошел до туалета и едва успел приникнуть к унитазу. Его долго выворачивало желчью и всухую, по щекам текли слезы. Кое-как утерев щеки, юноша с трудом поднялся и шагнул к раковине. Умывание ледяной водой ненадолго принесло облегчение, он немного пришел в себя и поднял глаза вверх, глядя в зеркало. Собственное лицо показалось ему чужим, так исковеркал его страх. Глаза у незнакомца в зеркале были безумны, широко распахнутые, припухшие от слез, в мелкой сетке лопнувших сосудов. Рот болезненно кривился, губы дрожали...
- Мерзость! - передернув плечами, Паоло швырнул в зеркало полотенцем и вышел в комнату, держась одной рукой за косяк, замер на пороге, обводя взглядом роскошную обстановку. Единственными вещами, хоть сколько-то выбивающимися из дизайнерского изыска интерьера, были его чемоданы. При виде них от груди Конти к его горлу поднялась удушливая волна, комом встала в горле, перехватило дыхание. Парня затрясло как в лихорадке, он до крови укусил себя за запястье, пытаясь сдержаться, но даже боль в в прокушенной руке не спасла его от истерики. Колени подогнулись, и Паоло сполз по косяку, прислоняясь плечом, укрыв лицо в ладонях, разрыдавшись так сильно, как никогда в жизни.

Три четверти часа спустя, отревевшись и приняв свой аспирин, Паоло носовым платком перевязал запястье с кровоточащими ранками от собственных зубов и лег в постель. Усталость и нервное истощение были таковы, что он мгновенно отключился.

3

Проспав несколько часов, Паоло очнулся, разом вынырнув из сна и некоторое время сонно бессмысленно глядя в окно. Случившееся с ним больше не выбивало почву из под ног и не ослепляло отчаянием. Он устал и смирился со своим положением. Собственно... а что ему оставалось еще? Насколько бы он ни был наивен, молодой Конти и не думал о побеге и прочих глупостях. Жизнь сделала кульбит, и предстояло учиться выживать в новых условиях, а для этого... Да. Для этого не мешало встать с постели, принять душ, переодеться и поесть. Круассаны, съеденные рано утром, почили в канализации, и желудок властно требовал пищи.
Приведя себя в порядок, молодой человек переоделся, собрал волосы в низкий хвост и  вышел в коридор, припоминая, как расположены помещения в домах такого типа. По всему выходило, что кухня находится на первом этаже, и попасть туда проще всего через холл.

>>> холл

4

» Гостевая комната

Пребывание в комнате советника по эффективности воздействия можно было сравнить с кислородной камерой. Если всю жизнь дышал лишь выхлопными газами - в ней кружится голова. Вот и теперь у Паоло голова кружилась и ломило виски. Это уж слишком! Всё, случившееся сегодня, слишком для правды, слишком много - для одного дня!
"Твой отец, Алессандро Джустиани, всю свою сознательную жизнь занимался ростовщичеством, малец. Был уважаемым человеком в клане. Совеником дона Жанфранко. И будь он сейчас жив, вырастил бы из тебя человека."
Паоло сполз по двери спиной и зажал уши руками, сглатывая слезы, но чужой голос продолжал звучать внутри, и они продолжали катиться.
- Ув-важаемый... человек... Сколько на нем смертей? Горя... слез... Отец... Кого бы он еще вырастил! Такой отец...
Просидев так несколько минут, утирая слезы, юноша успокоился, умылся, переоделся в летний светлый костюм и туфли, а затем поспешил на выход, на ходу вызывая такси. Предстояло успеть многое, пока его новый... начальник отдыхал у себя в комнате.

Спустя три часа, уже почти на закате, Паоло вошел в особняк, держа на плече пару костюмов в целлофановой упаковке после химчистки, а во второй руке - объемный чемодан, куда были педантично сложены выстиранные в прачечной рубашки и пара туфель, найденные по указанному синьором Сабатини адресу. Узнав у Чолиты, что советник еще не выходил, но недавно к нему прошел какой-то господин, он решил не тревожить пока его покой и поднялся к себе, сложив вещи Арриго на постели, а чемодан поставив рядом.
Ненадолго отлучившись, Паоло успел поесть и выпить кофе, и как раз размышлял, стоя на балконе с сигаретой, стоит ли рискнуть и влезть под душ или сначала имеет смысл наведаться к боссу, как вдруг тот объявился сам. В комнате, оставленный на тумбочке у кровати, запиликал телефон. Бросив окурок в пепельницу, Паоло поспешил ответить.
- Да?
- Паоло. Спустись в холл  и дождись Орсо Фабретти. Он сам к тебе подойдет. Поедешь с ним и сделаешь все, что он тебе скажет. Вопросы есть? - ни тебе здрасте, ни как поживаете. Представляться тоже не стоило, этот голос Паоло узнал бы и на смертном одре.
- Эм... Ваши вещи занести сейчас или после того, как я вернусь?
- Вещи отдай прислуге или охране.  Они принесут в мою комнату.
- Хорошо, я предупрежу Чолиту. Уже иду вниз.
- Молодец. После того, как выполнишь ... поручение Орсо,  возвратишься  на виллу и придешь ко мне.
Трубка опустела. "До свидания" синьор советник тоже предпочел опустить. Передернув плечами, Паоло перебросил через руку пиджак, сунул в карман пачку сигарет и зажигалку, в другой - телефон, и отправился на поиски Чолиты.
"И кой черт я так старался с этим шмотьём? Все равно и не заметит. И ночь уже почти... Куда только их несет ночью?!"

» Первый этаж. Холл.

5

» Новая квартира Сергио Саччи

Паоло не стал спорить и что-то доказывать, сел смирно и до самой виллы не говорил ни слова. Внутри тела стучали молоточки, горло пересохло. Его клонило в сон, голова горела огнем. Добравшись до особняка, он с трудом поднялся в свою комнату, где уже поджидала его Чолита с пригоршней таблеток, порошков и шприцем на тарелочке, прикрытым салфеткой.
- Синьор Конти, ну что же вы...
Воркование домоуправительницы Паоло слышал, но не всегда мог воспринять, он словно уплывал куда-то. Жар температуры снедал его тело, до ломоты в мышцах, до стона, скрежета зубовного, беззвучного крика тела: "Пощадите!" Его осматривали, вертели, переодевали. Торопливый горячий душ и постель - все, что предстояло ему этим вечером. Хорошо было то, что он хотя бы успел списать себе в ежедневник номер Сергио. Краска с руки была вскоре смыта, но ниточка между ними осталась...
Простая эта мысль утешила юношу и он уснул крепким сном, измотанный болезнью и переживаниями последних суток.

Наутро его разбудила Чолита, которая принесла очередную порцию лекарств и измерила температуру. Та и не думала спадать. Ко всем его бедам добавилась еще одна: от жара у него пропал голос. Паоло так устал и измучился, что принял этот очередной подарочек от судьбы со смирением обреченного. Болтать ему было все равно не с кем, горло немилосердно саднило и кашель душил. Выпив лекарства, он что-то поклевал на завтрак и забылся снова тревожным сном тяжело больного, выпростав из-под одеяла тонкие руки. Губы обметало, он дышал через рот и будь в его комнате кто-то еще - мог бы слышать сиплые хрипы и клокотание в его груди.

Отредактировано Паоло Конти (2009-07-09 11:50:58)

6

Вилла семьи Морелло - Гостиная

Сергио неспеша поднялся на второй этаж и замер у двери, вежливо кивая и по н-ному кругу благодаря Чолиту, которая привела его сюда. Зачем он пришел - он не знал.
Отдать мобильный и кошелек...разве не понятно?..
Сергио аккуратно поцарапал пальцами по двери, но ему никто не ответил. Адвокат подавил тяжелый вздох и развернулся было, чтобы уйти. Кошелек парня потяжелел в кармане.
Нужно, нужно отдать...
- Я отдам и уйду... - Саччи ломался перед дверью, как девица на выданье, не решаясь, до конца не решаясь. Что-то держало, что-то не давало сделать последний шаг, но последний разговор с "новым" знакомым, Антоном, кажется, раз за разом трогал тонкие нити в душе. Сергио стоял перед дверью и вспоминал, вспоминал: первая ночь - она прошла красной шелковой нитью по последним дням, по памяти, по ощущениям. И каждое движение, мгновение, слово пронзали насквозь, резали без ножа, плавили тело, делая его податливее пластилина, покоряя новые (или давно забытые старые) грани сознания. И он уже не боялся признаться самому себе, что есть человек, который вполне может затушить пламя болезненного одиночества; что в доме раздавался живой голос, голос человека; что оказался нужен не только доберману Клайду...
Адвокат улыбнулся. Рука более уверенно нажала на ручку двери. В небольшом проеме показалась кровать и...спящий Конти, дыхание которого не расслышит только глухой.
Что же ты?
Мобильник и кошелек мягко легли на прикроватную тумбу, Сергио аккуратно присел подле кровати на корточки, точно зная, что будить не станет. Пусть отдыхает - быстрее поправится.
Пальцы лишь еле ощутимо поправили упавшую на лицо прядь волос - итальянец не решался уйти. Еще миг, еще чут-чуть...

7

Паоло спал чутко, от жара ломило и горело все тело, даже кожа болезненно откликалась, саднила, поэтому легчайшее прикосновение он ощутил, вздрогнул, просыпаясь, морщась от неприятных ощущений. Глаза слезились, неловким жестом он потер их, разгоняя сонную муть и, прищурившись, посмотрел вверх, на Сергио. Вот уж кого он менее всего мог ожидать у своей постели, так это его! Сердце стукнуло невпопад и забилось бешено, кажется, он даже покраснел от смущения, так вспыхнуло под взглядом рыжеволосого адвоката лицо юноши.
Попытавшись что-то проговорить, Паоло лишь захрипел, закашлялся, едва не разрывая легкие, склонив голову к подушке и прижимая к губам кулак. Поболтать не вышло, и он, откашлявшись, лишь беспомощно пожал плечами, мол "прости, плохой я сегодня собеседник". Тонкие пальцы, сухие и горячие, скользнули в ладонь гостя, пожали, губы дрогнули в намеке на улыбку.
"Сергио... Что же ты... Как дон?!!"
На лице Паоло мелькнуло беспокойство, он поискал глазами блокнот и жестами попросил его подать поближе.

8

Сейчас на парня невозможно было смотреть без жалости, так сказать без слез. Сергио понимал, что он виной такому состоянию в большой, даже скореев максимальной степени. Как-то не хватало смелости хотя бы в глубине души обвинить в таком состоянии Паоло дона. Хотя в чем же его обвинять, коли сам так над мальчишкой "постарался".
Простишь?
Сергио продолжал еле ощутимо гладить его по щеке, когда тот внезапно открыл глаза, потер их рукой и согнулся в приступе ужаснейшего кашля. Адвокат вздрогнул, и не зная от растерянности, что делать, просто гладил его по плечу, а когда тонкие горячие пальцы легли в ладонь просто сжал их.
В душе снова разлилось тепло, тепло, что касалось только одного человека - Паоло Конти. Из-за своей болезненной слабости он просто требовал всем своим видом заботы и защиты, и Саччи в который раз упрямо подумал о том, что он бы выходил парнишку куда лучше Чолиты.
Паоло скосил глаза к блокноту, в зрачках плескалась просьба. Сергио аккуратно помог ему немного присесть на кроватьи после положил на колени блокнот. Но, нужны ли были слова? Ему точно нет, а вот Конти, кажись, было что сказать.
Мужчина присел на край кровати и склонил голову чуть набок.
- Я тебе телефон и кошелек принес, ты забыл... - нелепое начало разговора, но Сергио себе сейчас напоминал девушку на первом свидании. Посему, чтобы сбросить неловкость, он просто склонился над Паоло и чуть тронул губы губами, улыбнувшись

Отредактировано Сергио Саччи (2009-07-11 14:25:49)

9

Казалось, это встреча старых друзей. Сергио пришел навестить больного, справиться о его самочувствии. Заботливо поправленная подушечка, теплый взгляд, не хватало только апельсинов в плетеной корзинке, а в нужный момент - шутливого наставления принимать лекарства и не болеть.
Воспаленными глазами Паоло следил за его перемещениями, не зная, как и реагировать. "Зачем он пришел?!" Впрочем, всё вскоре объяснилось...
- Я тебе телефон и кошелек принес, ты забыл...
С губ юноши слетел разочарованный вздох. "Ну конечно... На что ты надеялся? Что он примчится тебя проведать? Щас! Жди!!!" Продолжая растравлять себя отчаянными мыслями, он сел, вцепившись в блокнот пальцами, отведя глаза, и поцелуй пришелся некстати - неожиданный, негаданный, обливший кожу изнутри кипятком, сердце ёкнуло и забилось невпопад.
Вскинув на мужчину глаза, Паоло почувствовал приближение слез и торопливо отвернулся. Он так много хотел ему сказать, но в горле клокотало и хрипело, вместо его нежного голоса выходил придушенный сип... Что Сергио хотел этим поцелуем сказать? Зачем он?.. Но, как ни хотелось Паоло в ответ прижаться к нему и получить хоть немного его тепла и силы, он не мог. В голове как нарочно всплывали слова злобной соседки на тему "Синьор Саччи - бабник каких поискать", и потому торопливо написанное на листке "Зачем ты это делаешь?" было торопливо зачеркнуто и лист перевернул, написал на следующем нейтральное "Спасибо. Как прошла встреча с доном? Он ругал тебя?"

Отредактировано Паоло Конти (2009-07-11 14:42:46)

10

Время остановилось, просто замерло и стрелки перестали бежать. Сейчас была эта комната, Паоло и тишина: один говорить не мог, другой не хотел. Захотелось обнять, прижать к себе, покрыть горячую кожу лица поцелуями и не отпускать, ни-ког-да...
Сергио опустил голову, занавесившись волосами, подавил вздох, после снова поднял на него серые глаза, не отпуская руки, не отрывая зрачков, пока парень сам не отвернулся.
Паоло что-то написал, зачеркнул, написал снова и подал блокнот. Адвокат прочитал, задумался, после вернул первый лист быстрым, мягким движением, посмотрел на зачеркнутую запись.
- Тебе неприятно? - голос был тихим, чуть уставшим, чуть печальным. Саччи положил блокнот на колени Паоло и встал, подошел к столику, налил в стакан воды, сделал глоток и обернулся, впиваясь зрачками-эмоциями в голубые глаза. - Если так, то я пойду, прости, что потревожил... Но...я...
И снова легкий безнадежный жест рукой.
Мы слишком, видимо, разные... Я заслужил такое отношение, признаю...
Мог ли он ему сейчас сказать, что еще шесть часов назад он тонул, что находился на грани жизни и смерти; мог ли поведать какие мысли и эмоции приходили, накатывали, жгли... Наверно, нет. Свидетелями утреннего проишествия оставались лишь обломанные ногти да разбитые о бетон пирса костяшки пальцев. И смустные чувства в душе, чувства "без названия". Должен ли был знать Паоло? Касалось ли это его? Мог ли он сейчас понять?
Сергио поправил воротник рубашки, еще раз посмотрел на Паоло и как-то обреченно кивнул.
-Отдыхай?..

Отредактировано Сергио Саччи (2009-07-11 15:31:10)

11

Паоло не видел этого его прощального взгляда. Согнув ноги в коленях, он торопливо писал, ручка мелькала в руке, строчки выходили неровные, так дрожали пальцы. Со щек парнишки, с покрасневшего тонкого носа, с дрожащего подбородка капали на бумагу крупные горошины слез, размывая уже написанное. Паоло сердито стирал соленую влагу, оставились разводы... Его колотило, руки тряслись все сильнее, пока наконец что-то не прорвало плотину и он больше не смог писать, отшвырнул блокнот в сторону, ничком ткнувшись в подушки, захлебнулся рыданиями, глуша их в мягкое пуховое тепло, всем телом дрожа как в лихорадке.
"ЗАЧЕМ ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ??? Чем я все это заслужил?! За что??? Прости меня, я же просил... Просил простить, ну что я тебе плохого сделал?! Я зла тебе никогда не хотел, прости же меня и не мучай больше, пожалуйста. Я так не могу, я не выдерживаю! Я знаю, что я - дешевка, что ты за меня как за шлюху деньги заплатил. Что презираешь за это - я всё это знаю! Но я оскорбить тебя не хотел, я от всей души тогда сказал. Забудь просто, не надо со мной больше играть!!! Мне не неприятно, мне больно! Безумно больно!!! Я так не могу жить, я лю..."

Отредактировано Паоло Конти (2009-07-11 15:49:05)

12

Сергио полуобернулся на тихий, приглушенный подушками, всхлип. Хотя по тому, как содрогались плечи парня, можно было судить, что там не просто слезы, а немая истерика, истерика в очередной раз. Сергио сжал пальцы в кулаки, тяжело выдохнул, развернулся на сто восемьдесят градусов и подошел в плотную к кровати, подхватив блокнот, прочитав написанное и со злостью отшвырнул его в сторону так, что тот с шелестом припечатался о стенку, задев стойку торшера, и он закачался.
- Паоло! - голос надрывно звенел, в нем смешались все эмоции, которым видимо-таки нужен был выход. - Это я тебя мучаю?! Ты сам себя мучишь! И меня за одно! То ты ненавидишь меня и готов порвать на мелкие кусочки, чтобы развеять их над морем, то ты признаешься мне в любви, потом сбегаешь из квартиры, попав под дождь, чтобы вернуться, трепеща священным ужасом от гнева Морелло!
Сбитые костяшки рук противно заныли, Сергио зажмурился проганяя наваждение. Казалось, что вода снова сомкнула свои объятия над его головой, сдавила стальным обручем грудь, выжимая отстатки воздуха и жизни из легких. Захотелось кашлять, бороться, царапаться. Саччи тихо охнул и присел на стул, откинув голову на спинку - замолчал. Надоело говорить, надоело доказывать, надоело бороться с тем, кто добровольно шел на дно. Его слушали, но не слышали, и все это напоминало методичное биение головой о бетонную стену: кровь шла, а стена все так же нерушимио стояла.
- Если я считал тебя дешевкой, я бы пришел сюда сам? Если бы я презирал тебя, поцеловал ли? Поверишь ли ты, что стал дорог, хотя, честно признаться, я и сам не знаю как... Стал ли я врать, если бы мне было плевать на тебя? Почему ты видишь тучи вселенского зла, сомкнувшиеся только над твоей головой? Почему ты не замечаешь, что есть другие, что они тоже живые, что им тоже больно, и что в этом мире не все решают деньги! Наверно, не все! Что же это? Если у меня есть достаток - я чмо, получается? Богатое дерьмо, без чувств, ощущений и эмоций? Сам ты не в таком ли живешь? Хватит строить из себя жертву, считая всех волками! Хватит! Оглянись, и может увидишь, как к тебе относятся другие, их истинное восприятие тебя!

13

За громкими рыданиями и всхлипами, за горячечным звоном в ушах и бешеным стуком сердца, Паоло почти не слышал слов Сергио, почти не понимал... нет, совершенно не понимал, за что тот его так отчитывает? Что он успел снова натворить такого, за что его можно упрекнуть?
"Истинное восприятие? Как я его увижу то, если ты прячешься всё время?!! И снова кричишь..."
Судорожно вздохнув, он утер лицо, с видимым трудом перекатился, лег на спину, прикрыв рукой глаза, раскашлялся, едва не выхаркивая легкие. Как ни странно, в голове чуть прояснилось и он смог застонать в голос от мучающей его боли во всем теле, а особенно - в душе. Попробовав заговорить, Паоло обнаружил, что способен шептать, чем и воспользовался тут же.
- Не надо так... Я не хотел тебя обидеть, поверь. Сергио... Могу я попросить об услуге? - подождал немного, не услышав отказа попросил тем же срывающимся шепотом. - Пожалуйста... обними меня. Вдруг полегчает? Больно...

14

Обнять?
Сергио поднял голову со спинки кресла и, не мигая, уставился на парня. Тот уже лежал на спине, иной раз покашливая, остаточно, после приступа душащего кашля. Чуть мокрые от пота и слез пряди изысканно обрамляли лицо, выделяя крупные голубые глаза. Паоло сейчас казался красивее, чем обычно, бдто болезнь хотела похвастаться тем, чье тело она захватила в свои лапы. Сергио невольно засмотрелся, забыв о том, что ему что-то говорили.
После мягко встал, подхватил с пола папку с документами, положил ее на столик, подошел ближе, присел на краешек кровати, взял горячую руку в свою, поднес к губам, не сводя горящего взгляда.
- А можно я тебя украду? - легкий жест, чуть наклонившись, подхватил парня и прижал к груди, касаясь губами виска.

15

С тихим блаженным стоном Паоло прижался к его груди, лицом зарылся в шею, вдыхая запах тела любимого. Горит как огонечек, руки, лицо, тело - все горит, вздрагивает часто, судорожно, постель влажная, давно пора перестелить. Сердце часто-часто забилось, руки сжались сильнее, клещом вцепился - не отодрать. Трется как котенок щекой о плечо, глаза прикрыл.
- Теплый такой... Ласковый... - на грани слуха, одними губами выдохнул последнее слово, - мой!
Осмелев окончательно, Паоло приподнял голову, щекой скользнул по щеке, губы нашли губы... Новый стон, новый трепет тела под ласковыми сильными руками, и не хватает дыхания, кружится голова, а пульс уже толчками бьется во всем теле, как-то странно обмякшем, податливом как теплый пластилин.
Несколько поцелуев слились в один, бережный, страстный, горячий, и когда он завершился, то Паоло обнаружил, что уже не сидит в кровати, а, немыслимым образом извернувшись, ручным котенком свернулся на коленях у Сергио, поджав ноги, щекой доверчиво прижавшись к плечу, и тот обнимает его обрегающим кольцом рук, и на губах его играет странная щемящая душу улыбка, при виде которой Паоло замирает не дыша, не веря своим глазам. Тонкие горячие пальцы юноши скользят по улыбающимся этим губам, по щеке, по шее, перебирают волосы, глаза сияют от счастья, тихие беззвучные слезы струятся к вискам.
- Я люблю тебя. - прикусил губу, смотрит потерянно, жалобно, с отчаянной надеждой в глазах. - Знал бы ты, как сильно я тебя люблю...
Мир вокруг кружится не переставая, сердце бьется тяжкими гулкими ударами, часто, больно отзываясь в теле. Ничего не замечает, глаз старается не отрывать от лица, хотя те сами закрываются от усталости, боли и жара, слаб настолько, что рук не поднять.

16

В его руках трепетала жизнь, маленькая, теплая, горящая и пылающая. Сергио улыбнулся. Маленький комочек так в него вцепился, что и вдохнуть было трудновато, но слабить эту хватку не хотелось - не было смысла. Мужчина был готов дать почувствовать парню всю защищенность момента. Он не один, здесь и сейчас не один. Здесь есть синьор Саччи, который пришел не только ради мобильника и бумажника. Видимо...
Маленький...
Сергио ахнул, когда его губы накрыли горячие, сухие губы Паоло, но только нежно ответил, подхватив того рукой под затылок, прижимая к себе, обнимая, усаживая на руках поудобнее, для обоих. Как ни крути, слова здесь упорно были лишними, но Паоло продолжал ими сыпать.
Вот только сейчас Сергио не шарахался от них, как черт от ладана, а спокойно принял, прижав к себе, коснулся кончиком носа верхушки уха Конти.
- Паоло... - начал и замолчал. Чтобы он сейчас не сказал, сложится стойкое впечатление, что разрушил всю романтику предыдущего признания. - Ты...
И снова молчание. Впервые адвокат не знал, что сказать. Посему, мягко коснулся рукой лица и тихо произнес:
- Я скучал...

Отредактировано Сергио Саччи (2009-07-16 21:39:11)

17

- Паоло, ты... - тихо произнес Саччи, и в душе парня что-то с треском разломилось как лопнувший на солнце перезревший арбуз, открывая сочащееся, алым дышащее нутро. Голос был такой... вежливый и терпеливый, да. Будто двоечнику в миллионный раз объяснял простейший пример. Паоло разом поскучнел и опустил глаза, что-то важное, сияющее в них счастьем минуту назад, пряча обратно в душу. Он больше не светился от радости, но по прежнему приветливо улыбался.
Ну конечно... Я же парень... Какой с меня прок? Нашелся тут, умник! Размечтался...
- Я скучал.
Снова коротко вскинув на него глаза, Паоло отвел взгляд и вымученно улыбнулся.
- Правда? Мы же недавно виделись? - "Ровно восемьсот шестьдесят девять минут прошло." - Как прошла встреча, что сказал дон?
Трепло! Трепло!!! Тряпка... Раскис опять... а ему-то все равно...

Отредактировано Паоло Конти (2009-07-18 13:18:56)

18

- Дался тебе этот дон! - раздраженно бросил Сергио. - Свет на нем что ли клином сошелся?!
Да пошло оно все к черту, все эти условности и шаблоны поведения!!
Сергио поудобнее подхватил парня и снова приник к губам, изливая всю нежность, на которую сейчас был способен, котрая накопилась за эти два неполных дня. Не зря столько передумал и прочувствовал и в квартире, и на пирсе. Не зря не хотел отпускать из своего дома, его - маленького, горящего от температуры, захлебывающегося кашлем.
Перед глазами плыли кадры их ночи, их страсти и нежности, их единения, их дыхания и сердцебиения - на двоих. И эти тихие слова, что звучали громче раскатов грозы, на французком. Паоло не врал, Сергио это осознал, не врал. Сложно было понять, за что его - простого адвоката и в целом отвратительного по характеру человека - можно было полюбить... Но, Паоло не врал. Сергио это понял, отдаваясь поцелую, отдавая себя, принимая маленькое середечко в свои ладони. Что греха таить - именно он показал парню таинство плотской любви, именно он открыл ему новые горизонты в жизни, подарил новые ощущения, новый смысл. И самое странное то, что сам плотно подсел на наркотик со странным названием "Паоло Конти", и просто не мог представить, что новый рассвет омоет город лучами без присутствия оного рядом, в теплых и еще сонных объятиях.
Закончив поцелуй, Саччи аккуратно уложил парня на кровать, окинул взглядом постельное белье не первой свежести и, оглядевшись по комнате, заметил дежурный комплект, видимо оставленный Чолитой для сменки, принялся перестилать, поглядывая на котенка. После исчез в ванной комнате, смочил полотенце, присел рядом.
- Давай, я тебя протру немного...

Отредактировано Сергио Саччи (2009-07-17 15:50:41)

19

Не всё равно... Нет... Нет, нет и нет!
Так раскрывается цветок. Согретый солнечными лучами, бутон распускает нежные лепестки. Так рождается бабочка, выбираясь из тесноты слишком тесным ставшего кокона на свет, сушит яркое одеяние на ветру и срывается в первый в жизни полет. Так оживает душа... Измученная ожиданием тепла и света, не знавшая ласки, томимая желанием, любовью, тоской и болью по родному ей существу. Вот так, доверчиво тесно прижимаясь к груди, оттаял и Паоло, разом забыв все свои горькие обиды, сомнения, страхи, смятение и ужас одиночества. Сергио было не всё равно! Нет... Не могло быть все равно тому, чьи губы такие ласковые, руки такие сильные. Не могло быть все равно, ведь Паоло сам слышал прижатой к груди ладонью бешеный стук его сердца, сам ощущал это оберегающее прикосновение, кольцо рук на плечах, которое нет и мысли разжать. Не губами и языком - душами они переплелись в одно, он это чувствовал! Это было... так восхитительно. Так остро, что слезы снова навернулись на глаза, от радости. Поцелуй все длился, длился, и кружилась голова от счастья, и все тело пело, звенело от напряжения и какой-то невероятной легкости! Паоло на несколько минут взмыл под самые небеса, в горние выси к ангелам и солнечному свету. Самый дорогой его человек был рядом... чего еще он мог пожелать от судьбы?
Мягко откинувшись на подушку, Паоло с нежной улыбкой на губах следил за тем, как Сергио перестилает его постель. Как он двигается: мышцы перекатываются под кожей, слегка хмурится, не сразу справившись с шелковой наволочкой, уверенные четкие жесты, упрямая складочка на лбу между бровей, тонкие сильные пальцы, червонная медь волос, которые так хочется прижать с поцелуем к губам... Обняв Сергио за шею, Паоло смущенно опустил глаза, когда понадобилось перестелить простыню и его на руках перенесли в кресло, а потом обратно в постель, на чистое накрахмаленное белье. И все было чудесно, пока тот не принес полотенце и не скользнул мягко рукой под шелк его пижамной рубашки, на влажную от пота кожу, предлагая свою помощь. Паоло мгновенно покраснел до корней волос и поджал ноги, укрываясь от внимательного взгляда мужчины, отрицательно мотая головой, кусая губы.
- Нет-нет, что ты! Не надо.. Это лишнее!
Была одна очень веская и очень... выдающаяся причина, чтобы отказаться от его нежной заботы.

20

- Лишнее?- Сергио мягко улыбнулся, поднес к губам руку - горячая кожа в очередной раз заставила вспыхнуть волнение в серых глазах. Температура не падала.
Как бы тут в скорую помощь и лазарет все не вылилось...
Сергио отложил полотенце и потянулся за расческой, сел так, чтобы было удобно обоим и принялся собирать волосы в косу. Купать парня было нельзя пока не спадет температура, а ощущение нечистого тела только вредит самому больному. Жестом, не терпящим возражений, но мягким и ненавязчивым, нежным и не лишенным глубокого смысла, находясь все так же за спиной парня, растегнул пуговки на рубашке, спустил ее с плеч, отложил на колени и снова взял полотенце, прикасаясь к коже.
Не душ, конечно, но освежит хоть немного. Мужчина, закончив процедуру, сел поудобнее к спинке кровати, облокотил на себя парня, провел рукой по щеке, застыв на его лбе в раздумиях.
- Ты только поправляйся, - шепнули губы.
Если бы я мог исцелять...
Сергио не понимал, что с ним происходило. Но жгучий цветок расцветал в груди и распускал щупальца, прочно обосновываясь на сердце. Это когда-то и происходило уже. Но тогда ему было пятнадцать, это была девочка с голубыми глазами и на год младше - такая себе юношеская первая любовь, первый физический контакт, первый горький опыт.
Мысли в голове сменялись со скоростью света, мелькая, дразня, запутывая.
К черту все! Будет так, как должно быть!

21

Разумеется, это было иллюзией, всплеском адреналина, но все же в присутствии Сергио ему стало получше. Просто не было причин лежать умирающей снулой рыбой, когда рядом был он... заботливый, теплый, нежный. Родной до последнего волоска, бесконечно близкий и нужный, как никто больше. Покорно принимая его заботу, Паоло покраснел до кончиков ушей, чувствуя, как пальцы проворно снуют по пуговкам, расстегивая их одну за другой, как щекочет ухо дыхание, как ползет с плеч сатин рубашки, обнажая его шею и плечи. Прикосновение мокрого полотенца заставило содрогнуться, повести плечами.
- Щекотно!
Укутавшись в одеяло по шею и поджав ноги, чтобы по-новой не простывать, Паоло с нескрываемым удовольствием откинулся обнаженной спиной Сергио на грудь, счастливо глубоко вздохнул.
- Ты только поправляйся... - слуха коснулся шепот, и Паоло вскинул вверх глаза, затылок примостил у Сергио на плече.
- И что меня ждет тогда? - в хрипатом сорванном шепоте мелькнули озорные нотки, глаза смеялись, глаза любили... говорили сейчас больше и яснее, чем тысячи слов. Обметанные сухие губы улыбались Сергио нежно, причем сам Паоло толком не чувствовал и не замечал этой улыбки. А заметив - смутился и опустил глаза, пылающим лбом ткнулся мужчине в скулу.
- Ты сам смотри... заразишься еще...

22

- Зараза к заразе... - Сергио хмыкнул и уложил парня на подушку, погладив по щеке, снова накрыв губы нежным поцелуем. - Было бы чего бояться. Заболею, будешь лечить...
Он встал, поправляя рубашку, встряхивая волосами, улыбаясь своим мыслям и ощущениям; он прошелся по комнате, ощущая всю ее неуютность и необжитость - поежился. Разве тут можно было вылечиться? Сергио замер у окна, задумавшись, и резко развернулся, видимо все решив для себя. Он подхватил Паоло, прижал к себе, ощущая как воедино слились два сердцебиения, тяжело выдохнул, мягко улыбаясь.
- Поправляйся, котенок. Поправляйся, и я заберу тебя... Слышишь?

23

- Зараза к заразе... - в голосе Сергио Паоло почудились нотки ворчания, такого уютного ворчания, что бывает у больших теплых собак, не грозное, такое... То же, что мурчание у кошки, но преисполненное силы и надежности. - Было бы чего бояться. Заболею, будешь лечить...
Губы дрогнули в ответ на поцелуй, сердце бешено забилось в груди. "Буду... Еще как... Непременно буду!" Мысли метались внутри заполошно как перепуганные курицы, Паоло следил за перемещениями мужчины по комнате, инстинктивно прижав руку к груди, будто ладонью мог усмирить яростный, до боли, стук своего сердца. От тока крови в ушах шумело, на глаза наворачивались слезы. В смятении юноша сам не понимал, что с ним творится, переживая все это впервые, отчаянно волнуясь, что дальше? И так же отчаянно надеясь, что все будет хорошо...
Решительно прошагавший к нему Сергио буквально вздернул его за плечи, подхватив движение самого Конти, который тянулся к нему всем телом и душой. Два стука слились в один, Паоло с удивлением и нескрываемым безудержным счастьем уловил ладонями под его рубашкой такое же отчаянное биение сердца. И чуть не умер на месте от счастья, услышав такое, что слезы снова брызнули из глаз...
- Поправляйся, котенок. Поправляйся, и я заберу тебя... Слышишь?
Часто закивав, отвернувшись сколько смог в сторону, рукой утирая глаза, Паоло всхлипнул и обнял мужчину за шею, горячими губами поцеловал над ключицей, прижался к груди.
- Сергио... Боже... Спасибо...
От усталости и перутомления он мелко дрожал, горло саднило как теркой ободранное, жар и не думал спадать. Хотелось попросить его остаться, чтобы как в раннем детстве с ним был кто-то очень дорогой, отгоняя болезнь. Хотелось сказать... Так много всего хотелось сказать, но он пока не мог этого позволить себе, все еще теряясь при нем и робея. Болезненное состояние не отпускало, тело ломило и он горел, но... На сей раз он был не один. Это чувствовалось, и в это хотелось верить.
- Дождись меня, - умоляющий шепот на ухо, прежде чем лечь снова под одеяло, укрываясь до подбородка. Зубы выбивали дровь, под веки будто песка насыпали, так хотелось спать. В ореоле мокрых ресниц, сквозь которые, жмурясь от света, Паоло был вынужден на него смотреть, Сергио снова будто светился. Улыбка коснулась обметанных губ Паоло, он прошептал уже для себя под нос "Ангел..." и перевернулся набок, засыпая мгновенно, как выключенный светильник.

24

Теперь его можно было оставить, прежде предупредив Чолиту, чтобы почаще наведывалась и проверяла температуру, и в случае чего звонила и ему, и врачам. Жар не падал и это настораживало. Неужели это героическое перемещение по плоскости улиц Палермо так скосило парня?
Сергио поправил одеяло, тронул губами висок, набросал на листе бумаги короткие два слова "Завтра зайду", бросил вызов себе на мобильный с телефона Паоло, чтобы знать номер оного и тихо направился к выходу, еще пару раз оглянувшись на спящее создание. У них все будет хорошо. Сергио теперь в это верил.


Вы здесь » Сицилийская мафия » Вилла семьи Морелло » Комната Паоло Конти