Сицилийская мафия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Сад

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

http://pic.ipicture.ru/uploads/090304/TiRFi0h46u.jpg

2

Холл

На улице было свежо. Такие дни Антонио нравились больше, чем традиционная летняя жара, поэтому он с удовольствием прогуливался по своему саду в одной лишь рубашке. Кипарисовые аллеи утопали в прохладе, которая как всегда исчезнет после полудня, оставляя вымытые дорожки сухими. Было непривычно тихо после вчерашнего дня, словно уже неделя прошла с того момента. Слишком контрастно. И на какой-то момент он почти забыл о секретаре, который не отставал за ним, так уж увлекли его мысли о чем-то своем.
- Ферручио и Сергио в больнице. - начал Тони, уводя Стефано в оплетенную плющем беседку и усаживаясь на старую резную скамью, белая краска с которой уже отлетала и можно было видеть цвета предыдущих слоев. Некоторая обветшалось имения Морелло ему нравилась, поэтому он не торопился обновлять все разом, особенно оплетенные плющем старые беседки. Намек на старину напоминал ему о былых временах, которые в этой семье считалось неуместным вспоминать для сравнения. Да и в библии говорилось: "Не говори: "Отчего это прежние дни лучше нынешних?", потому что не от мудрости ты спрашиваешь об этом.". Наверное, в этом была правда. Каждое время, проведенное здесь ли на вилле, или где-то еще на осторове, одним словом - дома - было прекрасном и несравненным. Даже такое трудное и предвоенное, как сейчас.
- Я не в курсе, что именно с ними случилось, поэтому посылаю тебя на разведку. - Отклонившись на жесткую спинку, Антонио вытащил из кармана брюк пачку сигарет и сначала предложил своему собеседнику, после вытащил себе, наконец-то вдыхая первую дозу никотина за этот день. Божественно. Ничто не сравниться с первой затяжкой после удушающей свежести утреннего сада. - Позаботься о них, привези, что им надо или не надо, и узнай о подробностях. То есть... про Ферручио меня не интересует. Я знаю, что с ним произошло. Мне интереснее, что с Саччи. А так же проконсультируйся с лечащими врачами насчет их выписки. Насколько я в курсе, Ферру на ногах. Я бы хотел его видеть.
Сквозь полупрозрачные облака в небе проглянуло солнце, выпустив яркие лучи в сторону беседки. Тони поднял ладонь ко лбу и посмотрел на Стефано, встречаясь с его взглядом.
- У меня часто возникает ощущение, что я в саду немых фигур. Очевидно, все думают, что чем больше будут молчать, тем будут казаться умнее. - криво усмехнувшись, дон перемял сигарету с одной стороны рта на другую. Эта фраза была актуальна для вчерашнего для, но не для всех. Впрочем, в какой-то мере относилась и к Савалоро. - У тебя все в порядке? Не преследовали?
По внешнему виду, да и по самодовольному, хоть и серьезному выражению лица Стефано, можно было легко понять, что вчерашний день он провел намного спокойнее Антонио. Но услышать об этом из его же уст было бы спокойнее.

3

Первый этаж. Холл >>>

В  саду было настолько спокойно и тихо, что возникало ощущение нереальности. Как будто ты попал в другое время и, место, далекое от суматошной жизни большого города. Савалоро поежился, надеясь, что это останется не заметным. Не от холода это было и, даже не от довольно громкого хруста гравия под подошвами ботинок, но от чувства того, что провалился слов в какую-то дыру во времени. Особенно сильно ощущение стало, когда подошли к беседке. Она была живым напоминанием о том, что время на всем оставляет свои следы. И, только от человека зависит то, какими они будут, будут ли вообще и, во что выльются. Точно надпись ржавой краской по кладбищенской ограде «Ты следующий, смертный!». Савалоро вздрогнул, когда его мысли сбились, вспугнутые, словно стайка воробьев, словами дона. Больница? Что ж, не самое поганое место. По крайней мере, не то, о котором он только что размышлял.
- Я должен сделать это от своего имени или же мне дозволено уведомить Саччи, что это вы им интересуетесь? – Савалоро не стал заходить в беседку, а остановился в проходе. Если бы светило солнце, он бы полностью заслонил его, ратуя за сумрак в беседке.   
От сигарет Савалоро отказался равнодушным покачиванием головы. Не время. Сейчас главное – выяснить подробности того, что ему поручают. Те подробности, которые ему нужно было знать по мнению дона. Остальные же СС не интересовали. Никогда не испытывая иллюзии на счет своего места, он прекрасно знал, что всего лишь исполнитель. И, только от него зависит, будет ли он отлично справляться со своей работой или же его можно будет пустить в расход при первом удобном случае.
- Врачей заверю, что дальнейшее медицинское наблюдение они получат в домашних условиях, - Савалоро кивнул, начиная уже выстраивать вероятности своего поведения и, речи в больнице, - Думаю, не стоит посвящать медиков в суть дела, скажусь поверенным или страховщиком, единственным дальним родственником, не суть важно. Я заберу их из больницы, дон, если они способны передвигаться и, эскулапы согласятся выпустить эту пару из своих цепких лап. Если же есть серьезная опасность для здоровья одного из них или обоих, я вам сигнализирую.
Обстоятельно и подробно разбирая стоящую для себя задачу, Савалоро в первую очередь преследовал цель до мелочей уяснить порядок действий, чтобы нигде не допустить промаха. В сферах, где он вращался, они не прощались. А пополнить паноптикум трупов Короны он не торопился.
- Возможно, некоторые из тех о ком вы говорите, думают, что чем реже они будут мешать вам своей пустой болтовней, тем в более целом состоянии сохранится на их плечах голова, - Савалоро ответил бесстрастно, имея при том полное право, воспринять слова дона, прозвучавшие как критика, на свой счет.
Кого бы не имел в виду дон, сейчас рядом с ним находился секретарь. Значит, все сказанное в равной степени могло относиться как к неведомому далекому некто, так и к нему, Савалоро. 
- Меня некому преследовать, дон. Нет. Я совершенно неинтересен, полагаю для тех, кто желает зла вашей семье. И, у меня все действительно в порядке.
Савалоро усмехнулся – слова о преследовании напомнили ему о ночах без сна. Что его действительно преследовало, так это бессонница. Люди же редко обращали на него внимание. Даже в условиях его деятельности.
- Есть ли что-то, что мне еще следует знать перед тем, как отправиться в больницу?
Савалоро был уже готов приступить к выполнению задачи. Ожидал от только слова дона, единственно способного отпустить его или, задержать.

4

Стефано всю информацию схватывал не лету и пририсовывал "ноги" там, где их нет, так что Антонио ни раз еще не усомнился в его должности секретаря. Несмотря на свою немногословность в обычной жизни, он не сомневался, что в больнице с охотой поверят всему, что скажет этот мужчина. Пусть он назовется хоть Папой - должны поверить. Тем более в такое трудно для больницы время, когда в один день в городе произошло сразу несколько неприятных инцидентов. Вряд ли вообще поинтересуются, кто он такой. Но и Ферручио, и Сергио наверняка лежали в отдельных палатах, выкупленных специально на месте, чтобы никто их не тревожил, и к ним была предписанна охрана, которую они отослали еще вчера.
- На ресепшене скажешь, что родственник. - согласился с условием дон и кивнул, - У палаты дежурят наши ребята. Ты их знаешь, и они тебя, так что проблем не будет.
Антонио на минуту замолчал, докуривая сигарету до середины и думая о том, в каком виде сейчас лежат двое его людей в больнице. Что с ними случилось. Где ранены. Особой информацией он не обладал, потому что вчера ему не было дела до деталей, а теперь вот они стали важны. По беглым словам Дино мало было что понятно, кроме того, что у Ферру сломан нос. Про Саччи же он вообще ничего не знал.
- Если они не в состоянии, то не торопись их вытаскивать оттуда. Иногда полезнее полежать в палате с капельницей. - после паузы продолжил Антонио, поднимаясь с лавки и в несколько шагов огибая площадь небольшой веранды. - А если уже готовы выползти, то, скорее всего, им захочется вернутся по домам.
Мужчина остановился на полушаге, замерев и прижимая к губам почти скуренную сигарету. Стоило бы позвонить Анжелике и сообщить, что ее муж в порядке. С другой стороны - может не стоит ее тревожить, ведь Ферручио имеет привычку уходить куда-то в ночь и приходить только на следующий день без предупреждения. Возможно, что Анжелика даже ничего и не заподозрила, а может ей позвонили из больницы и уже все сообщили. Короче говоря, нужно было для начала отправить Стефано на разведку, чтоб он сам обо всем узнал, а потом, уже будуче в курсе всего и вся, предпринимать что-то другое.
- Одним словом, звони по всем пунктам, как только что-то разузнаешь.
На периле беседки была установлена кермическая пепельница, в которой находилась вода и плавало несколько лепестков опавших цветов. Это выглядело несколько трогательно, что Антонио даже не сразу осмелился потушить в ней свою сигарету. Очевидно садовник, поливая дорожки, залил и ее. Откровенно говоря, дон ненавидел влажные пепельницы, но это пепельница была просто полна воды. Затушив бычок и сжав его в кулаке, он перевернул керамическую миску, выливая все на землю, и поставил обратно. Вряд ли кто-то из обслуги в скором времени заглянет сюда, в беседку.
Продолжать беседу про болтливых и молчаливых дон уже не хотел. У него была идея, что ответить, еще до того, как он подумал о семье Ферру, но потом потерял нить. А говорить что-то незначительное - не было желания.
- Знаешь, меня поражает логика наших врагов порой. Они рубят с плеча, оставляя за собой кровавый шлейф. Я бы поступил иначе, используя в качестве оружия против себя - моих людей. Особенно таких как ты. Или как мои адвокаты. И все бы выглядело с ювелирной точностью. А так... да, тебе нечего опасаться.

Антонио спустился с веранды, ступая ногами на мягкий гравий, и развернулся к Стефано.
- Пока что все. Если будут новые указания - я тебя наберу.
- кивнув секретарю, дон сделал два шага по тропинке, ведущей к дому, но затем, что-то вспомнив, обернулся. - Ах, да. Уведоми их от моего имени. От еще живого дона "Семьи".
Одарив Савалоро на прощанье горькой ухмылкой, Антонио направился обратно на виллу через бассейн, чтобы хотя бы просто пощупать водичку на сегодня.

5

Да, все предстояло сделать так, как и предполагал Савалоро – четко и, без лишней эксцентричности. Оставалось надеяться, что у ворот больницы не дежурят боевики противника, дабы отстреливать на подходе всех, кто вызывает у них подозрение на причастность к Короне. Остальные индивидуумы, которых он мог бы встретить на пути к цели – не в счет. Врачей и прочий медицинский персонал он, уверен, сможет убедить в том, что он самым безобиднейшим образом родственник, волнующийся о состоянии здоровья двух недавно ставших пациентами больницы людей. Этакий сводный брат.
Савалоро ухмыльнулся. Что ж, не имея в жизни никогда родных братьев-сестер, он, тем н6е менее, постарается как можно более натурально отыграть свою роль. Потому, что так надо. Потому, что соратники по клану это те же братье, ведь они все в одной «семье», как бы пошло и пафосно это не звучало. И, в конце концов, он едет туда не выказывать притворное сочувствие, а заниматься делом, интересующим дона. Пустяковым оно быть уже по принципу не может.
- Я справлюсь, дон. Можете на меня положиться.
Что тут еще добавить? Сказано было много, даже сверх того, что необходимо для четкого выполнения миссии. И, не такая она, сложная, по правде-то говоря. Действительно, не под пули же идет.  А вовсе даже с фруктами в больницу. Кстати, да – заехать по дороге в магазин не помешает. Савалоро на миг выпал из реальности, вспоминая, где на пути от виллы до больницы ему может попасться соответствующего профиля магазин. Он даже пропустил момент, когда дон вышел из беседки. Так, что разобравшись с дальнейшим своим маршрутом, был несколько удивлен, обнаружив дона не там, где он был до этого. Так и начинают распространяться слухи о том, что человек обладает сверхъестественными способностями. Отчего-то именно об этом подумал Савалоро. Зато потом мысленно пнул себя за привычку чрезмерно глубоко уходить в мысли, оставляя весь мир жить по каким-то иным правилам. 
- Отзвонюсь, как только узнаю что там и, как.
Это добавление было, пожалуй, излишним. Итак было понятно, чего от него  ожидают. Однако Савалоро не любил оставлять чужие реплики, адресованные ему без ответив. Это по меньшей мере было не вежливым, а в самом крайнем случае могло быть истолковано не в его пользу. Портить дону представление о себе Савалоро хотел меньше всего. Он полагал, что отношения их, как работника и работодателя, будут длиться еще не один год. Хотя и понимал, что спокойно уйти на пенсию по выслуге лет у него вряд ли получится.
Сдержанное «Я не прощаюсь, дон» летело уже в спину уходящему мужчине. Савалоро развернулся на каблуках и, направился к своей оставленной у крыльца машине. Если все пойдет гладко, к обеду у него уже будут новости.

>>>  Городская больница

6

Вилла семьи Морелло » Гостевая спальня

Дабы не утруждать себя лишними поисками, Нальдо, пока супскался вниз, включил поиск на телефоне, выискивая соту, в которой в данной момент находился Антонию, поскольку вчера сооружённая система деактивирована не была. Выйдя на солнце, он приставил руку ко лбу, чтобы хоть как-то уберечь глаза от яркого, как для воспалённых глаз солнца.
Антонио Нальдо нашёл недалеко от бассейна, и, прибавив шагу, настиг его, замирая в тени дерева - в глаза било просто нещадно и не дай ты боже у таксиста стекло в машине не будет тонированным. Окинув босса оцениваюим взглядом, мужчина замер, пытаясь придать выражению лица вид хотя бы отдалённо напоминающий дружелюбный, потому как бессонная ночь данную кривую рожу нисколько не украшала.
"Хоть с ним всё хорошо, относительно, " - тепло смотрели тёмно-коричневые глаза Нальдо.
-Доброго утра, босс. Всё ли в порядке с Вами? Я вчера позвонил Бениньо он... - конcильери коротко взглянул на часы. - Скоро будет в Палермо. Мне нужно встретить его. Буду на связи.
Не смотря на вид такой, что в гроб краше кладут, голос мужчины звучал привычно бодро, без оттенка усталости.

Отредактировано Нальдо Лоренцетти (2009-03-10 21:54:02)

7

По пути встретив Чолиту, которая по привычке громко объясняла садовнику где тот не прав, Антонио попросил принести к бассейну свежего лимонаду, несмотря на то, что погода не была жаркой. Пить хотелось сильно, наверное, после крепкого кофе и сигарет.
Возвращаться обратно в виллу, снова быть запертым в четырех стенах у Тони не было желания, поэтому он решил посидеть немного у бассейна, испытать себя на то, что ему страстно хотелось искупаться, но максимум, что он мог сделать - залезть по пояс. Чистое издевательство. Как раз там его застал явно недавно проснувшийся Нальдо.
- Действительно, доброго.
Конечно, утро вчерашнего дня начиналось намного приятнее, но потом день продолжился не в том русле, в котором он предполагал, а сегодня пока что все было в норме - никого не застрелили. Поэтому было грех жаловаться на то, что утро не доброе. Пока еще, с божьей помощью.
Присев на край лежака, Антонио развязал шнурки на ботинках, снял их, а затем стянул и носки, заткнув их в обувь. Следом стал закатывать брючины до колен.
- Позвонил Чиано? - насколько Тони мог помнить вчерашний день, ушли они с кухни, когда было около 12 часов ночи, и со стороны Нальдо было не слишком вежливо беспокоить Бенито в такое позднее время, даже если тот и не спал. Более того, дон не всегда рассказывал мэру о всех своих делах, стараясь придерживать некоторое в секрете. - Что ему надо? Вернее, не так...
Оттолкнувшись от лежака, мужчина встал и, ощущая пятками холодный старый кафель вокруг бассейна, сделал два шага в его сторону. Затем сел на бортик, погружая ноги в прохладную воду. Блаженство.
- Что тебе-то от него надо? И зачем его встречать? Он сам не доедет?
Чиано был человеком взрослым, самостоятельным, кроме того - заведовал целым городом, да и охрана у него была мощная. Все-таки быть политиком такого уровня, да еще и с такими ультраправыми интересами - не спроста. Тут нужно особенно тщательно следить за своей безопасностью.
Да и вообще, встречаться с ним он был не особо намерен. Во-первых, как всегда придется оправдываться, что это не они, Корона, виноваты, во-вторых, рассказывать все в деталях, посвящать в то, чего не хотелось. С другой стороны, было полезно оговорить с ним ситуацию в городе, поинтересоваться как там к этому отнеслись высокопоставленные силы, и, возможно, как-то этим воспользоваться. Кроме того, Антонио было на руку выглядить в этой войне несчастной овечкой, покусанной волками со всех сторон, ради его же светлого будущего в политике города.

8

Квартира Санторио Абруцци

В такси было жарко и душно. До тошноты. Да еще и пахло дешевой туалетной водой, которой, похоже, заботливая жена таксиста опрыскала весь салон. А, может, это оставшийся аромат от более раннего клиента, что подвозил сегодня этот автомобиль. В любом случае, выдержать всю дорогу можно было лишь высунувшись в открытое окно. Но высовываться – все равно, что вещать себе на лоб метку с припиской "Стрелять сюда". Потому, глотая врывающийся в салон свежий, еще по-утреннему прохладный воздух, Абруцци терпел, прокручивая в голове события вчерашнего дня. Что-то было во всей схеме не так. И это грозило аукнуться эффектом бабочки, окуклившись из невинного мотылька во все сметающий на своем пути циклон. Нужно было лишь выждать время, чтобы увидеть последствия. А лучше, было найти тот недочет и устранить его, пока он не стал разрушительным.
Расплатившись за дорогу, Санторио преодолел ворота, поздоровавшись с охраной, встретил несколько людей по пути к дому, от которых уже и узнал, что дона можно найти в саду, а ни где бы то ни было еще.
Повстречавшийся Синтиано, радостно приветствовал Санторио, тараторя, что безумно рад видеть его в добром здравии, что стингер сейчас в надежном месте, а мазерати вымыта и готова вернуться к своему владельцу. После чего, поблагодарив за то, что сам остался невредим, мальчишка убежал к ждущим его делам. Благодарность была напрасна. Юнцу всего лишь повезлою И спасибо говорить надо было совсем не Канэ.
Поздоровавшись с выглянувшей Чолитой, Канэ прямиком отправился именно туда, где он мог найти своего друга.
Антонио сидел на бортике бассейна, окуная ногу в приятную, прохладную воду. Лет десять назад, не будь обстоятельства такими, как они есть сейчас, не задумываясь, Санторио бы подтолкнул дона, чтобы тот соскользнул прямиком в эту поблескивающую в рассветных лучах, рябую гладь. И было бы это воспринято верно – обычной дурацкой шуткой. Лет десять назад они еще могли так подшучивать. Тогда на их плечах не было груза прожитых лет, что неизбежно давил к земле и стирал эмоции с лиц.
Сейчас же Санто лишь мысленно улыбнулся и подошел ближе, здороваясь с обоими сразу.
- Утра доброго, сеньоры.

9

Воду Нальдо любил во всех её проявлениях, что вообщем-то быо заметно с первого взгляда, если оказаться у консильери дома, поскольку изыски интерьера присутствовали только в ванной комнате. Поглядывая на ровную гладь бассейна он с тоской подумал о джакузи, но до того счастливого мига ещё нужно было дожить.
О том, что Антонио не хочет встречаться с Бениньо Нальдо догадывался и понимал его в том нежелании очень хорошо, но и мэра с его стремлениями так же понимал.
-Что ему надо я ещё не знаю, босс, - сухо, но вежливо ответил консильери, провожая шефа взглядом прямым и совершенно безэмоциональным. - Мне от него ничего не надо. Я могу идти?
Действительно, от Бениньо ему ничего не надо было такого, что он не смог бы взять себе сам. Деньги, власть, карьера - ни единый пункт из списка Нальдо не интересовал. То, что во всей этой истории засветилось его имя не самым лучшим образом консильери волновало, как и волновали беспорядки в городе и ситуация в клане, а потому именно этим он и намерен был заняться. И, разумеется, как не позлить правильного Бениньо, как не посмотреть на это холёное лицо, когда он узнает о произошедшем.
Отследив краем взгляда приблизившегося Санторино, Нальдо, обернувшись, кивнул в ответ, так же приветствуя.
-Доброго утра, - с привычной вежливостью и почтительностью.

10

Антонио вздохнул. Если честно, вот прямо сейчас ему захотелось остаться наедине с самим собой, и не слышать никаких историй про этого Чиано, которому что-то понадобилось, про Лимите, про оружие, деньги. Идеальным вариантом было бы сесть в тени лимонного дерева и почитать Моэма, книгу которого он начал в начале недели, но не успел прочесть и десять страниц. Причина банальна - некогда.
Тони склонил голову на бок и посмотрел снизу вверх на Нальдо. Иногда ему хотелось встать и просто ударить его, чтобы увидеть на лице хоть какую-нибудь эмоцию - недовольство или радость. Иногда Лоренцетти казался ему похожим на посудомоечную машинку, которая запрограммирована на несколько программ и исправно их исполняет. И до колик было интересно, что же Нальдо делает дома? Ведь он каждый вечер бывает дома, один. Что же он там делает, кроме как занимается делами? Таким людям, "женатым на работе", нужна была разрядка, так как всем своим устало-пофигистичным видом они вызывали у Тони чувство брезгливости. И откуда у итальянцев такая нордическая стойкость?
Вскоре в саду появился еще один человек-статуя - Санторио. Но его, по сравнению с Нальдо, понять можно было: слишком много нехорошего тот повидал за свою жизнь, и многое из этого напрямую касалось его самого.
- Кто-то умер? - вместо приветствия с Санто, Тони продолжал разговор с Нальдо. И этот вопрос относился именно к нему. - У вас двоих такие лица, что у меня ощущение, будто с кланом дела вообще плохи.
Дон пожал плечами и придвинул к себе высокий стакан с лимонадом, который принесла Чолита.
- Сейчас дела идут не лучшим образом, я это знаю. И меня просто тошнит от ваших выражений, некрасноречиво написанных на лицах. Вы похожи на манекенов, которые пришли сообщить мне печальную новость о том, что моя троюродная бабушка на 103 году жизни наконец-то сдохла.
Последняя фраза была сказана с особым пренебрежением к двум стоящим помощникам. Громко всосав через трубочку крошки льда, Тони отодвинулся от кромки и поднялся.
- Вам бы Феллини посмотреть, ребята.
Щелчок, и Антонио снова изменился. Стушевался, поняв, что эти двое едва ли его поймут. Все равно останутся "посудомоечными машинами", пока сами не придут к осмыслению своей бесцельной жизни. Пока не улыбнуться. Или не разозляться до того, что захочется рукой смять чьи-то яйца.
Быстро справившись с коктейлем, дон вручил стакан в руки Нальдо.
- Я не хочу видется с Чиано. Избавь меня от этого. А стакан занеси на кухню.
Сказав советнику все, что собирался, Тони сразу же переключился на Санторио, словно бы первого уже и след из сада простыл.
- А ты что приехал? Бумажки привез что ли?
- без особого энтузиазма поинтересовался он, плюхаясь в парусиное кресло.

11

Не смотря на то, что говорил Антонио, как едко он сегодня использовал слова, стараясь быть мягче, но в то же время хлестнуть побольнее, говорило лишь о том, насколько он сам уязвлен всей этой ситуацией, всей обстановкой, что окружала его сейчас, всем тем, что происходило с кланом, с людьми, приближенными к нему.
И можно было понять. Потому, лучше всего было молчать. Все равно тут ничего не скажешь, не возразишь. И, да. Он привез бумажки, которыми по-хорошему можно было лишь подтереться. Все равно швейцарцы слова не нарушают. Но все ж таки… Слова дона не вывели из себя, хоть что-то внутри и дрогнуло. Разве ж на истину злятся? Нет. Нисколько.
- Да, здесь документы.
Кейс мягко опустился рядом с креслом, в котором восседал Тони. Санторио выпрямился и снова отошел на шаг. Сегодня лучше было держать дистанцию. Все были напряжены и злы. Санто понимал, что хотел сказать дон. И был с ним полностью согласен. Живые мертвецы оставались не лучшими союзниками и друзьями. Но изменить ничего было нельзя. Не сейчас.
- Я хотел бы взглянуть на запись из клуба. Мне доложили, что она здесь.
Еще вчера администратор позвонил Канэ и коротко поведал о случившемся после взрыва. О том, кого, куда и когда увезли, что и кто забрал, и в каком состоянии клуб находился на тот момент. Вчера же его и закрыли. На совсем неопределенный срок. Впрочем, достаточно было крупного вложения денег, чтобы в кратчайшие сроки Чикаго превратился в полнофункциональное заведение.
Хотелось быстрее взглянуть на то, что засвидетельствовали камеры и отправится в клуб. Куда, к слову, нужно было созвать всех. И, пока было время, Санторио достал из кармана телефон, набирая номер администратора, что висел первым в списке "последних вызовов".
Отойдя в сторону, чтобы не мешать отдыху дона своим скучным и не слишком ласковым разговором, но выдержанном все же в официально-деловом стиле, Абруцци поведал, что хотел бы видеть всех своих работников, кто вчера был в клубе. При том уже через два часа. В ответ в трубке что-то быстро пообещали и раздались короткие гудки.
С другой стороны, если кого-то не будет на месте, то это будет прямым свидетельством причастности того работника к случившемуся. Хотя, тоже не на все сто процентов, поскольку могла быть подстава.
Взглянув на уходящего Нальдо, итальянец не стал возвращаться в поле зрения Антонио, оставшись стоять позади, терпеливо пытаясь поймать уходящее сквозь пальцы время, которое порой имело свойство растягиваться, а порой неслось, сломя голову, не разбирая дороги.

12

Слова Антонио нисколько Нальдо не задели от слова "вообще". Босса в его непонимании подчинённых с лицами "про войну", в его желаниях действа и жаждой жизни консильери хорошо понимал, впрочем, чего уж тут работа у него такая. Сам факт того, что другим Лоренцетти-младший кажется едва ли человеком, потому как даже чайник от фирмы "Tefal" чаще улыбаются, Нальдо так же не смущал - отгородиться от воздействий внешнего мира, а так же от человеческого общения было его собственным сознательным выбором. Ему так было легче. Наверное, в этом месте нужно было оскорбиться, обидеться, и, наверное, консильери так бы и сделал, если бы не желал сейчас только одного: хотя бы на пять минут заскочить домой, сменить одежду и взять с полки солнцезащитные очки.
"Именно потому, что ты не станешь общаться с Чиано, этим займусь я. И зад твой прикрою", - не стал озвучивать очередное высказывание Нальдо, отвечая совершенно безэмоциональным кивком - да, понял, ушёл, вопросов больше не имею и стакан занесу.
Очевидно последнее распоряжение Антонио было направлено на то, что консильери взорвётся, не исполнит приказ, однако тот своей ответной реакцией так же не удивил - очередной лаконичный кивок и сдержанное сухое прощание с доном и советником.

Жилой район » Квартира Нальдо Лоренцетти

13

Дождавшись, когда Нальдо оставит их с Санторио наедине, Антонио поднялся с кресла и нарезал несколько кругов возле бассейна, наслаждаясь прикосновением холодного кафеля к пяткам. В очередной раз пришла мысль, отвлекшая его от основной, что пора бы этот самый кафель сменить. Кажется, этот здесь лежал еще со времен, когда отец был жив. С другой стороны, он внушал доверия и был намного дороже новой плитки - настоящий раритет.
- Знаешь, не нравится мне, когда в клане есть какие-то секреты. Когда кто-то что-то не договаривает, когда остаются недомолвки. Я ведь любопытен как черт. Но дело даже не в моем любопытстве. - Разговор о делах опускал Тони в уныние, он и так ими занимался всегда. Иногда просто хотелось поговорить о том, что тревожило вне зависимости от положения клана в конфронтации. Санторио был лучше собеседником в этом плане, потому что говорил мало, а только слушал, и был тем человеком, которому можно было рассказать все. Ну, почти все. И такой функцией своего зама Антонио пользовался смело. - Каждый шаг, каждый разговор, да хоть расписание на день подчиненных... я должен это знать. Еле сдерживаю себя, чтобы не послать за Нальдо "уши". Неужели просто поехал "привет" передать? Он знает, что я не люблю неведенье. Так зачем это делает?
Дон остановился и посмотрел в ту сторону, где еще пять минут назад шел Нальдо. Затем повернулся к Абруцци и сделал тщетную попытку улыбнуться. В его руках были бумаги, именно о них они говорили вчера вечером, и если Антонио живо интересовался переговорами ночью, то сейчас чувствовал полное безразличие к этим листам. Но принял их и даже пролистал парочку, выискивая в тексте какие-то отдельные слова. На лице - полное отсутствие заинтересованности.
- Надо с Арриго Дино послать. Или Саччи, если тот жив. Чтоб на месте все проверить, если нам и вправду так повезет. - сложив все документы на столик, на кейс, Тони вернулся в кресло и стал распрямлять свои брюки, которые, к слову, уже замялись.
- Да, да... записи... слушай, я так не хочу работать с полицией в купе, но, кажется, придется. Они все равно скажут о взрыве больше, чем смогли бы мы. И нам нужна эта информация. Я не хочу оставлять это дело безнаказанным.
Мужчина вздохнул и поскреб пальцами подбородок, с удивлением замечая, что забыл побриться. Это случалось крайне редко, и он, несколько обескураженный таким фактом, быстро взглянул на Санто, словно бы тот сразу понял в чем дело.
- Они в подвале. Там на диване ноутбук лежит, в нем и диск. Возьмешь, когда пойдешь.

Иногда фразы, предназначенные быть прямыми ответами на поставленный вопрос, кажутся лишними, словно лирическим отступлением. Антонио вообще терзало желание поговорить о чем-то другом, только не о деле. Только не о деле.
- Я растерян. Как-то все это... подкосило меня. Не люблю понимать цену жизни близких. И так вроде знаю, а тут реальнее ощущается.
- Казалось, что Тони говорил больше сам с собой, чем с другом. Пытался как-то оправдать себя, свои поступки, свои чувства. А Санторио выступал посредником. - Я хочу сына. Снова хочу почувствовать радость от жизни. Так пусть это будет рождение сына. Где найти достойную и здоровую жену?
Вопрос, не особо требующий внятный ответ. Скорее риторический. В любом случае, сейчас не до этого. Явно не до этого. Но вот вспомнилось случайно то, о чем последние несколько лет были заняты мысли, когда взгляд Антонио в очередной раз падал на Дино. Иногда тот казался ему таким же близким, как собственный ребенок, как Джульетта.

14

Повернув голову еще раз в том направлении, куда уходил консильери, словно бы он мог еще там находиться и услышать все то, о чем здесь говорилось, Санторио обратил все свое внимание дону.
- Отправь кого-нибудь за ним. Это развеет сомнения и не надломит твое к нему доверие. Плата соразмерна цене, - утруждать себя подробными объяснениями такой точки зрения итальянец не собирался. Он знал, что Антонио его и так хорошо понимает. Другое дело, как поступит Антонио. Наверняка, он для себя уже все решил. И то мнение, что он услышал, никак не повлияет на уже принятое решение, каким бы то ни было.
- Тебе не придется работать с полицией на данном этапе. Я все улажу сам. Тем более, я знаю, кто занимается делом Чикаго. Мы найдем общий язык, - сухие факты, ничего более. И это все тоже можно было не говорить. Но если не произносить даже этой малости, то тогда разговор полностью сведется до монолога. Впрочем, это и был монолог. А Санто оставался подобен эху, повторяя те же мысли и фразы, но другими словами, подхватывая то, что домыслил, но не озвучил дон.
То, что Антонио именно в такое время стал размышлять о сыне, наследнике, вероятно, будущем маленьком боссе клана – не казалось чем-то удивительным. Для любых мыслей с той жизнью, что шла вокруг всегда будет "не то время, не то место", когда бы они ни пришли в голову. Период войны, как ни парадоксально, всегда в истории отмечался не только, как тяжелые времена, но после него постоянно шел рост рождаемости, дабы компенсировать понесенные потери, могущие повлиять на общую демографическую ситуацию планеты. Но, это все слишком громко сказано…
- Где найти – я тебе не подскажу. Но в ближайшие дни, как только все уляжется, могу заняться составлением списка проверенных особ, - разумеется, не самостоятельно, а через несколько слоев осведомителей и проверенных людей, кто наведет справки по той или иной даме. Лучше было знать из первых уст, плюс некоторые сведения с задворок, вынесенные через черный ход, плюс полная проверка биографии и подытоживание на счет пригодности данной сеньориты для роли супруги дона Антонио Морелло. А уж потом ему предоставят пастеризованный список, из которого он сможет себе выбрать ту или иную даму сердца.
Глянув на часы в сотовом телефоне, поскольку не взял наручных, Санторио переминулся с ноги на ногу. В общем-то, лучше было уже сейчас отчалить в клуб, чтобы оказаться там до приезда всех работников, оценить ситуацию по "достоинству" свежим взглядом, пока не приступили к разбору завалов. Отдаленно, можно было себе представить, на что же было похоже помещение. Вот только… Глаза бы мои этого не видели.
- Могу идти? – обычно он не отпрашивался. Разговоры сами собой подходили к логическому завершению. Но сегодня Абруцци понимал, что они еще не договорили. Но он должен был уйти.
- Ах, да, - из внутреннего кармана пиджака он извлек небольшой пластиковый пузырек, в котором по обыкновению можно купить таблетки в любой аптеке. Внутри лежала лишь одна. – Выпей, если совсем станет невмоготу. - Канэ вытянул руку, с лежащей на ней полупрозрачной баночкой.

15

Антонио вскинул голову и посмотрел на Санто, не моргая, продолжительно. На губах появилась улыбка. Странно, что люди иногда находят настолько общий язык, что думают об одном и том же. Смотрят не друг на друга, а в одном направлении, и их взгляды параллельны. Пожалуй, если дела пойдут совсем плохо - тут нужно сплюнуть и постучать костяшками по столу - то они вдвоем могли бы уехать куда-нибудь и начать дело заново, добиваясь того же благосостояния. А все потому, что мысли синхронные - как плавцы на олимпийских играх. Понимание.
- Да-да, конечно, займись. - махнув рукой куда-то в сторону, дон наконец-то переместил свой долгий взгляд на водную гладь бассейна; из-за туч наконец-то показалось солнце, заискрившись рябью. - Только сильно не дави: нам нужны уверенные энтузиасты, а не напуганные жертвы.
Хоть Санторио и умел вести дела в дипломатическом ключе, иногда случалось и так, что он где-то перегибал палку, давил на людей так, что у них поджилки тряслись. А тут - дело деликатное. Надо аккуратно разузнать для начала, что же хочет человек взамен, и на что может пойти. И готов ли? - самый главный вопрос. Впрочем, времена, когда Антонио сомневался в своем заме - давно прошли. Да, и там были виноваты бесконечные наркотики, а сейчас - ни малейшего упрека со стороны дона.
- Ладно, это вопрос не срочный. Не к спеху... все равно мне нужно ее узнать для начала.

Последнее время почти каждая женщина, вернее образ, в голове Тони носил номинальное обозначение "она". Кто была эта счастливица, что выносет его ребенка - он еще не знал. Но она должна быть красивой, не глупой, но и не любопытной женщиной. Такой, как Беатриче. Да, с такой девушкой ему было бы комфортнее всего. И первая претендентка на звание "похожей" была Патриция. Они мало общались, но внешнее сходство и некоторые детали уже успели поразить дона.
Поднявшись с кресла, чтобы проводить Санторио до дома, возможно, и в подвал, Антонио снова потер свое больное место на плече и принял из рук друга пузырек. Одна таблетка. Интересно, в каком нетрезвом состоянии он будет после нее? Боль уже давно отошла на второй план, и намекала о себе резкостью в тех случаях, когда мужчина выполнял физические действия левой руки, плечом, шеей, в общем задействовал те мышцы, которые косвенно касались простреленную.
- Спасибо. - Антонио потряс пузырек, добиваясь того, чтобы таблетка поднялась со своего места и ударилась о стенку. - Кстати, совершенно забыл. Мне утром сообщили, что в Палермо из Парижа сегодня возвращается сын Винченце Конти. То есть, приемный сын. Ну, ты должен помнить ту историю... Если тебя не затруднит - заедь за ним в аэропорт. Всего работы на час, а послать некого.
Ситуация была дурацкой, потому что дон не имел привычки посылать Санторио по всяким пустяковым делам, но мальчишку надо было срочно выловить.

Гостиная>>> Цоколь>>> Гостиная

16

Конти. Да, эту историю Санто помнил. Старая она. Он ее частенько слышал, поскольку о той ситуации, в которой оказались настоящие родители мальчишки, почти ходили легенды. Одна из обычнейших разборок, но ее последствия оказались выгодны клану.
Да-да, любая благодетель имела под собой подводное течение, выражавшееся в планировании получения последующей выгоды. На этом строился весь бизнес. И данная история исключением не была.
- Я заеду за ним, не проблема, - подробности того, что у итальянца всего-то была пара часов свободного времени, дона никак не интересовали. И раз сказано сделать, хоть и было выражено в вежливой просьбе – отказа не принималось. И давать его Канэ даже не думал. В конце концов, всего-то сделать небольшой крюк, усадить мальца в авто и забросить на виллу. К тому же, своя собственная мазерати была у него почти на руках.
Дойдя до дома, Абруцци зашел в гостиную, где суетилась, прибираясь, расставляя по ведомым ей одной местам какие-то вазочки Чолита. Она даже не обратила толком внимания на появившихся в комнате мужчин, смахнув пыль с низкого столика, после чего взбила диванную подушку и принялась наводить порядок на стоящем неподалеку кресле.
Подойдя к уже знакомой двери, Санто спустился по лестнице, находящейся за ней, и включил свет. Со времени последнего визита, почти ничего не изменилось. Разве что на столике, что подпирал небольшой, старенький диванчик, стоял открытый, но выключенный ноутбук. Приведя его в чувство, выждав время для загрузки системы, Канэ открыл привод, убедившись в наличии в нем диска. Бегло просмотренный ролик подтвердил догадки о записях на болванке. Все было верно. Это данные с камер наблюдения. Присев на диван и прокрутив до момента за несколько минут до конца записи, до того, как успели под взрывом расплавиться близ находящиеся камеры, Санторио воспроизвел запись с нормальной, а затем более замедленной скоростью, выбрав нужный отрезок времени.
- Ее никто не попытался остановить, - вслух размышлял он. К сожалению, камеры не писали звук. Но судя по тому, что никакой реакции охранников не последовало - металлодетектор не сработал. Что же точно случилось в клубе в тот день..?
- Я возьму его, - закрыв крышку, погружая ноутбук в спящий режим, Абруцци отключил его от питания, поразмыслив, что достаточно будет заряда аккумулятора для демонстрации записи на сегодняшнем, так сказать, совещании, после чего компьютер будет возвращен на виллу.
- Скоро доставлю Конти, - с этими словами Канэ поднялся по лестнице, не заботясь о свете в подвале, где все еще находился дон, преодолел гостиную, улыбнувшись, заметившей его домработнице и вышел.
У самых ворот уже стояла ждущая его машина. Вымытая, отполированная. Словно и не было вчерашнего дня. Словно, это все дурной сон.
Попрощавшись с охранниками, положив ноутбук на сиденье, рядом с водительским, итальянец медленно вывел мазерати за пределы виллы, выбрав направление: аэропорт.

Аэропорт Пунта Раизи

17

Гостиная

Ы-хы-хы. Да уж, не каждый день выпадает  лафа, заставить стушеваться  и покраснеть крестного отца. А в том, что Антонио чувствовал себя в тот момент, мягко говоря,  не в своей тарелке, Сабатини не сомневался. И сей факт весьма приподнимал настроение, бальзамом мазался на отбитую в клубе физиономию. Однако, и в том, что Морелло зол сейчас, как стадо чертей, сомневаться тоже не приходилось. А вот это уже опасно.
При всей любви оружейника к эпотажу и хождению по лезвию бритвы (черта характера, которая нет-нет, да просыпалась в советнике, не смотря на далеко не подростковый возраст), получить полю в лоб от пылающего праведным гневом Морелло в творческие планы не входило. А вот во что именно выльется доновский гнев, одному богу было известно.
Самым разумным и безопасным сейчас было срочно, пока Антонио занят, сматывать удочки с виллы, залечь на дно, и ждать, пока "царственный гнев" уляжется, подзабудется, потонет в круговерти насущных дел. Разумно...если бы не одно "но" - надо было поговорить на счет Саши. Слишком опасно пускать это дело на самотек. Опасно для Семьи, бизнеса, да и .. для себя самого.
-Диллема, бля. Вот и выбирай между Сциллой и Харибдой.
Чуть пораскинув мозгами, Гамбит свернул с намеченного было пути, заворачивая на кухню, где Чолита снимала с плиты готовый обед. С  домоуправительницей Морелло Арриго  познакомился поближе, когда жил  на вилле. Да и странно было бы, если  бы оно было по другому. Живя под одной крышей, люди волей - неволей общаются. Особенно   если учесть, что Чолита была богом на кухне, а оружейник всегда любил вкусно поесть.
Вот и сейчас, обменявшись с женщиной несколькими приветливыми фразами, не приминул отправить в рот кусочек лазаньи, данный на пробу, и прозрачно так намекнул, что вот  мол погода хорошая, мол не плохо бы было пообедать синьору Морелло в саду, тем более, что беседка там вполне для этого подходит.
Рассудив, а почему бы собственно и нет,  кухарка засуетилась,  организовала охранников перетащить обеденный стол и стулья в сад, посулив им по миске гаспачо.
Минут через пятнадцать Гамбит сидел в беседке за накрытым столом , потягивал выцыганенний коньяк, и оживленно рассказывал доброй женщине о проделках младшего сына, показывал фотографии, присланные Марио из Амстердама.
Расчет был прост, вот как бы не злился  на него Антонио, но при Чолите, дабы не пугать женщину,  вряд ли  тот схатится за оружие, даст волю кулакам и обрушит  бурю негодования на беловую голову Арриго. А там , глядишь, выпив рома, да пообедав, и вообще угомонится.

18

Гостиная

Распрощавшись с Энрико и проследив из окна, что тот вышел из виллы и сел в машину, которая увезла его за вороты участка, дон вернулся обратно к кофейному столику. На стеклянной пепельнице дымилась зажженая сигареты, приглашая хозяина поднять ее, стряхнуть лишний пепел и затянуться, что мужчина и сделал. Глоток никотина несколько успокоил, и Антонио в определенный момент забыл о том, что случилось. Прикрыв глаза, он молча стоял в гостиной, наслаждаясь созданной тишиной, и только откуда-то из кухни доносились далекие звуки. В голову снова полезли воспоминания о том, что сделал Арриго, и как это выглядело глупо со стороны. Тони очень сильно пекся о своей репутации, а теперь... а что теперь?
Наклонившись вперед, он смял бычок сигареты в пепельнице, поднимая ее к себе. Сжав стеклянную посудину у себя в руке на какой-то момент, дон с силой швырнул ее в противоположную стену. В шкаф. Пепельница, с треском врезавшись в застекленные книжные полки, раскололась, окатив паркетный пол бриллиантовыми бусинами. По стеклу полки пошла большая трещина, которая была готова вот-вот обвалиться.
- Чолита! - заорал дон, не оглядываясь, прикованным взглядом наблюдая раздолбанную пепельницу на полу. - Чоли-и-ита!
Еще громче. Но никто так и не откликнулся. Рыкнув, Антонио развернулся на каблуке и поспешил в небольшой коридорчик, соединяющий гостиную и кухню. На кухне никого не было, зато здорово витал аромат приготовленной свежей еды. Дверь на улицу была отворена, и оттуда было слышно сразу несколько голосов: женские и мужские. Твердым шагом переступив через порог двери и опираясь рукой о косяк, мужчина выглянул на улицу.
В саду был выставлен стол, возле которого суетились охранники, расставляя стулья, а во главе стола сидел Арриго, что-то показывая Чолите. Чолита рассматривала какие-то картинки и улыбалась.
- Чолита! Иди и убери в гостиной! - обычное доброжелательное обращение к экономке в миг растворилось в сухом приказе. Женщина, подпрыгнув на месте, тут же спешно направилась в сторону хозяина, как-то особенно виновато на него поглядывая, словно бы была в чем-то уличена. Пропустив Чолиту внутрь, Тони направился прямиком к накрытому столу, на котором уже стояла супница и тарелки, но еще не было столовых приборов. Охрана, кажется, поняв, что лучше бы им сейчас удалиться, ретировалась на свои посты, изо всех сил делая вид, что они здесь совсем не при чем. Выхватив из рук Арриго пузатый бокал с коньяком (это точно был коньяк, за месяц проживания с Гамбитом Тони прекрасно выучил запах), Антонио со всего маха швырнул его в сторону уложенной кафелем террасе, после чего крепко вцепился правой рукой в глотку мужчины.
- Какого хера ты творишь? - пальцы сильнее сжались на трахее под самым подбородком. - Это в твоем засранном районе принято так обращаться со старшими? - под "старшими" Антонио имел в виду, разумеется, иерархальный разброс. - Или ты забыл, кем ты являешься и что я могу сделать?
От приступа гнева все лицо побагровело, а пальцы, сжимающие горло, наоборот, побелели. Явно чувствовалось как было напряжено все тело, и как мужчина сдерживал себя, глубоко дыша, чтобы не двинуть кулаком по морде или поддых. Со всей силой, на которую был сейчас способен. Выплеснув резкий запал злобы, Тони, словно бы очухавшись, ослабил хватку. Глубоко вздохнув и прикрыв глаза, он убрал руку от горла Арриго. И, в довершение всего этого кома гнева, со всей силы пнул стол. Он не мог ничего сделать, потому что он был ему нужен, и вместо того, чтобы прицелиться береттой советнику между глаз, решил поступить иначе.
- У меня к тебе просьба. Вернее, предложение. - фраза все еще отдавала оттенком злости и была проговорена сквозь зубы, но дон уже успокоился. - Мне нужно твое... тело.
Открыв глаза, дон плюхнулся на рядом стоящий стул и ехидно улыбнулся.

19

-А вот Марио три года назад. Ооо... мы тогда  с матерью намучились с его подростковым максимализмом. Мальчишка отвергал все и вся. Сейчас Рихо такой. А Марио повзрослел, остепенился. Пишет, что скучает по Сицилии. Но думаю, это он чтобы меня с  бабушкой   порадовать. Небось из кабаков да вечеринок не вылезает.
Не заметил, как и сам увлекся, рассказывая Чолите  о сыновьях и показывая фотографии. Мальчишки всегда занимали в  душе мафиози особое место, хоть времени зачастую  не хватало, чтобы лишний раз приехать, навестить, побыть с ними.
Отпив коньяка, мужчина протянул еще пару фотографий, откровенно гордясь и хвастаясь детьми, как любой родитель, считая, что именно его отпрыски самые, самые, самые. А  уж тут, когда есть благодарные женские уши, сам бог велел. Отзывчивая экономка, вытерев руки о фартук, брала фотографии, рассматривали и не скупилась на лестные отзывы, бальзамом лившиеся на отцовское сердце.
Идиллия за столом  была прервана резко и неожиданно, злым рыком Мореллом.
- Чолита! Иди и убери в гостиной!
-Епть! Принесла ж нелегкая!
Первая, спонтанная реакция, словно могло быть по другому, словно не  на вилле дона он  был сейчас,  а сидел где-то в ресторане на свежем воздухе, ожидая заказанного обеда.
Но сухой приказ крестного отца быстро все расставил на свои места.
-Ого. А Тони не на шутку разозлен.
Уж с кем, с кем, а с Чолитой Морелло всегда был доброжелателен, и если сейчас в ход пошел приказной тон, значит надвигалась буря. Почуяв это, женщина поспешно отправилась выполнять приказ, а  наученные горьким опытом охранники, поспешили ретироваться из эпицентра тайфуна. Гамбит и сам бы  с удовольствием оказался бы где-нибудь подальше от  грозы, да куда ж денешься, если сам же ее и вызвал на свою грешную голову?
Едва оружейник успел развернуться на стуле  в сторону  разъяренного крестного отца, как стакан с излюбленным напитком исчез из руки, найдя свой конец на кафельной плитке. А в горло  клещами вцепились пальцы, грозя вырвать кадык вместе с трахеей.
-Ууууййййоооо!
Денек переставал быть томным, поварачиваясь к советнику пятой точкой. Резкая боль, сменяющаяся удушьем  напрягла тренированные, широкие полосы мышц на шее мужчины, защищающие жизненно важные органы от травмирования. Но и этого было недостаточно, чтобы кислород наполнил быстро пустеющие легкие. Сквозь наростающий звон в ушах эхом звучал злой голос Антонио, выплевывающий слова, словно косточки  вишен.
Сабатини  даже не вникал, что говорит дон. Не до того было. Кулак мужчины с силой, до синих ногтей сжал скомканный кусок скатерти на столе. Словно утопающий, намертво вцепившийся в спасательный круг. Завывающий шквалистым ветром ,  инстинкт самосохранения требовал действия, реакции на опасность,  стремительно расшатывая вдолбленные отцом с детсва устои - нельзя поднимать руку на дону.  Чем меньше в легких оставалось воздуха, чем расплывчатей становилось искаженное злостью, залитое  краской лицо дона, тем сильнее дрожали вздутые  бицепсы  под руковом пиджака, готовые сорваться  с цепи и впечатать кулак в солнечное сплетение.
-Нельзя. Убьют.
Вколачиваемыми гвоздями в мозг голос старого оружейника
- Воздуха! Ударь!
Истошное завывание инстинкта.
Миг шаткого равновесия противоположно направленных посылов, когда приоткрытые губы синеют, а белки глаз, словно у быка,  наливаются кровью.
И наконец жесткая хватка пропадает. С шумом втянув воздух в спавшиеся легкие, мужчина закашлялся, сгибаясь пополам. Сплюнул на землю загустевшую слюну, с присвистыванием в бронках отдышался, жадно ловя ртом живительную субстанцию.
Откинулся спиной на спинку стула, прикрыл глаза, разминая ладонью шейные позвонки и  чувствуя, как утихает звон в ушах.
-Уффф.. кажется пронесло.
Едва немного оклемался, как на губах вновь мелькнула привычная гамбитовская ухмылка,  серая радужка налились ехидным смехом, а рука потянулась за стоящей на столе бутылкой коньяка.  Надо же промочить горло после пережитого стресса! Святое дело. Считай, второй раз на свет родился, да и буря вроде бы пронеслась над головой, лишь слегка помяв.
Сабатини был неисправим.
Глоток, второй, третий. Прямо из бутылки.  Спиртное обожгло  травмированное горло, провалилось в желудок, немного прочислило мозги. Еще глоток, и....
Мне нужно твое... тело.
Мужчина поперхнулся, закашлялся, выплескивая набранное в рот пойло на землю. Вот тут-то у Арриго  мозги точно встали раком.
-  Мертвое тело?
Или... ?

Краски сползли с лица советника, оставляя белое полотно кожи.
-Органы?
Вопрошающий  взгляд на Морелло, когда мозг продолжает лихорадочно работать, ища варианты. Вряд ли. Зачем пускать охотничьего пса на мясо? И мясо жесткое, и добыть может больше, чем стоит сам.
Волосы на загривке приподнялись дыбом, как у  волка , который на уровне инстинктов почувствовал ловушку, но  не может понять, где именно выкопана яма с колом.
Решив, что так гадать можно долго, вытер залитые коньяком губы и подбородок ладонью, и спросил напрямую
- Это как - нужно тело?
Нервно хохотнув, мужчина выудил из кармана пачку сигарет, зажал одну губами, чиркнул спичкой, сломал. Бросил обломки в пепельницу, достал новую , искося поглядывая  на Антонио в ожидании ответа.

20

Арриго сразу же схватился за бутылку, за что и был удостоин злым и раздраженным взглядом в очередной раз. Эта пагубная страсть страшно расстраивала Антонио. Когда-то несколько лет назад он и сам пристрастился к выпивке из-за некоторых проблем в семье, из-за разлада с женой, да и вообще сложной ситуации Дома. Но Арриго... кажется, он просто хлебал коньяк как воду, так как никаких особых проблем за ним дон не замечал. С женой они расстались уже давно, мальчишки росли хорошими, слушались, да и бизнес пошел в гору, поэтому Тони даже придумать не мог, из-за чего бы здоровый мужчина целенаправленно спивался. И, в общем-то, болел за то, чтобы отвести его к наркологу, но разве ж этого барана туда поведешь? Скорее уж тот застрелится, нежели бросить пить.
Кажется, Арриго был несколько удивлен постановкой вопроса, а дон же понял, что поставил просьбу не так, как хотел в идеале, и что у собеседника могло возникнуть куча разных хороших и нехороших мыслей на этот счет, что и отразилось на его лице.
- Да ты не волнуйся. - Тони тихо рассмеялся, хотя фраза все равно не казалась успокаивающей. - Успел разглядеть того мальчика, которого напугал?
Потянувшись вперед, дон без разрешения вытянул из пачки Арриго сигарету, так как свои забыл в гостиной, и достал зажигалку, сначала подкурив советнику, а потом себе. Крепко затянувшись и спрятав зажигалку обратно в карман, Тони продолжил.
- Так вот. Как насчет групповухи?
Вопрос был слишком интимный, но Морелло даже не мог представить как можно подготовить собеседника к нему. Да и стоит ли вообще готовить? Тем более, что Арриго был человеком нестеснительным, что еще раз доказал пятнадцать минут назад в гостиной. А у дона же были свои корыстные планы на несчастного пиарщика, который, хоть и оказался натуралом, но выглядел весьма привлекательным куском. Было интересно его сломать, да и не просто так, а как следует. И раз уж Энрико видел весь этот фарс, то можно было бы вполне его продолжить в том же духе. И раз уж Сабатини назвался груздем...
- Я не тороплю с ответом. Подумай. - дон отодвинул стул и встал, гася сигарету. - Кстати, чего-то я не понял. - уже в полоборота, явно собираясь уйти, добавил он, - Ты решил вернуться, или мне показалось? Ведешь себя как барин в моем доме, словно пару дней назад... - взгляд то ли с укором, то ли с вопросом. - Ты уж реши, где ты, а я пойду окупнусь.
Самым милым делом было перед обедом поплавать или побегать. Аппетит набирает обороты, и когда уже садишься за стол, чувствуешь, что проголодался как волк. И еда кажется особенно вкусной.
Развернувшись, Антонио направился обратно в дом. Ехать в муниципалитет предстояло еще не скоро, и он мог себе позволить немного отдохнуть. А злость, все еще маленькими язычками щекочащаяся где-то в животе, постепенно угасало. Впрочем, импульсивность всегда была в характере дона, и долго испускать пар он был просто не в состоянии.

Бассейн и терраса

21

Не , вот Тони, все же всегда оставался самим собой. То есть человеком непредсказуемым, с такими перепадами настроения, что волосы на голове становились дыбом. Наверное, вот  сейчас, не смотря на длительные годы совместной работы, Арриго отчетливо понял, что так со сто процентоной гарантией  и не может предсказать, что в мыслях у сидящего перед ним  человека. И никогда не мог. Антонио снова удивил.
- Успел разглядеть того мальчика, которого напугал? Так вот. Как насчет групповухи?
Прикурив сигарету, мельком глянул на зажигалку, затянулся, перевел непроницаемый взгляд на лицо Антонио. Мгновение, и мужчина   ухмыльнулся, вспоминая лицо молодого человека в гостиной. Весь такой чистенький и правильный. Явно считающий себя уже взрослым мужчиной, профессионалом, человеком, знающим жизнь. Нет, парень, судя по всему, был весьма не глуп и по-своему опытен. Но достаточно было взглянуть на смущенное лицо, растеряно приоткрытый рот, когда  советник на его глазах  поцеловал дона,  чтобы понять, насколько молодой человек еще свеж и не испорчен.
-Эх. А может это я , после развода с женой, погрязнув в разврате, настолько привык к сексу со шлюхами, что  забыл как воспринимают такие вещи  обычные люди?
Мысль на мгновение мелькнула, не больно, но неприятно царапнула что-то глубинное и исчезла, утонула в  азарте пикантного предложения.
По радужке серых глаз вновь с гиканьем пронеслось стадо коньячных чертей, залихватски вертя хвостами.
-Предлагаешь на двоих "распить" мальчика, как бутылку молодого вина?
Оруженик засмеялся, машинально поправил смятую скатерть на столе, пальцами  выудил из блюда кусок лазаньи, отправил его в рот и , совсем не по джентельменски,  слизнул дорожку соуса, потекшего к запястью. Скомкав сложенную салфетку, вытер руки.
-Ы-хы-хы.. Седина в бороду, бес в ребро? Ай, Тони, Тони.. 
-А что, давай!   Славный мальчик. И на  мордашку хорошенький.
Стул заскрипел, когда мужчина отодвинулся от стола, поднялся, ставя его обратно. Снял пиджак,  повесил его на спинку. Потянулся, ослабил узел галстука, стащил через голову и кинул поверх пиджака.
Ты решил вернуться, или мне показалось? Ты уж реши, где ты, а я пойду окупнусь.
Кинув непроницаемый взгляд  на Антонио, Гамбит глубоко  затянулся, задержал дыхание, выпустил сизую струйку дыма в небо, ухмыльнулся. 
- У тебя плавки лишнии есть?

Бассейн и терраса

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-06-19 21:24:55)