Сицилийская мафия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сицилийская мафия » Вилла семьи Морелло » Спальня Антонио


Спальня Антонио

Сообщений 31 страница 34 из 34

31

Сон шел легко, особенно под громогласный грохот на крыше и хлесткий стук в окна. Странно, что при громких, хоть и природных, звуках человек может так легко успокоится. Наверное, покой приходит от осознования того, что он в убежище - дома. Наверное Дамиано сейчас не было так же спокойно, как и ему, ведь он находился по сути в чужом месте, и определенно точно в чужой постели, несмотря на то, что она уже была ему немного знакома. Все-таки люди предпочитают спать именно у себя в кровати, которая и пахнет их телами.
Антонио посмотрел на Корсо сквозь прекрытые ресницы и улыбнулся. Вытащив руку из-под одеяла, он провел пальцем плавную линию от скулы к подбородку парня, затем поднялся к губам и очертил их. Нажав пальцем на нижнюю губу, он отобрал руку, снова засовывая ее под одеяло и посильнее натягивая его на себя. Вспомнив, что забыл снять халат, мужчина снова зашебуршился, выпихивая его наружу и оставаясь голышом.
Найдя ручищей Дамиано, дон снова подгреб его поближе к себе и в очередной раз успокоился, только в этот раз - наверняка. Тяжелые веки опустились и голова пошла кругом после выпитого, правда, вскоре качка прошла, как только тягучий сон пересилил алкоголь.
Почему-то сейчас, впервые после того вечера, когда Тони снился Неаполь, снова он смог увидить Беатриче. Живую, в своем сне. При этом он был стороннем наблюдателем своей свадьбы лет десять назад, а сам, какой-то частью своего мозга, понимал, что это всего лишь сон, и попутно оценивал, почему он не испытывает к этому мальчишке, с которым он засыпал, какие-то неприятные чувства. Ведь он, Корсо, убил его жену. Но черное обвинение и ненависть можно было почувствовать только к самому себе, ведь не стоит винить повара в том, что ты сам заказал жаренного карпа из пруда. Во сне зашуршали какие-то переговоры, и Антонио понял, что потихоньку просыпается. Он пытался еще зацепиться за что-то, покрепче сжать веки, чтоб еще раз посмотреть на Беатриче, красивую, молодую, почти любимую, и на себя, встревоженного и улыбающегося, но сила тянула обратно в реальность. Шепот людей в зале храма перетек в шум дождя за окном. Уже не такой сильный, как был тогда, когда он засыпал. Комната наполнилась серым светом, по которому можно было понять, что быстрая буря уже прошла.
Приподнявшись на локте, Антонио, все еще сонно хлопая глазами и пытаясь разлепить ресницы, посмотрел возле себя, на Дамиано. Парень тоже уснул, либо просто задремал, все еще оставаясь в чулках и этих милых кружевных трусиках. Дон улыбнулся и едва коснулся пальцами его бедра, там, где выступала бедренная косточка. Пожалуй, это было одним из самых любимых мест в человеческом теле. И самым эротичным.
Спать все еще хотелось, а голова продолжала гудеть, и он снова положил голову на подушку, прикрывая глаза и разминая их пальцами.

32

Стерпев все перемещения дона под одеялом - со сбрасыванием халата, со скользящими прикосновениями, с властным перетаскиванием его, блондинистого, с места на места под бок сонного и все еще не совсем трезвого недолюбовника перехозяина. Чувствовать кожей нагое тело - теплое, бархатное после душа, с тонкой поволокой по-мужски жестких волос на руках и груди - все это было странно и сказочно любопытно. Сицилиец редко спал с кем-то так близко. Еще реже - лицом к лицу, как сейчас, предпочитая поворачиваться спиной, или вообще откатываться на другой край кровати. Поэтому первое время Дамиано слушал успокаивающееся дыхание, ровный мягки ритм, касающийся чужих губ, и привыкал к именно такому положению. Пожалуй, второй раз в жизни. Но даже не смотря на то, что спал так он крайне редко, именно сейчас ему - стоило закрыть глаза - было так легко провалиться в глубокую дрему. Заснуть он не смог бы точно - было не комфортно в чужих руках, в чужом доме, и усталость была недостаточной для этого. И дрема эта не сопровождалась никакими снами - да он, по большей части, не видел снов вообще, проваливаясь в тьму, чтоб утром из нее вынырнуть. Так было и сейчас.
Еще мгновенье назад обнимавшая бархатная бездна расступилась, стоило мужчине у него под боком зашевелиться. Ослабела хватка сна, сознание прорвалось на миг - достаточно краткий, чтоб затрепетавшие ресницы, дрогнув, приподнялись, плохо фокусирующийся взгляд скользнул по лицу дона, освещенному серым из-за грозы светом. И блондин с невнятным ворчанием уткнулся лицом в подушку, пытаясь возобновить эту темноту, вяло осознав легкое прикосновение к бедру, но уже не намеренный на него отзываться - спать, значит спать. Тем более, что теплое тяжелое тело рядом снова опустилось на постель, кажется, больше не ворочаясь сильно.

33

Из-за ворочаний, что спросоня устроил Тони, проснулся и Дамиано. Кажется, он почти заснул, а не задремал, и теперь что-то сонно бубнил в подушку, отвернувшись. Да, все-таки есть минус в том, чтобы делить постель еще с кем-то.
Поелозив затылком на подушке, дон какое-то время смотрел на потолок. Сначала он был серым, а потом, потихоньку, на нем стали появлятся солнечные блики. Значит, буря закончилась, и чуть позже за окном где-нибудь точно можно будет наблюдать радугу.
Мысли снова спутались, превращаясь в вязкую субстанцию, и дон вновь провалился в тягучий сон, но теперь он ничего не видел. Просто отключился на несколько часов. Даже при пробуждении он оказался там же, где и заснул, несмотря на свою почти детскую любовь "путешествовать" по кровати.
Окончательно и бесповоротно проснулся он к часа одиннадцати. Спать до обеда он никогда не умел, даже если бы и ложился в девять утра. К тому же, прежде чем заснуть, он дал себе напутствие, что до дневной мессы нужно успеть сделать некоторые дела. Дела? Антонио открыл глаза и снова посмотрел в потолок. Усилием воли вспомнив вчерашнего, он, кажется, припомнил, что обещал себе никаких дел не делать. Мысленно пожав плечами, мужчина пришел к выводу, что дела бывают и приятные. Например, можно устроить заплыв в бассейней, и пробежаться по саду. А еще позавтракать. И поиграть с дочерью в крокет, если она захочет.
Несмотря на то, что он мгновенно вспомнил все, что происходило вчера, в удивительных мелочах, настроение было уже хорошим. А все из-за того, что дон побещал себе выходной, и хотел было его выполнить. Сдвинувшись в бок, чтобы не потревожить спящего рядом Дамиано, он слез с кровати и тихой мышкой (большой тихой мышкой) побрел в ванную, чтобы принять прохладный душ и умыться. По возвращению, он зацепил графин с водой, жадно вылакав всю оставшуюся воду, и направился в гардероб, чтоб что-нибудь на себя надеть, а заодно подыскать одежду для мальчишки.
Одевшись, Антонио огляделся. Вся одежда была велика для Дамиано, но вот что-то из старого, что рука так и не поднималась выкинуть, могло бы подойти. Поднявшись по лестнице-табуретке повыше, дон вытащил коробку со старым шмотьем, и выудил оттуда джинсы и какую-то рубаху. Размер все равно был не подходящий, но можно было не опасаться, что штаны при ходьбе неожиданно упадут, оголяя задницу. Тони ухмыльнулся и подумал, что это будет выглядеть очаровательно.
Вернувшись в спальню, дон кинул одежду на кровать и, склонившись, тронул плечо Дамиано, будя его.
- Корсо, вот одежда. Я пойду вниз, найду кого-нибудь, кто завтрак сделает.
Улыбнувшись сонному, мятому парню, Антонио выпрямился и вышел из комнаты, бесшумной закрыв за собою дверь.

Кухня

34

Снова невнятный полустон в ответ на легкое прикосновение к плечу. Сицилиец повернулся на спину, задрав руки над головой, выгнувшись, потягиваясь и душераздирающе зевая. Он не выспался. Можно было даже не гадать на этот счет. Проследив сонным, мутным еще взглядом за доном, который скрылся за дверью, блондин потер лицо ладонью, подавив очередной зевок. Снова таки - Тони оставил его в раздумьях, стоит ли уйти сейчас (ибо никаких напутствий на дальнейшие действия, кроме как указание наличия одежды он не получил), или задержаться, и узнать, может быть есть работа.
Откровенно говоря, парень уже умаялся с травмированной левой рукой. Иногда казалось, что тело вскоре застынет, как капля смолы - даже не смотря на то, что он пытался поддерживать форму частыми спортивными тренировками, избегая нагрузки на левую руку. Все мышцы ныли - так хотелось привычного ритма жизни. Точно так же ныло все и из-за отсутствия постоянного партнера. И все надежды возлагались исключительно на приезд Тоши, который, вероятно, всю эту каждодневную муть разбавит своим наличием.
Сев в постели, блондин тряхнул головой, дотянувшись до оставленных шмоток, глянув на ярлыки с размерами. Вздохнул, свесив ноги с кровати и взъерошивая и без того находившиеся в беспорядке волосы. И, окончательно поднявшись, принялся избавляться от кружевной дребедени, расстегивая зажимы и стягивая тончайший шелк чулок. Сбросил уже опостылевшие детали своего "праздничного" гардероба, сицилиец натянул джинсы, сконцентрировав внимание на застежке, изо всех сил стараясь справиться с ней самостоятельно, но застопорившись на верхнем болте, находившемся над молнией, мучительно продевая его в петлю, едва справившись. Джинсы, которые, ясное дело, были немного велики, усилием Дамиано плотно сели только низко на бедре, намеренно оттянутые за петлицы вниз, чтоб пояс не ездил и не мешал спокойно жить. Надев рубаху, и разминая на ходу шею, парень отошел к окну, где закурил, и, закусив фильтр, выпуская время от времени небольшие облачка дыма, неспешно подворачивал рукава рубахи к локтю.
Закончив с сигаретой, сицилиец вернулся к постели, подхватив с пола кружевные трусики, пояс и чулки, вышел в ванную, бросив свою ношу в мусорное ведро. И, вернувшись в спальню, точно так же неспешно собрал свои вещи, в последнюю очередь подхватив платье и перебросив его через левую руку. Найдя в комнате телефон, вызвал такси, через раз сдерживая зевок, и, как был, босиком, спустился во двор.

Вилла семьи Морелло » Въезд на виллу


Вы здесь » Сицилийская мафия » Вилла семьи Морелло » Спальня Антонио