Сицилийская мафия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сицилийская мафия » Ночной клуб "Sole Nero" » Стриптиз-холл с баром (цоколь)


Стриптиз-холл с баром (цоколь)

Сообщений 61 страница 90 из 150

61

Удивление сменилось восторгом, тот, в свою очередь, опять удивлением. Сергио нелепо улыбался, пытаясь оправиться от шока. Масовик-затейник, блин.
- Мне кажется не я первый, кто тебя тут сдал... - адвокат скорчил невинную гримасу и, получив очередной бокал коньяку, отсалютовал парню, - за Ваше здоровье, синьорита!
Впрочем, эти слова уже прозвучали почти в спину, а, когда удалось поймать голубой взгляд Корсо, лишь мило улыбнулся и послал воздушный поцелуй. Иди, иди, танцуй!
На реплику Каро не отреагировал никак, лишь незаметно сжав пальцы в кулак. Встретить бы тебя в темной подворотне...
Гнев был отнюдь не праведный. Благодаря Альваро сегодня пришлось надеть рубашку с длинными рукавами, несмотря на недетскую жару. Фетиш оставался таковым, а шрамы от порезов на руках никак не украшали, оставайся Сергио трижды мужчиной.
Смотреть на танцы, будь то Корсо с Каро, или недообнаженные девушки, не хотелось, поэтому адвокат удобно устроился, попивая сок на замену алкоголю, которого на сегодня было уже предостаточно, выкуривая сигарету за сигаретой, и полуприкрыл глаза, наслаждаясь атмосферой.
Начало торгов пропустить было сложно, но интереса к происходящему не было. Какие-то девушки и парни, уходящие с молотка за копейки, визги, вопли и возгласы разноцветной толпы. Сергио лишь отметил про тебя, что дона он в очередной раз потерял из виду. Вечер вновь обретал краски серости и скуки.
Толпа взревела в очередной раз и вдруг... послышался голос Антонио.
Сергио вскинул голову и замер. Невероятное количество эмоций сменилось за те секунды, пока он сообразил, кого продают. И ехидство заполонило душу: "Так тебе и надо!" Но после...
Парень стоял на сцене, напуганный происходящим; красивый, стройный, милый и такой жалкий, как щенок, дрожащий под дождем. Сергио отвернулся, доставая из пачки сигарету. Шум голосов, выкрикивающих цены, резал по ушам.
По рукам же мальчишка пойдет...
Воспоминания нахлынули потоком. Сергио не понаслышке знал, что такое насилие, что такое - против твоей воли... И не было сейчас веры в то, что купивший просто сядет с "товаром" беседовать. Страшнее в этой ситуации было лишь то, что голоса, предлагавшие деньги, были в основном мужские.
Сергио резко встал, подошел поближе, рассматривая Паоло уже с интересом. Высокий, стройный, женственный, с длинными темными волосами и карими коньячными глазами. Но, несмотря на видимое желание быть старше, внешне он оставался ребенком. А цена продолжала расти, периодически слышался голос синьора Морелло.
Волна отвращения к происходящему прокатилась по венам: как жеребца племенного торгуют!
- Три тысячи! - Сергио произнес эту фразу громко и уверенно, глядя в упор на парня.
Дон остановился на ставке в пять, но Саччи сдаваться не собирался. Глаза впились в небольшую родинку на юной шее возле яремной вены. Цель была единственной: купить!
Соперников осталось двое, на ставке в восемь один из сдался. Сергио улыбнулся, торги шли к финишу.
- Десять тысяч евро! - рыжий уверенно и смело, с неким вызовом поднял руку, окидывая оппонента взглядом - тот отрицательно покачал головой, уступая.

62

А торг за мальчика шел неплохой, Сержио даже удивился, что ставка через пару минут поднялась до тысячи, а потом и вовсе кто-то выкрикнул "Три тысячи". Три, так три, но Антонио тут же перебил на пять, Сержио только успевал отсекать ставки на повышение и разве что один раз произнести заветное "... тысяч раз".
Торговались трое, пока на заявленные Морелло восемь тысяч, третий не отвалился, громогласно объявив "Пас", а вот рыжеволосый, что стоял практически у самой сцены, явно закусил удила.
Слишком уж ты заинтересован, нет бы поменьше это демонстрировать, глядишь Тони бы и не раскрутил тебя на такие прыжки, хотя твои "Три тысячи" ты сам озвучил, мог бы потихоньку поднимать ставку, дешевле бы купил.
Думать о своем ему не мешало ничего, в том числе и оглашение ставок и счет этим ставкам, Сержио почти на автомате повторял названные цифры. Его больше интересовали лица участников, а поскольку видно их плохо, то он рисовал их в воображении сам, основываясь на голосах и интонациях.
Третий назвал шесть, Тони произнес восемь, послышалось "Пас", а потом выкрик рыжего "Десять!" и легкая пауза повисла, в пару секунд не больше, но была тишина, в которой Сержио показалось, что он услышал довольную усмешку. Вряд ли это было в действительности так, но почему бы и не принять, что она была.
- Десять тысяч евро раз. Десять тысяч евро два. Десять тысяч евро ...
И вновь пауза в пару, но теперь уже классическая, веками выверенная тысячами аукционов, которыми увлекалось человечество во все века, продавая от шелка и пряностей до земель и людей.
- ... три. Продано. Сеньор Паоло продан за десять тысяч евро столь щедрому сеньору.
Взглянув на рыжеволосого, Сержио с улыбкой поздравил его:
- Поздравляю вас, сеньор, достойный выбор и достойная цена. Сеньор Бернардетто проводит вас в приватную комнату, куда будет препровожден через минуту и господин Паоло.
Все было предельно ясно сказано - идёте с охранником, оплачиваете заявленные десять тысяч, после чего вам приводят купленный лот. Но все это говорилось со столь любезной улыбкой, что цинизм положения отступал на задний план.
К Паоло подошел один из охранников и вежливо пригласил его следовать за ним, он де покажет дорогу к отведенным "апартаментам" для приватной беседы.

Отредактировано Сержио Марикьяре (2009-04-30 02:34:09)

63

Ренат-Ге Легар

- Проходит все, мсье Легар. Мы разве что решаем, какие крупицы нашей памяти сохранить, а какие отпустить в законную дань прошлому.
Умудрившись найти свободное миниатюрное кресло за соседним столиком, Кошка придивинула его чуть ближе, усаживаясь на ручку сего предмета мебели. За спиной полицейского, конечно, не торопясь себя "раскрывать". Но и, в сущности, не скрываясь. Сделав маленький глоток коктейля, Риан мысленно улыбнулась фразе мужчины: а почему он, собственно, решил, что ее слова продиктованы сиречь сочувствием?
- Утешительное... с чего вы взяли? Неправильную вы ноту выбираете, сеньор. Из целой палитры - ту самую неподходящую. Я не утешала, не сочувствовала, не испытывала потребности в проявлении... добродетели, скажем так. Прежде всего - я искала приятной компании, что на данной вечеринке, смею вас заверить, скорее редкость и исключение, нежели правило.
И, нет, дело не в том, что "все вокруг плохие", увольте. Все... слишком разные. Как де-факто, так и де-юро. Куда тут деться, при таком-то многообразии не шибко оптимистичных факторов? Да, Ренат тоже был кем-то кардинально иным. С одной стороны. С другой... другая, еще толком не оформленная мыслями, уже успела подтолкнуть голландку к беседе. Интуиция - не гарантия, разумеется, но - разве так не интереснее?
...а в центре зала вовсю шли торги. Ну и кому там казалось, что стилизация костюмов Лимитовцев - пафос? Да что вы, оглянитесь! "Несвятая троица", не считая Бенедикта при исполнении - просто детский лепет в вопросе искусственности, эпатажа - и уж тем паче вульгарности. В самом деле, ведь никто не знал с четкой уверенностью, что будет с "лотами"? Вернее... как раз догадывались, и никто - никто из организаторов - этих характерных для большинства догадок не спешил опровергать. Что здесь, скажите на милость, можно подумать? Бррр...

64

Интересно, за что избил? Габриэль было вскочил со стула, но увидел, как к месту, хм, "происшествия" бегут охранники, и сел обратно. Разберутся. Лучиа поглядел на зачинщика и вспомнил наконец. Оружейник Короны. И... да, Легар просил найти его в базе, помнится, с месяц назад. А теперь он что-то говорил шефу и ушел, после чего у Ге было такое лицо, что... нет, лучше не подходить. Да и, наверное, не спрашивать потом. Тем более, что к нему подошла одна из Лимите - девушка из четверки с Канторини во главе.
Тем временем ведущий начал вторую часть аукциона. Народ в зале радостно загомонил, и Габриэль посмотрел на сцену. Сначала "распродавали" стриптизеров, потом... потом на сцену неуклюже вылетел длинноволосый парень. Он явно был не готов к такому повороту событий, судя по тому, как смущенно топтался на месте и оглядывался по сторонам, пока прожекторы светотенью вырисовывали его силуэт. И выкрики, поднимающие цену. Смотрелось дико. И не понятно, что более дико: что покупали живого человека, что сорили деньгами за... да в принципе, за то, что делают все нормальные люди, просто находящиеся в нормальных, человеческих отношениях, что просто велись на это или что их души (ну, что там у них осталось) требовали такого вот экстрима.
Парня "купил" молодой мужчина с длинными рыжими волосами (только волосы и видны были, поскольку стоял он к следователю спиной). Ну, хоть не похотливый старпер, - пронеслось в голове. Хорошо поступают англичане - из двух зол не выбирают никакое, но, похоже, у мальца такого выбора не было. Зато у меня есть. Лучиа поднялся и, пробираясь между столиков, направился к выходу.

Отредактировано Габриэль Лучиа (2009-04-30 06:04:08)

65

Абруцци усмехнулся. В общем-то, он даже и не протестовал против того, что это была "его" оплеуха. Будь на то возможность, он бы и самолично ею одарил Гамбита, да вот только пришлось осаждать словами, поскольку в том положении, что его держал Арриго, было не особо и удобно размахивать руками. Сабатини это понял. И принял достаточно близко.
Санторио улыбнулся, когда советник, как путник, оказавшийся в пустыне, начал отчаянно выискивать для себя живительный глоток влаги. В собственном стакане пусто, посему, вместо того, чтобы дождаться появления в нем коньяка, налитого барменом, он с присущей ему легкостью осушил стакан итальянца и отправился выплясывать, растрачивая всю ту неуемную энергию, что бурлила в нем, сконцентрировавшись под воздействием алкогольных напитков.
Качнув оставшийся без спиртного стакан, звякнувший одиноко катающимся по льду подтаявшим кубиком льда, Абруцци поднес его к губам, ловя кусок холода и, перекатывая его на языке, и поставил стакан на полированную стойку, слезая со стула, чтобы уладить некоторые нюансы, касающиеся спора. Терзало сомнение на счет того, что Гамбит не уснет во время этого приватного танца. Но, если уснет – это будет равноценно проигрышу. А, следовательно, рисковать здесь нечем. Любое обстоятельство, выходящее за рамки уговора, истолковывалось не в пользу…
Миновав зал, узкие коридоры, ведущие к закулисью, Санторио остановился лишь увидев толпящихся в гримерке танцоров, бойко обсуждающих начавшиеся торги. Всем хотелось продать себя подороже. Кто-то кому-то поправлял макияж, кто-то курил у своего столика. Выбрав взглядом ближайших к нему парней, критикующих какое-то движение, которое один из них не так давно видел в онлайн-ролике и собирался заучить, теперь медленно поворачиваясь всем корпусом, демонстрируя натяжение мышц и сообщая обо всех возможных последствиях и рисках, если так же повторить быстро во время танца, а второй лишь слушал его, иногда вставляя комментарии по поводу, Канэ шагнул в их сторону.
- Для вас будет отдельная работка. – Он притормозил в шаге от танцоров, прикуривая. – Через десять минут в випе. Оба. – Ткнув кончиком сигареты в одного и другого, обрисовав наглядно кого он имеет ввиду, Абруцци стряхнул пепел в тут же стоявшую пепельницу и, осмотрев исчезающую в направлении сцены Стеллу, мгновенно изменившую выражение лица на подобающее образу, развернулся, возвращаясь в зал, где предстояло найти Сабатини и оттранспортировать его слабо стоящее на ногах тело, жаждущее приключений в соответствующую комнату.
Гамбит, похоже, все же нашел смельчака, кто не стал от него сбегать, разделяя радость и опасность близкого, почти интимного танца. Тронув советника за локоть, отзывая в сторону от соблазнительно прогнувшегося юноши, так наивно доверчиво себя ведущего после недавнего инцидента, Санто сделал еще одну затяжку, поднеся сигарету к лицу.
- Все улажено. Так что, если ты готов…
Не договорив, Канэ взглянул на сцену, к которой были прикованы глаза всех, находящихся в зале. Там, рядом с Сержем, стоял мальчишка, что Абруцци когда-то пришлось подвозить до виллы. С тех пор он о нем так ничего и не слышал. Значит, прижился. Влился в клан. Стал его собственностью. Настолько собственностью, что теперь им распоряжались, как вещью. О времена, о нравы. Часто окружающая жестокость доводила до исступления. Хотелось искоренить ее, уничтожить. Но, прежде чем он успевал что-то сделать или подумать еще, Санторио оборачивался на свою жизнь. А сколько он принес на протяжении тех лет, что служил клану, жестокого в мир? Много. Слишком много. Это уже ничем не искупить и не смыть. Эта грязь остается с человеком навсегда.
Прихватив у бармена бутылку виски и пару стаканов, итальянец дождался Сабатини у лестницы.

66

первый этаж, бар

Скомканная дебильная тусовка. Голова кругом от нее. Пришлось обойти клуб, но администратора и след простыл. Выхватив у кого-то из рук программу, Дино скрипнул зубами поняв, что сейчас должен быть аукцион на цоколе.
- Где этот распорядитель? - Дино цапнул за плечо проходившего мимо охранника.
Тот узнал Дино и кивнул на цоколь.
- Там на торгах.
- Чертова суета.

Дино спуслился в цокольный этаж. Здесь было еще больше народу. И душно. полутьма, прожекторы, вспышки подиумных светильников. Поискал глазами, смотрел тольк,о где этот чертов распорядитель торгов.
Господи Иисусе. Тут вся короновская тусовка и гости из Лимите. Как мухи на мед.
Вон Тони тусуется, рыжий Саччи, какой-то молодой парнишка, неизвестный Дино, Каро танцует со здоровенной блондинкой. Когда блондинка развернулась брови Дино поползли вверх. Это оказался переодетый парень. Дамиано Корсо. Еще тот коп, который давеча был в кабинете Абруцци. И этому здесь маслом намазано.
Тряхнул головой. Лучше бы он выпил, тогда бы происходящее не казалось фарсом и ерундой.
Ни с кем из Семьи пересекаться не было желания, тем более пересечься с кем-то из клана конкурентов.
Видимо и сейчас в торгах очередная пауза. Надо ею воспользоваться и наконец сматывать отсюда, забрав Имре.
Увидел администратора на возвышении, не обращая внимания на жеманные взгляды, смешки и прочие жесты публики из зала, Дино поднялся по ступенькам и подошел к нему.
- Любезный синьор Марикьяре, подскажите где Имре Месарош. Не стоило так бросать в неведении покупателя, верно?
Чуть обозначенная холодноватая улыбка в углах рта и прямой взгляд на лицо.

Отредактировано Дино Морелло (2009-04-30 10:16:36)

67

Паоло оказался куплен. При том, насколько мог видеть Санто, кем-то из его же клана. Ну, что ж, так оно и к лучшему. И неплохой вклад в благотворительный фонд. Серж был в ударе. Чему никогда не уставал в нем поражаться Абруцци, так постоянной заведенности, как вечный двигатель, неиссякаемый запас энергии. Сопроводив со сцены первый проданный лот, Марикьяре воззвал всех желающих внести свой вклад в общее дело, выйти и предложить свою кандидатуру на продажу. Ведь что продается? Лишь внимание. Небольшой ужин, беседа, просто время. Впрочем, каждый купивший вполне мог отпустить свою покупку на все четыре стороны, будь на то его воля, тем самым лишь сделав пожертвование.
И… только посмотрите. Не прошло и добрых две минуты, как на сцену начал взбираться кто-то. Очевидно, этот самый "желающий". Канэ лишь мельком глянул на спину человека, мазнув взглядом по профилю и почти отвернулся, как… Да быть того не может. Мир перевернулся, меняясь полюсами, день стал ночью, а ночь днем? Сам Дино Морелло. Своей собственной персоной. По собственному же желанию. И прямиком к Сержио, что-то ему негромко вещая. Неужели вызвался быть проданным? Какой удивительный поступок. И… Почему бы и нет?
Сделав шаг от лестницы, Санто все еще с сомнением смотрел на происходящее на возвышении. Не может быть. Ну, не может…
Поставив на стойку бара виски, что прихватил с собой, так же неспешно выставив стаканы, освобождая руки, Канэ поднял взгляд на ведущего этого шоу.
- Триста. – Обычная стартовая цена. Начало с чего-то должно быть положено.
Улыбнувшись, встретив адресованные ему со сцены взгляды, Санторио вопросительно вскинул брови "А что?", прислушиваясь, не перебьет ли кто назначенную цену.

68

-------» 1ая VIP-комната для приватных танцев
Выйдя в куда более шумное по сравнению с вип-комнатой чрево зала, Джанлука замер у только что закрывшейся за его спиной двери и стал озираться. "Танцовщица. Так. Хорошо. Где её взять? В баре такое не наливают".
А на сцене был Марикьяре. Джанлука в первый момент решительно к нему и направился. Потом остановился. Нельзя туда, там шоу-программа. "Но танцовщицы сейчас заняты, проданы на аукционе, как бы не ту не утащить с собой. Не испортить бы ничего. Вот ей-ей, что слон в посудной лавке!"
Поскольку Сержио был занят, Джанлука обратился к Соренто, а тот направил парня в гримёрки на "рыбалку". Поймав там аппетитную знойную "рыбку", с ней Джанлука вернулся в первый Вип.
-------» 1ая VIP-комната для приватных танцев

69

Как дон и думал, торги на Паоло бушевали. И несмотря на то, что многие из богатых присутствующих уже напокупали себе танцоров и стриптизеров до этого, останавливаться на достигнутом они явно не собирались. Но отдавать Паоло кому-то из этих дряхлых задниц дон не собирался. Ну, может быть и отдал бы, если бы кусок был потолще, но долго бы думал прежде. Он хотел, чтобы свои достались своим, поэтому все время оглядывался назад, выискивая кого-то из клана. До трех тысяч были слышны лишь чужие голоса малознакомых людей, и Тони почти отчаялся, что ему самому придется платить деньги за парнишку, как тут послышался весьма громкий, чтобы перебить гул зала, голос адвоката Саччи. Мужчина с интересом обернулся на него. Ничего себе, он мог поклясться, что Конти захочет купить кто-то из его советников, но никак не адвокат. Никак не Сергио. Но судя по страстности к этому спору, он действительно хотел выиграть.
Дотянув до ставки в пять тысяч, дон остановился, уступая место для Саччи и еще какого-то парня. Сам же ждал до конца торгов, чтобы если что - выкупить Паоло, если у рыжего не хватит сил поднять ставку. Но тот поднял до десяти тысяч, и никто из зала уже не хотел давать больше. Губы Антонио растянулись в широкой улыбке, а взгляд ехидно скользнул по адвокату, когда ведущий провозгласил окончание торга - "Продано!". Прямо как дорогую вазу династии Цинь.
Дальше на кон выпихнули еще кого-то, но Антонио это не интересовало. Зажав губами очередную сигарету, он вернулся к бару и заказал себе "какой-нибудь легкий коктейль", где и алкоголь-то было бы сложно расчувствовать. Пить безвкусную воду уже надоело, хотелось что-то посвежее. Может, даже безалкогольное, ведь вечер только начинался. Получив свою порцию, Тони почувствовал тягу сначала облегчится, и только потом приступить к выпивке снова. Попросив бармена придержать высокий стакан до его появления, он направился в тот коридор, из которого вылез после игры в блэкджек. Где-то там в гримерке он видел туалетные комнаты, а охрана спокойно пропускала его почти везде, где он захочет побывать.
Двигаясь по стеночке, где сейчас было намного меньше народу, нежели в эпицентре событий, дон торопливо дошел до коридора. Темного-темного после зала. Из зала он услышал ставку Санто в триста евро, значит, был очередной лот. И хоть и хотелось посмотреть, что это был за лот, но Антонио решил поинтересоваться попозже - когда "дышать" будет легче.
В гримерке было жарко. Суетились танцовщицы, кто-то ссорился, кто-то пытался поставить высокий кок на голове, выливая на нее половину флакона спрея, в общем - обычные будни популярного клуба. Стараясь никому не мешать, Тони выбрал свободную кабину и закрыл за собой дверь. В этом маленьком помещении было до странности тихо, только монотонный губ из гримерки проникал в щель под дверью. Это было почти незаметно. Потушив сигарету в раковине и кинув бычок в урну, Антонио справил свою нажду и стал тщательно мыть руки. Иногда это доходило до паранойи, хотя он за этот вечер не трогал ничего "грязного". Подняв голову к зеркалу, мужчина влажными пальцами дотронулся до своей щеки. Тональный крем, и все, чем его мазали перед выездом, уже стерся, и снова можно было видеть синяки под глазами от недосыпа, от бесконечных дел. Устал. Впрочем, это уже было обычным состоянием. Сейчас ему страшно хотелось уехать из клуба, куда-нибудь в сторону моря, но он не мог. Надо было продержаться еще хотя бы часика два, поздороваться с новоприбывшими. Например, с Канторини.

70

Вечер кажется начинал набирать обороты, да так быстро, что удивляться чему-то уже не оставалось ни сил, ни времени, ни возможности. Так казалось до тех пор, пока на сцену не вышел ... Дино Морелло. Сержио искренне считал, что удивить его сегодня никто ничем не сможет, а вот этот адвокат не только смог, но и уже второй раз за столь короткий срок.
Успев нажать кнопку выключения микрофона, он лишил публику возможности услышать их разговор. А Дино спросил где Имре.
Хорошее время и место ты выбрал, нечего сказать.
- Сеньор Морелло, вам лучше сойти со сцены, здесь проходит аукцион и продается любой желающий из публики. Вы понимаете, чем это может закончиться? Я дам указание охране, они проводят вас к Имре, но сейчас ...
Договорить он не успел, голос из зала перебил его на полуфразе: "Триста." Взглянув Дино в глаза, Сержио едва заметно покачал головой и сказал взглядом: "Поздно." Кому говорил взгляд? Да наверное обоим, хотя Марикьяре не сомневался, что крайним останется он.
С'est la vie. Будем живы не помрем. Поехали.
Включив микрофон, Сержио объявил:
- Дамы и господа, король этого вечера, сеньор Дино Морелло. Достав звезду с неба, он пожелал не останавливаться на достигнутом и подарить свою звезду тому, кто окажется столь же щедрым для всех нуждающихся в нашей помощи, ведь пострадавших было слишком много и мы в долгу перед ними.
Выкручиваться приходилось прямо на ходу, Дино вышел на сцену то ли не ведая об объявленных правилах торгов, то ли наплевав на них, но вот только публике в зале было все равно. Санто видимо попытался купить первым и закрыть этот вопрос, однако для Дино это оказалась медвежья услуга, зал распалился и тут же кто-то крикнул "Триста пятьдесят!". Пора было брать ситуацию в свои руки и ввести парочку ограничений до того, как будет оглашено продано. Кстати, может это поубавит количество желающих его купить.
- Как вы понимаете не подобает Королю в такой вечер ронять свое достоинство танцами. Зато он может даровать пожелавшему эксклюзивный вечер, скрасив его задушевной беседой, у вас появится возможность задать любой вопрос и услышать на него королевский ответ.
Чушь от начала и до конца, но какое это сейчас имело значение, важнее было поубавить пыл выкрикивающих все новые и новые суммы. Четыреста, четыреста пятьдесят, пятьсот, две тысячи, три, пять ... Вновь прозвучала цифра десять, а потом ее перебили двадцатью...
Черт! Взбесились что-ли? Да я столько дам, только бы быть подальше от него. Извращенцы.
- Тридцать пять тысяч.
Бля. Совсем охренели грешные души. Хорошо хоть Абруцци. Только бы не нашелся сейчас кто-нибудь, кому шлея под хвост попадет.
Ни о каких паузах речи не шло, Сержио в жизни не знал, что у него такая оказывается дикция, протараторить "Тридцать пять тысяч евро раз. Тридцать пять тысяч евро два. Тридцать пять тысяч евро три. Продано." так быстро, при этом членораздельно, и не дать даже возможности кому-то перебить себя, это было не легко, хотя  и удалось.
- Поздравляю вас, сеньор Абруцци, Бернардетто подойдет к вам, а сеньор Морелло на этот вечер принадлежит вам. Приятной беседы вам.
Улыбка сияла как всегда, но Дино наверняка мог, стоя рядом, заметить тень облегчения на лице Сержио, что покупателем оказался Санто, а не кто-то еще. Повернувшись к Морелло, Сержио улыбнулся вежливо и, не забыв выключить микрофон, произнес:
- Сеньор Морелло, Имре Месарош находится сейчас в первом випе, Соренто вас проводит.

Отредактировано Сержио Марикьяре (2009-04-30 11:49:29)

71

Сердце Паоло билось так, что заглушало шум толпы. Он был настолько шокирован происходящим, что не понимал и половины слов, что ему говорили. Едва выдавив из себя имя в ответ на вопрос ведущего, он позволил вертеть собой как угодно. Было противно, колени тряслись, но...
...крест. Крест перед глазами. Терновый венец, багровые капли крови на высохшем и растрескавшемся дереве. Милосердие и скорбь в глазах Марии. "Ты просил прощения за грехи? Ты клялся снести всё, выполнить всё? Выполняй..." Голос, чужой и почти ласковый, звенел в ушах, перекрывая все звуки. Потрясенный, юноша застыл, замер, не в силах больше шевелиться, ничему более не удивляясь, ничего не боясь. Потянуло откуда-то солью и гниющей рыбой, тухлой морской водой, кровью. "Кровь... Кровь на моих руках. Ее не смыть. Как же низко должен я пасть, чтобы заслужить прощение твое, Господи..."
Глаза были сухими, как и перехваченное болью саднящее горло. Одним усилием воли он еще держался на ногах, еще смотрел вперед. Глаза выхватили огненный блик в толпе.
- Десять тысяч евро!
"А вот и расплата..." - подумалось почти привычно, почти равнодушно. Дрожь пронизала все его существо, холод пробежал по спине, осел в кончиках пальцев. Его личный персональный враг... Кому же больше. Мало кто его так искренне презирает, так ненавидит. И после сегодняшнего... Да, никто более не мог бы быть им. Человеком, что купит его, заплатив... черт, как много. "За меня? Так много? Чего же он потребует взамен?.."
Смертельно побледневший, Паоло все же не мог сдаться, не мог разорвать узы, связанные им самим с тем, кто выше дона и его приказов, выше гордости и самолюбия. К нему подошел какой-то человек, и Конти пошел за ним как привязанный. Настало время расплаты? Он готов был заплатить за все.

» 2ая VIP-комната для приватных танцев

72

Орсо все проспал. Да, именно проспал. И прекрасный спектакль «Невеста дона», так бы его назвал Фабретти, и мордобой с непосредственным участием Сабатини, и половину аукциона.
Ранее голова раскалывалась, музыка отдавалась в башке ударами молота прямо по мозгам. Задница затекла все время сидеть на высоком барном стуле. Фабретти сполз со стула и чуть не упал. Ноги были как ватные, тело покачивало. Может сознание и прояснилось, а вот организм был еще конкретно подшофе. Немного пошатываясь, Орсо решил подняться в уборную, так сказать облегчиться и умыть лицо.
После он не захотел возвращаться к бару и, завидев освободившийся диванчик у стены, без промедления двинулся к нему. Плюхнувшись на мягкое сидение, мужчина с блаженством развалился на диване, запрокинув голову на спинку.
Подошел официант и предложил что-то. Из-за музыки Фабретти не расслышал что именно, но все равно согласился. Ему было все равно, ритмичная долбежка на удивление  убаюкивала, звуки вокруг постепенно потухали, сознание отключалось…
Подперев боком угол дивана, сложив руки на груди, Фабретти задремал, склонив голову на плечо. Разбудила его вибрация мобильника в кармане. Встрепенувшись, часто заморгав, он начал хаотично хлопать себя по карманам. Наконец найдя телефон, Орсо вздохнул, потер лицо, снимая остатки сна. После короткого сна в глазах было мутно, словно затянуто пеленой. Пришлось вторично проморгаться,  что бы разобрать сообщение на дисплее телефона. Фабретти даже подался вперед, придвигая телефон ближе к лицу, прищуриваясь, напрягая глаза.
«Все в порядке. Ящик у меня. Буду ждать дальнейших указаний. После себя убрал.»
"Умница, Рино." Зевок.Снова потер лицо и тряхнул головой. Сонливость никак не хотела уходить. Сон был таким сладким, даже что-то снилось. Перед собой на столики он заметил высокий бокал с коктейлем, украшенный трубочкой, фруктами, какой-то блестяшкой, воткнутой в плавающую вишенку. "Веселенько" подумал контрабандист, беря бокал в руку.  А вкус оказался приятным.
Поставив бокал обратно, закурил. Откинувшись назад, закинул ногу на ногу и огляделся вокруг. Трезвых людей найти удавалось все меньше. Вечер в самом разгаре. Выпивка лилась рекой на обнаженные тела танцоров, которые совершенно не были против того, что бы их бесцеремонно трогали гости.  Соклановцы еще ладно – многие из них были спортивными ребятами и имели красивые фигуры. Некоторые могли сто очков дать вперед танцорам. Но вот старый боров, что обжимает маленькую танцовщицу на диване. Фабретти сморщился и отвернулся. В воздухе витал запах духов, сигарет и секса. Настоящего животного вожделения. Мужчина повел носом и усмехнулся. "Добро пожаловать в Содом. В наш маленький Сицилийский Содом двадцать первого века." 
Глазами выискивая среди мелькающих людей Сабатини, что бы сказать, что его машина чистая, Орсо наткнулся на…Франческо Канторини. Он в первый раз видел дона Лимите так близко. Дон был метров в трех от него. Фабретти видел его только в профиль или в полупрофиль. Это было удобно, его можно разглядеть. Контрабандисту пришлось признать, что дон враждебного клана красив. Точеный профиль словно высечен из мрамора искусными руками Микеланджело: тонкий хищный нос, чувственные губы, немного капризные, надменный взгляд. Ухожен, красив и… высокомерен. Последнее Фабретти не любил. "Хотя придти сюда было смело. Не смотря на то, что у нас как бы перемирие, от подвыпивших соклановцев можно ожидать чего угодно, а их тут много. Взять хотя бы того же Арриго. Но наш дон видно к этому отнесся лояльно."
!А наш дон бушует вовсю... "– заметил Орсо с улыбкой, наблюдая, как дон Морелло тащит несчастного Паоло на подиум. "Хе, видать у тебя судьбина такая, щенок, быть развлекухой для короновцев." Он засмеялся, глядя на растерянное лицо Конти, на его обиженно поджатые губы. А дон довольный улыбался. "Ну надо же, кинул парня в безвыходную ситуацию и  рад." Фабретти покачал головой и снова тихо засмеялся.
Да. Их нельзя сравнивать. Они как две параллели, не важно, что оба дона криминальных Семей.
Орсо был предвзятым. Он любил своего дона. Не потому, что работал на него, на Семью уже более семи лет. Не потому что дед привил ему это обязательную любовь. А потому что с первой встречи был очарован им, его обаянием и харизмой, внутренней силой, что дышит дон. И не важно,  что он делает, отдыхает или работает, или веселится как сейчас. Он излучает это силу, эту власть над людьми.
Задумавшись, Орсо не заметил, как лот-то продали. "За десять штук. ЗА ДЕСЯТЬ ШТУК!!!" Фабретти опомнившись, завертел головой, что бы увидеть, кто так щедро оценил красоту юного секретаря. Увы, увидеть не получилось, а администратор не объявил имя.
Осталось только вздохнуть, жалея неудовлетворенное любопытство, стряхнуть пепел в пепельницу и отпить коктейля из бокала. А меж тем аукцион продолжался. "Может мне кого купить? Ведь надо внести пожертвование." Мужчина задумчиво потер подбородок и затянулся сигаретой.

73

Сержио Марикьяре
Санто Абруцци

Кто-то за спиной сказал: "Триста". Дино обернулся, увидел Абруцци и понял, что тот решил поиздеваться. Удивился. такого от Абруцци невозможно было ожидать. Неужто решил, что Дино собрался стать лотом? да вроде не похож на идиота. Значит, решил поиздеваться? Наивный все-таки. Словно толстую шкуру Дино можно было пронять такими мелкими уколами. в глазах на мгновение появилось разочарование, но было прогнано. Дино быстро умел брать себя в руки и с улыбкой дождался окончания фарса.
Глядел уже на администратора с каким-то грустным сожалением и разочарованием.
Экий пугливый и исполнительный. И ему не хватило духу сказать пару простых фраз, чтобы не вводить публику в заблуждение. Несет пургу какую-то про короля вечера, торопится, под конец сбивается так, что едва не комкает слова объявляя о продаже.
- Дай сюда микрофон, обезьяна. - обаятельнейшая улыбка появилась на лице Дино, когда он взял микрофон из рук администратора и обратился к залу:
-Приятного вечера дамы и господа... Супер! Никто еще королем не называл, - Дино прищелкнул пальцами и улыбнулся Сержио. - Это так приятно звучит, м-м-м! Спасибо, господину администратору. На лесть он не скупится.
Затем тон изменился и стал серьезным, но улыбка не покинула лица.
- Очень сожалею, синьоры, но я не лот. Все произошедшее недоразумение.
Дино уже хотел было вернуть микрофон и спуститься, но притормозил.
- Однако,  цель аукциона святая, так что эта досадная ошибка не станет причиной того, чтобы человек получивший несуществующий лот забрал бы деньги обратно. Ведь не сволочь же он на самом деле. Да и сумма не столь велика.
Последние слва были сказаны таким проникновенным тоном, что несогласиться с ними было бы просто невозможно, затем сошел со сцены и пошел следом за охранником, который обещал проводить его к Имре.
Поравнявшись с Абруцци, Дино лишь покачал головой.
- Пил бы ты меньше, денег бы не потратил зазря.

Отредактировано Дино Морелло (2009-04-30 15:44:07)

74

Вот и завершающая цена. Даже если кто и хотел ее перебить, Серж этого не позволил, быстро свернувшись на последней цифре. Тридцать пять тысяч евро. За адвоката. По нескольким причинам. Ведь все, что есть в мире, без них произойти не может.
Первой причиной было то, что не хотелось, чтобы данный лот достался кому-то незнакомому или человеку из другого клана. По своим, объективным соображениям. Слишком много риска, пусть даже Дино могли заполучить для "свидания" лишь на территории клуба и только сейчас.
Второй причиной был… наверное, зародившийся азарт. Почему бы не получить? Почему бы именно Абруцци не выкупить этого сеньора, учитывая то, что торг за его голову пошел нешуточный, что цены взлетали вверх, словно окрыленные серафимы, парящие над умами и кошельками присутствующих.
Третьей? Третьей причиной было желание помочь, внести и свой вклад в созданный Тони благотворительный фонд. Вполне себе такое благородное желание, не таящее под собой никаких подводных течений и скрытых подтекстов.
Но Дино снова выступил. Не смог смолчать. И по-своему, по-адвокатски разрулил всю ситуацию, самопровозгласив себя торжественно снятым с продаж, хотя цена уже и была назначена.
- Пил бы ты меньше, денег бы не потратил зазря.
А вот это было сказано совершенно напрасно. Абруцци всегда умел трезво оценивать ситуации, которые касались, непосредственно, денег. И раз уж речь тут зашла о пятизначной цифре, то упрекать его в том, что он сделал напрасное вложение – все равно, что критиковать Папу Римского в неверно прочитанной молитве.
- Зря я ничего не трачу. Все имеет тенденцию окупаться.
Виски взыграло, щекотя, подзадоривая изнутри. Санторио успел запомнить встреченный взгляд, слишком самоуверенный, слишком наглый. Шаг, чтобы сократить расстояние и свободные руки пользуются своим преимуществом, располагаясь, как им будет угодно: одна ложится на затылок, притягивая, держа за короткие пряди волос, чтобы не вырвался, вторая касается бедра, перемещаясь с него на упругую ягодицу, сжимая пальцами как собственность, и губы касаются губ. Быстро, словно украв эту мгновенную ласку, пропахшим виски кончиком языка Абруцци слизывает с губ привкус горького кофе. И отпускает. Отступая, словно ничего не произошло. Всего лишь расчет. Поцелуй, стоимостью тридцать пять тысяч евро.

Отредактировано Санто Абруцци (2009-04-30 15:04:24)

75

Риан Наарден

Сильная фраза, сказанная милым голосом. Можно было бы закрыть глаза и представить, что за плечом сидит одинокий ангел, что почему-то решил подойти вдруг, задеть крылом.
-Хорошо, говорите хоть что-нибудь. А я сам буду выбирать из ваших слов себе то, что сможет помочь.
Не оглядывался всё ещё. Зачем? Слышно же, что за спиной устроился тот, кто не боится, знает его и всё равно - откровенно говорит что думает. За такое только - уважение. Не желает показываться синьорита, значит - не стоит форсировать. Так даже забавнее...
-А для чего вам нужна приятная компания, позвольте поинтересоваться? Выбор вы сделали смело. Мало кто здесь, кроме сотрудников может подойти ко мне просто так. В силу разных причин. 
Занять руки было нечем. Зато было чем занять глаза. То, что творилось на подиуме можно было описать как принесение жертвы. Жертвы для жертв терракта... Круг замкнулся. Люди с деньгами упивались ощущением своей власти. Вседозволенность, не ограничивающаяся лишь этим праздничным вечером... Они всегда могут придти и купить любого в этом клубе. Да и любого человека в Палермо. Цены по прейскуранту.
Легар усмехнулся, зализывая языком ранку на губе.

76

Рой пчел. Зал напоминал кружащийся, подчиняющийся только ему ведомым законам, рой пчел. Медоносный, смертоносный рой. Броуновское движение. Арриго уже с трудом мог вспомнить,  с кем танцевал, с кем говорил, что делал. Сознание мелькало, как  вспышки света, то слишком ярко высвечивая отдельные лица, то погружая все во мрак.
-Не надо было пить виски. Не надо.
Как говорится, умная мысля, пришедшая опосля и утонувшая в удивлении, когда Сабатини узрел лицо какого-то молодого человека, в нескольких сантиметрах от себя
-Ты кто, зая?
Спросил скорее на автомате, чем желая услышать ответ. И снова безликая масса лиц, висящая в пространстве, сливающаяся в бело-розовые полосы. И лишь один насущный, животрепещущий вопрос, как смысл бытия  - Блевать, или не блевать?
Все улажено. Так что, если ты готов…
Голос Санторио рядом. Кивнул, проследив за его взглядом на сцену, и с удивлением обнаружил на ней собственного секретаря.
-Ты –то как туда попал?
Торг тем временем разгорался. Советник сделал пару шагов вперед, но,  заметив, кто именно торгуется за пацана, остановился. Усмехнулся, вспомнив разговор с Рыжим Лисом,  и махнул рукой. Ничего особо страшного с мальчишкой тот не сделает. Убить, не убьет, а все остальное пойдет криволапому щенку лишь на пользу, обтирая острые, торчащие во все стороны углы, притирая к клану.
- Хорошо. Я сейчас подойду.
Снова кивнул Канэ, и пошел  пробираться сквозь толпу к выходу, когда голос ведущего шоу  привлек внимание.
-Опаньки. Ну и лот
Оружейник со смехом  узрел на сцене племянника Антонио. Перевел взгляд на выразительное, артистичное лицо Сержио, который, надо отдать ему должное, по- истине мастерски вел шоу, и разразился гомерическим гоготом. Вот после этого и говори, что мысли не передаются на расстоянии.
Однако больше медлить было нельзя,  ответ на вопрос сермяжной правды найден- блевать.
Мужчина торопливо пошел на встречу с «белым другом».
_______ туалеты____ Первый этаж. Вип комната для гостей

Отредактировано Арриго Сабатини (2009-04-30 22:53:11)

77

Ренат-Ге Легар

Уголки красивых губ приподнялись в молчаливой улыбке. Улыбке в спину, которую не увидят - и что? Ее все равно можно почувствовать. Пусть с опозданием в несколько секунд, в последующем звучании голоса, но разве сейчас это критически важно? Она не дипломатические переговоры глаза в глаза ведет, где каждая доля секунды должна быть ювелирно точно сопряжена с тем или иным словом, жестом, взглядом...
- Смело? Позвольте, сеньор, где же тут смелость? Она вся сосредоточена в факте вашей профессии? Ну... не вечно же вы при исполнении, давайте оставим ваш... социальный статус пока что в стороне. Эдак и в могилу себя загнать недолго, оправдывая постоянный стресс одним лишь словом "Палермо".
Еще один небольшой глоток - и фужер отставлен в сторону, дотянутый изящный рукой до ближайшей столешницы. Начальник стражей порядка, похоже, тоже наблюдал за аукционом. Саччи купил парня. Интересно, это он такой любитель нежных мальчиков, или в мафиозном юристе взыграло что-то еще?
Еще скажи, добродетель, конечно-конечно...
- Вам не нравится вечеринка, Легар, или вы ее просто не воспринимаете как "гражданский"?
Тонкий силуэт стека, лежавшего на коленях Риан, медленнно прокручивался тонкими пальцами. В самом деле, немного любопытно - чего ради, Ренат? Вопрос довольно прямолинейный, хоть и задан достаточно завуалированно. Но, впрочем... какая же Кошка будет с упертостью охотничьего пса настаивать на неприкрыто честном ответе?

78

Санто Абруцци

Похоже, что сегодня все стремились сойти с ума и многим это замечательно удавалось.
Шаг Абруцци навстречу на был воспринят Дино как что-то сверхъестественное, но последующие действия были настолько странными для этого человека, что брови Дино взлетели вверх. ладонь на затылке и рука на бедре. Из двух действия Дино моментально среагировал на втрое - перестав обращать внимание на руку на затылке и лицо оказавшееся прямо перед его лицом, Дино перехватил вторую руку и не позволил коснуться себя выше бедра. Отвел ее в сторону. Чувствуя губы на своих, прошептал в ответ:
- А вот это совершенно бесплатно. Твой язык возбуждает, но воли рукам не давай.
Развернувшись так, чтобы его действий публике не было видно, все же хозяина клуба он не собирался выставлять посмешищем, давать лишних поводов для разговоров о себе и об Абруцци тоже не планировал, Дино нанес короткий удар кулаком в живот. Короткий, резкий, сокрушительный удар в беззащитную плоть, скрытую тканью рубашки.
И придержал за талию, дал отдышаться, не позволил согнуться, только почувствовал, как ладонь Санто сильнее сжала затылок, потом ослабела. Теперь можно было отойти. Шаг назад, улыбка, как ни в чем не бывало, негромно сказанные слова:
- Отличный поцелуй. Мне понравилось. Все остальное тоже окупится.
Затем с трудом оторвать взгляд от улыбающихся сантиных губ,  развернуться и последовать за охранником, переминавшимся с ноги на ногу в отдалении. Видел ли маленький инцидент? даже если и видел, то не проронит ни слова. Абруцци его хозяин. О выходках хозяев принято молчать.
Где, как и что именно окупится не особо важно. Слова. Слова имели тенденцию воплощаться в события. Или не воплощаться.

1-я VIP-комната для приватных танцев

Отредактировано Дино Морелло (2009-04-30 15:39:04)

79

Подняв голову после умывания, Тони снова посмотрел себе в глаза. Покрасневшие от выпивки, блестящие, но хмурые. Наверное, зрачки здорово расширились после кокаина, но в таком неслишком ярком свете это было трудно разглядеть - глаза и так почти черные. Алкоголь почти выветрился, да он и не так много выпил, чтобы голова до сих пор гудела. Нащупав ладонью маленький пакетик у себя в кармане, мужчина какое-то время поглаживал его сквозь ткань, гадая - еще или хватит. Так как настроение пошло на убыль, да и усталось медленно накрывала, Антонио решил, что стоит сделать еще одну дорожку. Еще - и хватит. На сегодня будет достаточно. Снова достав из карамана пиджака портмоне и карточки, а так же скрученную двадцатку, он торопливо сделал ровную до педанства дорожку и вынюхал. Еще какое-то время постояв в уборной, прижимаясь спиной к холодному кафелю, дон размышлял о том, что завтра возьмет выходной. То есть, абсолютно выходной день. Будет валяться на лежаке возле бассейна и пить лимонад в перемешку с аспирином.
Еще пять минут, и Антонио выключил воду, сложил карточки в партмоне, убрал пакетик обратно в карман, после чего расслабил узел галстука и вышел обратно в гримерку. Танцоров поубавилось. Наверное, все ушли на подиум развлекать искушенных гостей, но в комнате все равно было душно и пахло духами вперемешку с потом. В коридоре после гримерки казалось слишком свежо, и Тони вздрогнул, проходя под самой вытяжкой.
В главном зале же веселье продолжалось. Предыдущий лот уже скупили, и торговали очередным "живым товаром". Ничего примечательного, дон даже не посмотрел в сторону сцены. Он уверенным шагом добрался обратно до бара, продвигаясь все так же стеночкой, чтоб не смущать танцующих, и попросил обратно свой коктейль, который заказал минут пять назад. Позже, подцепив стакан пальцами, мужчина обернулся и стал угадываться среди многоликой толпы кого-то знакомого. И уперся взглядом как раз во Франческо, к которому уже давно ноги чесались подойти. К тому же, второй дон и так его издалека рассматривал, и этак. Может, дело какое-то есть? Правда, одно "но": о делах сегодня Морелло не хотел разговаривать. Да и, мало ли что он сейчас нанесет в нетрезвом состоянии, а потом это еще и расхлебывать.
Франческо сидел на диванчике, и идти до него было недолго, буквально три шага. Поравнявшись с ним, Тони без разрешения занял диванчик с другой стороны от мужчины и лукаво улыбнулся ему.
- Родной мой, что ты кислый такой? - как раз музыка пошла на убавление, а Антонио не пришлось орать или наклоняться к Канторини. Подтянув брючины, чтобы они не натягивались в районе колен, дон достал пачку сигарет.
Прикурив, он положил локоть на спинку дивана и снова обернулся ко второму дону.
- Жаль, что все фотографы наверху. А то как же мне не сфотографироваться с тобой... - мужчина задумчиво обвел взглядом Франческо, выбирая слово лучше отражающее внешний вид франта, - Охрененным.
Запнулся, чуть не сказав "охреневшим", и спрятал улыбку в затяжке.

80

От удара перехватило дыхание. На мгновение там, куда пришелся кулак, расцвела пышным бутоном резкая боль, мышцы рефлекторно сжались, как и пальцы на волосах Дино, но согнуться не было возможности, чтобы облегчить дискомфорт. Вот уж действительно… бесплатно. Медленно ощущения стали отступать, возвращая возможность дышать, двигаться, вести себя куда более естественно. Губы сами собой растянулись в улыбке. Адвокат был дерзок. Даже не сумел принять такой обычной глупости, не огрызнувшись. Все же кофе – плохой напиток для вечеринок. В этом Санто был убежден.
Отпустив юного Морелло, Абруцци какое-то время удерживал его взгляд. Удар, совершенно очевидно, был бесплатным подарком. Вот только подарки Канэ не любил принимать, теперь считая себя обязанным. И долго быть в долгу ему не хотелось. При первой же возможности. Не здесь. Не сейчас. Но дар будет возвращен. И пусть итальянец был пьян, но эту выходку он запомнит.
- Хорошего вечера. – Санторио сказал уже спине Дино, прикладывая руку к животу, как только тот отошел. Болящий желудок что-то возмущенно проворчал, но тут же успокоился. Сейчас было не до него. Развернувшись к стойке, забрав с нее виски и оставленные стаканы, выдохнув еще раз через почти угасшую, лишь эхом звучащую боль, торговец удалился на поиски Арриго, дабы, как и было задумано, провести остаток вечера, услаждая свой взор прекрасными танцами красивых тел под достойную музыку.

Первый этаж. VIP-комната для гостей

Отредактировано Санто Абруцци (2009-04-30 15:57:10)

81

Торги шли успешно, но атмосфера в зале после якобы незаметного инцендента с уходом Дино Морелло все же требовала полирования выпивкой и положительными эмоциями. На сцену вышли Стелла и вновь раздалась зажигательная музыка. Теперь пару танцев ведущих стриптизеров и можно будет продолжить, зал явно стал входить во вкус таких торгов. Первый страх прошел и теперь многие желали рискнуть собой.
Было время выпить и побыть еще немного с братом, ведь Сержио помнил об обещании подарить ему этот вечер.

----------1ая VIP-комната для приватных танцев

82

Антонио Морелло

Как и обещал, капореджиме пристроился к сучке. Правда по поводу ее породистости можно было спорить (дама показалась дону как-то крупнова-та, на манер донны Розы Дальвадорес, из далекой Бразилии, где в лесу так много диких… обезяяяян…)
Ну да ладно… невеста у него уже есть, вторую не возьмет.
Закинув ногу на ногу, Канторини вальяжно расположившись на небольшом диванчике наслаждался бардаком: где-то завизжали, перекрывая низкий бит мощных саббуферов, завязалась драка, иссякла, оживление наростало и выплеснулось таки в некое вульгарное представление а-ля сезонная распродажа, и, увы, все эти безобразия не смогли таки обойти стороной уютное гнездышко свитое доном.
Кукушенок, вопреки традициям, не вывалившийся из него, а наоборот, ввалившийся внутрь незримого приватного пространства окружающего крестного Лимите, естественно, не мог быть ни кем иным, как вторым доном. Белым и пушистым. Буквально. Изрядно полазив в толпе, Антонио взлохматился, помялся и вообще приобрел вид довольно милый. Домашний можно сказать - домашний питомец клуба Sole Nero.
Франческо некоторое время честно вспоминал биографию своей мамы, чтобы понять, наконец, каким боком дон Морелло ему затесался в родственники...
Черт, вот и что за невезуха такая? Почему Каро досталась молодая и красивая невеста, а мне старая и толстая?
Покачав початым виски в тяжелом стакане, итальянец пробежался взглядом по нарисовавшемуся соседу, вылавливая детали жестов и экстерьера в цветастом полумраке накуренного воздуха.
- Неужели? Если у меня нет шила в заднице, и я могу сидеть спокойно, это не значит что мне скучно, - взгляд Канторини задержался на сигарете и пачке, так соблазнительно приземлившейся на спинке. Не долго думая, дон пристроил стакан на низеньком столике перед диванчиком и взял пачку, вытряхивая из нее сигарку, - а вот ты, кажется, располнел... или это тебя белый толстит? я бы твоего визаж... эм... стилиста, - Франческо мило улыбнулся своей поправочке, - убил бы, ей богу.
Конечно смеяться над пьяным, самому будучи еще вполне трезвым, это не очень по-джентльменски, ну да и мы не в английском клубе. Слегка покатав в длинных пальцах белую палочку, дон прикурил и вернул имущество Тони на спинку, выпуская к потолку струйку дыма.

83

Франческо как всегда. Как всегда изо всех сил напрягал мозги, чтобы поязвить. Впрочем, общаться иначе он, кажется, не умел, и Антонио уже успел привыкнуть к манере ведения разговора с его стороны. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало. Поэтому на остренькие фразочки Ческо Тони лишь улыбнулся, не торопясь отбиваться от его напора. А нафиг? Ему самому наскучит, когда не получит ответа.
- Тебе б бабой родиться, Ческо. - дон ухмыльнулся и потянулся к своему стакану, который предварительно поставил на столик. - Спрос на стерв очень высок.
Действительно, с момента сексуальной революции (а может раньше?) высокопоставленные лица всегда стремились получить в свои руки барышень острых на язык, умных и хитрых. Играть в интеллектуальные игры всегда приятно, особенно если есть достойный противник. И какой же кайф потом приложить сучку лицом к стене и рассказать ей все, что о ней думаешь.
Антонио несколько выпал из повествования и теперь расфокусированно глядел на танцовщицу у пилона, прямо возле их столика. Красива, чертовка. И это карэ... как у Беатриче. Беатриче была та еще сука.
Дон тряхнул головой, понимая, что залипает. С кокса. Мысли уносят куда-то в другую сторону, а музыка при этом так долбит, словно бы они все сейчас находятся на абсолютно диком молодежном рейве, а не в респектабельном клубе. Мужчина свел брови к переносице, сосредотачиваясь на собеседнике.
- Ты недавно пришел что ли? Морда еще не красная, глаза не блестят. Ты давай пей поактивнее, а то я уже полон нетрезвых сил, а ты кислый. Кислый, кислый... и не переубеждай.
Коктейль кончился быстро, и Тони подозвал к себе парнишку в форме официанта с требованием принести такой же, но налить поменьше алкоголя. Коллапса он не хотел, поэтому приходилось себя ограничивать. Все тело уже успело напрячься, и можно было ощутить пульс в кончиках пальцев, лежащих на спинке. Хотелось движения, но сейчас, сидя, можно было только отбивать ритм заводной музыки из колонок. Придвинувшись ближе к Франческо, Антонио наклонился совсем близко к нему, словно бы их разговор мог кто-нибудь подслушать.
- Франческо, я никогда не видел как ты развлекаешься. Ты танцевать-то умеешь? - лукавая улыбка, которую нельзя увидить, если не повернуть голову в бок. Чуть отстранившись, дон затянулся.

84

Риан Наарден

-Нн, могила нам всем светит...
Оптимистично так заметил. улыбнувшись своим ассоциациям, пробежавшим в сознании чехардой буддийских символов.
-Знаете, я ощущаю себя прокажённым на этом празднике. Потому спасибо за то, что заговорили. За месяц моей жизни в этом городе я похоже получил определённую репутацию. Так что - на работе я или нет, но ...
Разгладил пальцами брюки на коленях, тупо понимая, что жалуется. Это надо было прекращать. Тем более - не грузить синьориту. Торги захватило ажиотажем, даже потянуло присоединиться. Но, цифры, что там назывались были совершенно не по карману. Синьор Саччи лидировал, потом что-то завязло на Морелло младшем. Неловкость и странное ощущение.
-Гражданский? У меня нет никакой гражданской, да и личной жизни. Лишь винтик в машине. Каюсь, нестандартный винтик... Мой бизнес - моя жизнь.
Рассмеялся тихо, угадывая настроение собеседницы. Вроде как плечи чуяли опасность. Но опасность не волнами, а как таковую. Значит, верно, сильная женщина. А в остальном - похоже что чистое любопытство и возможность поговорить с полицейским. Не на полицейские темы.
-Возможно, я уже разучился говорить не только о работе..
Признался, всё же решив повернуться, чтобы разглядеть того, кто заслуживал уважения и, возможно, более пристального внимания в будущем. Если будет оно - это будущее..

85

Санто Абруцци
Джонни Фальконе

Музыка звучала все громче, создавая подходящую атмосферу для танцев в зале, и все больше внимания уделялось танцорам на подиумах. Все в клубе, каждая деталь интерьера, марочный алкоголь, разнообразные шоу, и отличный выбор, говорило о том, что предназначалось для развлечения очень успешных людей. Веселье было в разгаре. Именно в этот момент Джулио обычно уходил с вечеринок, но в этот раз кое-что приятное предназначалось для него, да и дела держали.
Команданте заметил Санторио, который был сама предусмотрительность и направлялся к нему. Обмен рукопожатиями, через которые передал скрученные пакетик с дозой, моментально исчезнувший между пальцев Джулио. Эрце. Редко кто называл команданте по первому имени, в основном, как ни странно это проскальзывало у Абруцци. Впрочем, возражений не вызывало.
- Грациэ, все замечательно. – команданте редко улыбался, не используя как атрибут вежливости, но сейчас была улыбка в ответ. Чуть сильнее сжал руку Абруцци в подтверждение.
Внимание привлекла какая-то суета вокруг одного из танцоров, заставив обернуться команданте, а Санто отправился разгребаться с этим. Вполне понятно, то тут, то там вспыхивали какие-то очаги проблем. Но они умело гасились персоналом клуба.
Джулс залпом опрокинул в себя бокал коньяка, он понимал, что его возможности не бесконечны. «С корабля на бал», после почти рабочего дня. Да, ему тридцать два, но сил и энергии словно не более двадцати восьми. Что же поступим, как поступали рокеры, многое великие музыканты и поэты. Вторым дыханием был кокаин, стоило надышаться им в спокойном месте, где была наименьшая вероятность натолкнуться на копа.
Джулс за годы не подсел на него, слишком редко пользовался «самым простым решением». Настроение снова было отличное, откуда-то взялись силы, любое даже незначительное действие давалось почти без усилий. Команданте зашел в уборную, умылся, привел себя в порядок и снова вернулся в зал.
В разгаре шли торги, лоты переходили к счастливым обладателям за большие суммы под веселые шутки конферансье. Среди них был и его лот, хотя до последнего момента оставалось тайной даже для самого Джулио. Так даже забавнее.
Ему оставалось только пройти в вип-комнату для приватных танцев, но он не спешил.
Не сделал и нескольких шагов, как его окликнули. Джонни Фальконе появился весьма кстати. Команданте пожал протянутую руку, попутно вспоминая данные этого человека. С ним была связана какая мутная история, впрочем, сейчас это неважно. – Джонни- Джонни – на манер старых итальянских фильмов поприветствовал этого человека, направляясь к бару – Попробуй тебе понравится. – отшутился на счет вечера Джулс, не смотря на легкость тона и удивительно трезвое спокойствие голоса, взгляд привычно тяжелый оценивающий. Хотя большинство подчиненных привыкли, со временем понимали, что команданте к ним хорошо относился.
- Сertamente. Алкоголь сегодня бесплатный. – эта фраза относилась к Джонни – Коньяк – брошено  бармену. – Как давно ты в Палермо? – между делом поинтересовался команданте. На первый взгляд простые вежливые вопросы знакомому, но Джулио через них с легкостью получал необходимую информацию о человеке своего клана. – Всем доволен или что-то нужно? Кстати, о чем хотел поговорить? – было занятно, сможет ли для посторонних ушей с той же легкостью синьор Фалконе поддержать разговор.
Команданте сунул сигарету в уголок рта, щелкнул зажигалкой прикуривая, огонек на мгновение осветил резкие правильные черты лица.
Джулио молча выслушал Фальконе, иногда бросая взгляды на сцену, прищурился, неожиданно узнав новый лот. Губы команданте сжались плотнее. Периодически наблюдая за торгами, он дождался ответа синьора Фальконе и понимающе кивнул. – Не сейчас. В клубе много гостей, всему свое место и время. – небольшой намек, на присутствие полицейских.  - Не волнуйся без работы не останешься. Позвони завтра ближе к вечеру, встретимся в более спокойном месте введу в курс дел и что-нить решим тогда. – команданте докурил, затушил сигарету в пепельнице – А сейчас развлекайся. Найди себе хорошенькую девочку. – Джулс усмехнувшись, проводил красноречивым взглядом одну из миловидных стриптизерш.
Пока они разговаривали, команданте достал чековую книжку и выписал чек на определенную сумму, поставил свою подпись и отправил вместе с одним из сотрудников клуба администратору.
Джулио оставил Джонни допивать алкоголь и ушел, к счастью его вечер работой не ограничился.
---вип-комната.

* Сertamente.- конечно.

Отредактировано Джулс Эрмете (2009-04-30 22:05:29)

86

Антонио Морелло

- Можешь считать, что мне не повезло... если тебя это утешит.
Франческо замолчал - а смысл разговаривать со стенкой? Тони коротило, откровенно заглючивая на крутящейся неподалеку телке в трусах и каких-то своих внутренних бесах, от которых не избавишься просто намывшись с мылом, нацепив белый передник и вывесив табличку "Я теперь хороший". Мафиозный дон - это диагноз. И медицина тут бессильна... а возможно этот взвод имел и химический характер...
Франческо вдруг даже заинтересовался: черные глаза засветились характерным, слегка маньячным блеском исследователя, напавшего на "экземпляр". На чем торчит Тони? Мимолетную улыбочку пришлось спрятать в стакан, дабы не разрушить того самого драматического образа стервы, на который так падок оказался короновский начальник.
Сидит прямо, руки не дрожат, стакан взял у официанта с первой попытки, мысли (хоть и бредовые, но других не великий ум Антонио никогда не рожал) не путаются - анализ симптомов состояния развязного собеседника даже заинтересовал. Ческо никогда не видел Морелло в подобном виде, и желал знать какой препорат произвел такой эффект - речь связная, заикания, забывания слов и прочих расстройств речевого аппарата не наблюдается. Но при этом налицо подергивание ногой - ты в ритме танца... тебе некуда деваться.. 
Антонио наклонился, а может покачнулся в его сторону, предъявляя очередную порцию претензий в недостаточном веселье: черный Ангел не отшатнулся, внимательно наблюдая за приближающимся лицом, отставив руку с сигаретой вбок, чтобы не отвлекаться на необходимость стряхивать пепел. Морщинки у темных глаз сейчас особенно заметны, разбегаясь из темных теней впавших глазниц в резком свете косых прожекторов - Тони уже далеко не мальчик, чтобы жрать, нюхать, колобродить и выглядеть при этом... политиком из аналитического обзора на ящике.
Не твое это, Тони... не твое...
Да, с такого близкого расстояния, что даже дыхание приправленное сбитым фрукторыми ароматами коктейлей перегаром трогает кожу, видны неестественных размеров зрачки. Исследователь должен ставить эксперименты, чтобы получить результат - иначе его пытливый интерес - базарное любопытство.
Пиджак... не, не то, такие вещи держат у сердца... не того. Свободной рукой Ческо аккуратно тянется к соседу, словно желает обнять его дружески за талию, и узкая ладонь... скользит под полу белого пиджака, ощущая тепло человека, натянувшуюся ткань брюк под которыми плоть... пальцы забираются в карман: совсем не далеко, тут же у среза белого хлопка полиэтиленовая гладь - выуживая - о да. Раскрытая перед носом Тони ладонь являет пакетик.
- Ты это называешь танцами?

Отредактировано Франческо Канторини (2009-04-30 19:38:03)

87

Франческо Канторини

Франческо как и был оборзевшим, так и продолжил тем же. Не сказав ни слова, он уже и так взял сигарету из пачки Антонио, так еще теперь и полез шарить по чужим карманам чужого костюма. Более того, костюм был одет на Тони, и двусмысленные пощупывания под полами пиджака, а затем и на брюках, напрягли его. Но ждал, догадываясь, что это не спроста, и не шлепал по рукам раньше времени. Рука Канторини устремилась в карман, как раз туда, где лежал маленький полиэтиленовый пакетик с кокосом. Наверное, когда дон Ческо был молод, он зарабатывал себе на новые кеды карманничеством. Но осуждать Тони его не мог: многие из влиятельных членов мафий начинали с грязных низов.
Когда Франческо бросил свои пощупывания и уже явил на свет пакетик, лежащий в его загорелой ладони, Антонио вопросительно поднял брови и уставился на него, мол, "Ой, чье это?", но потом рассмеялся. Он прекрасно понимал что хотел бы сказать Канторини на это. Равно как и Сабатини. Кажется, у них обоих было трудное детство, лишенное мирских удовольствий. А ведь рассвет восьмидесятых - самый бум разнообразной наркоты.
- Классика. Как кеды "Конверс" на обдолбанном Кобейне. Только этот продукт больше к имиджу клуба. - не торопясь забирать пакет и перекладывать его обратно в корман, Антонио затянулся и с прищуром посмотрел на Франческо. - Ты еще будешь учить меня быть паинькой, Канторини?
Опустив сигарету тлеть на пепельницу, дон все-таки взял пакетик из рук соседа и открыл его. Облизав большой палец, опустил его внутрь так, чтобы на влажную поверхность налипли белые измельченные крупинки.
- Просто отличный... - Тони скосил взгляд на пальце, уже достав его из пакета, и снова наклонился к Ческо, обтирая кокаин о его нижнюю с губу с нажимом. - Вот попробуй.
Слизав остальные крошки, дон спрятал пакетик обратно в карман, затолкав его поглубже, и огляделся - никто ли не видел. Его волновал не тот факт, что могут отобрать или спроводить, а то, что сейчас поналетят девки, жаждающие до халявного кокса. У самих-то денег на него почти никогда не бывает. Наклонившись вперед, Антонио подцепил пальцами сигарету, уже почти дотлевшую, и сделал последнюю затяжке, после чего оттолкнулся от дивана и поднялся, поправляя брюки и пиджак. Официант как раз принес коктейль, и дон, брезгливо выкинув из высокого стакана мешающий зонтик, сделал щедрый глоток.
- Не могу сидеть. Идем, поговорим. - хотел подать руку, но передумал, решив, что Франческо не поймет, поэтому просто ждал, когда тот все-таки решит подняться.

88

» 1ая VIP-комната для приватных танцев

Вернувшись в зал, Сержио вдохнул, медленно выдохнул и поднялся вновь на сцену. Танцы закончились, публика явно с интересом ожидала появление распорядителя аукциона и Сержио не стал заставлять себя ждать. Вновь появившись в свете прожекторов, он начал третью часть торгов.
- Дамы и господа, вы готовы продолжить вечер азарта? Что ж не будем откладывать, кто настолько заждался момента, что аж не терпится?
В зале раздался возглас "Я ..." и некое почти уже только тело без проблесков разума попыталось подняться из-за столика, но усилия канули в лету, полноватый, если не сказать откровенно пузатый, сеньор не дотянул даже до слова "...желаю" и рухнул обратно, осоловело озираясь по сторонам.
- Непременно, сеньор, но боюсь, что в другой раз, иначе вас купит ваш отец и лишь затем, чтобы выпороть вас и уложить спать.
Посмеявшись, Марикьяре оглядел зал, короновцев явно поубавилось, это радовало, продать еще кого-нибудь из клана, а того гляди и самого Антонио Морелло было бы уже слишком для него. Присутствовали и представители Лимите всех мастей и статусов, этих Сержио решил просто не трогать, и спокойнее и безопаснее будет для всех.
Хм, а почему бы вот этим господам не пошевелиться слегка? Должна же быть и от них польза, а то одни убытки пока.
В зале хватало полицейских, их Сержио знал почти всех, выписывая самолично на них пропуска в клуб, так что мог пощекотать парочку из них совершенно спокойно.
- А может быть вы желаете? - взгляд остановился на волевом лице одного из полицейских.
Сержио выбирал между двумя, но остановил выбор все же на Габриэле Лучиа. При одинаковой комплекции, Лучиа смотрелся более эффектно, а следовательно спрос на него будет большим.
- Ведь ничто человеческое вам не чуждо, внесите посильный вклад на благое дело.
Милая, учтивая улыбка, приглашающий жест и явная провокация во взгляде - слабо?

89

Антонио Морелло

Антонио расслабленно перенес процесс тыкания мордой во вредные привычки - кажется на него они влияли поразительно положительныи образом. Морелло прекратил дергаться и повел себя человечнее, словно уличенный в этой слабости позволил и другим тоже их иметь. Его обычный приказной тон с наездом исчез, Тони сделался проще и заговорил о прошлом. Этот клуб с молодежной пилорамой видать для многих оказался той самой машиной, что переносит туда, куда ни кто из нас больше никогда не попадет - к дешевым кедам и обдолбанному Кобейну.
Мы уже старые Тони.. тут ты прав. Вот только коксом молодости себе не вернешь.
Стоически перенеся процесс угощения коксом, Ческо сплюнул на пол - теперь этот горьковатый вкус, давно оставленный позади вместе с юношеской верой в вечную любовь, вызывал неприязнь.
- Не выношу эту гадость... травка лучше, - он вытер губы тыльной стороной ладони, и затянулся глядя как сосед в белом любовно сворачивает остатки заначи.
Этот хозяйственный жест вызвал улыбку. Забавную, со слегка наморщенным лбом и приподнявшимися домиком бровками: Тони сейчас жутко походил на какую-нибудь запасливую мышку-норушку.. ну или там хомячка, засовывающего за щеку орешки. Если рассмотреть их отношения по сути - они всегда строились на внешней стороне бытия и с чисто человеческой точке зрения они друг друга совершенно не знали, при том, что следили через тучи осведомителей едва ли не за каждым шагом друг друга. А вот подиж ты - Антонио Морелло оказался рачительным хозяином с замашками Плюшкина. Забавно. Очень забавно.
Ожидаемо, дона Короны перло... куда-то. Франческо подозревал из собственного давно забытого опыта, что у восходящей звезды политики просто чешутся ноги. Впрочем, он не возражал - сидеть сиднем в вибрирующем гуле клубной жизни уже становилось не комильфо, можно и прогуляться. Черное рассталось с черным, отделившись от кожаной глянцевитости тенью фантома, вспоротого у сердца красной раной свежей еще розы. Канторини залпом прикончил единственный за вечер стакан виски, разлившийся огнем по пищеводу и несколько взбодривший, и с глухим бряцанием поставил на столик.
- Ну идем, коли не сидится...
Посмотрев на Тони и дав понять, что телепатией не страдает и куда идти не догадывается, бросил взгляд и за спину - непрошибаемая глыба Фестера висела неподалеку не собираясь отставать от босса ни на шаг.

90

А вот такой подставы он не ожидал. И зачем только обернулся?! Лестница была уже практически рядом (ах, какой пафос!), но черт дернул еще раз оглядеть зал. И тут откровенно попался. Ведущий стоял на сцене, приглашая Габриэля подняться, и улыбка его была почти очаровательна, если бы не этот взгляд. И лица, с любопытством обернувшиеся и оглядывающие. Первые пару секунд был ступор и желание плюнуть, махнуть рукой и все равно уйти. А потом в голову втемяшилась совершенно рисковая и сумасшедшая идея. Правда, это был шанс 1:n, где n - количество человек в зале, но он был. Лучиа потоптался на месте, потом медленно пошел к сцене. Дурак, что ж ты делаешь?! Как во сне, стараясь не замечать взглядов и поворотов голов, поднялся. Жаркие прожекторы били прямо в глаза, вместе со звуком из колонок доносился обычный голос ведущего - такой бархатистый из динамиков и такой странно-неглубокий "вживую". Ирония судьбы - сцена - возвышение, пьедестал, практически, но насколько ниже плинтуса было сейчас здесь находиться. Парень посмотрел поверх "зрителей". Все уже, сделал глупость, расплачивайся теперь. Теперь ты не лучше их всех. Сравнялись.


Вы здесь » Сицилийская мафия » Ночной клуб "Sole Nero" » Стриптиз-холл с баром (цоколь)