Сицилийская мафия

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сицилийская мафия » "Dolce vita" Вилла Франческо Канторини » Хозяйская ванная


Хозяйская ванная

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://www.popularwealth.com/images/bathroom-roman.jpg

2

Коридоры

Оранжевое солнце сменилось медовой терракотой мраморных стен. Хлопотливая полноватая женщина, уже порхавшая неожиданно для ее округлостей легко, по огромной ванной комнате, скромно опустила глаза долу, быстренько доделывая указания босса - кто именно из ближайшего окружения будет помогать Франческо принимать ванну Луиза считала совершенно не своим делом. Прикурив последнюю лампадку с благовонием, наполнявшим влажный, теплый воздух расслабляющими ароматами, выключила верхний свет, погружая комнату во власть неровного света свечей, тихо и с поклоном поинтересовавшись, не желает ли сеньор Канторини чего-нибудь еще.
- Это все, Луиза, спасибо...
Лишь женщина юркнула в дверь, оставляя мужчин в раю шепота наполняющих огромную ванну на постаменте водных пузырьков, Франческо обернул к себе провожатого, обхватывая за голову руками, и погружаясь взглядом в призрачный малахит с мельчайшими вкраплениями узорчатых точек разных оттенков зеленого... смотрел - долго... без привычного шуршания мыслей в голове. Журчание воды их заменило, тихий плеск и умиротворенность... и ощущение чего-то фатального, неизбежного, смутное, скрытое от разума чувство неотвратимости тяжелой длани Провидения, уже занесенной над ними... мучительно, так мучительно невыразимо все то, что навалилось на душу - не выскажешь. Только едва заметная складочка пролегла на лбу, и словно десяток лет накинули себе ставшие вдруг серьезными глаза.
Но даже себе самому Ческо не мог бы сказать что это за ворон вещий вьется прихотью своей над его подсознанием, терзая предчувствиями... пустое... рука, словно отяжелевшая, налитая свинцом, скользнула по шее, затем плечам, ладонью крепко оглаживая, прощупывая все рельефы, на спину. Без поцелуя. Дон просто взялся за подол майки и рубашки Альваро, одновременно, рывком снимая их через его голову, оголяя библейские мотивы на торсе... и тут же, без паузы, сильные пальцы разворошили таинство застежек модных брюк капо и уцепившись за пояс стянули вниз... голого, хотелось голого, прекрасного тела, и чтобы побежала по жилам кровь, прогоняя неприличную печаль...
- Хорош, подлец, - лизнувший роскошь меж волосатых бедер взгляд тут же сменил мистическую мрачность на осветившую глубины черных глаз похоть. Итальянец оттолкнул ладонью в грудь Каро чуть от себя, - а ну, дай полюбоваться на тебя...
Длинные пальцы уже проворно забегали по пуговицам собственной одежды, разоблачая и золото тела Франческо: быстро и просто, без превращения рутинных процедур в ритуал стрептиза - в воду, хотелось погрузить бренные тела в воду, давая шлюхачески вечно гостеприимной стихии поласкать себя везде везде, и сбросить, наконец напряжение дум. Освободить мозг. Отпустить тело.
В полумраке множества свечей, гирляндами огней вокруг бурлящего водоворота, религиозные сюжеты на движущемся теле словно ожили, танцуя в бликах пламени на смуглой, гладкой коже: Дьявольское зрелище - падение Христа до языческого идолопоклонника шаманящего с бубном вокруг позвоночника на теле любовника... в полумраке курящиеся благовония струили синеватые столбцы дыма окутывая мраморные колонны и мраморные тела.
- Интересно... когда я кончаю тебе на спину, ты считаешь это оскорблением священного лика?
Расчесав пятерней вороные локоны, усмехнулся: провокационные вопросы исподтишка - его фирменный стиль... главное увернуться вовремя от шлепка пониже спины. Что Ческо и не преминул сделать, откинув туфли и брюки в сторону и юркнув в пузырящуюся джакузи... ммм... не удержал стон, закрывая глаза и разжижаясь в мгновенной истоме, охватившей все существо едва бурлящая горячей вода, насыщенная лавандовым маслом, сомкнулась над торсом итальянца маленьким тайфуном местного, ванного значения.

Отредактировано Франческо Канторини (2009-01-17 00:29:13)

3

Сползший в бурлящую лужу разрисованным морским котиком, Каро притягивал взгляд, держа веки затаившегося в засаде зверя открытыми, даже против всесильного ощущения наваливающейся в тепле и неге дремоты. Совсем рядом большущее, сильное тело подразнило выпуклостями мышц и забавной мягкостью спрятавшегося в кожистый мешочек хуя, быстренько утопленного колумбийцем в лавандовой воде. 
О да, побрызгаться, как еноты...
Машинально моргнув и рассмеявшись, смахнул брызги с лица ладонью, пошарил под водой, ухватывая Каро за ногу, коснувшуюся бедра. Проворные пальцы пробежались по ощетинившейся мхом черных, жестких волос щиколотке, поглаживая и ощупывая. Бурлящий пенистый водоем не давал почти ничего рассмотреть в своих глубинах, оставляя лишь призрачные, искаженные преломленным бурлящей толщей светом, отвоеванные у стихии картинки соблазнительных частей тела, однако, оставляя основное пиршество ощущениям тактильным... так пусть то и будет...
- Да, - продолжая как ни в чем не бывало начатую религиозно-эротическую тему, - размазывая свою сперму по божественному лику, я ощущаю совершение ритуала таинства - приобщения себя к Богу, посредством доставления ему особого удовольствия.
Франческо перекинул плененную конечность через свою ногу, сминая пальцы на ступне Аля руками, сначала чуть массируя, а потом, коварно зыркнув на капо, проведя по всей подошве ногтем, то ли царапая, то ли щекоча, заставляя табуны мурашек ринутся вверх по голенастому парню. Сладостные издевательства над Каро доставляли неземное блаженство Ческо: в Але несмотря на всю его мачистость, была какая-то отчетливая детская и чистая нотка, которая именно в таких провокациях и показывалась, вызывая в Крестном особое умиление своим мрачным любовником.
Однако политика умного - это всегда политика кнута и пряника: оставив щекотку, прижал стопу Каро к паху, меж широко расставленных, свободно плавающих подбиваемые снизу пузырьками ног, словно наступая себе на яички, поджимая чувствительнейшие детали в своеобразном массаже... игриво следя за все время за реакциями.
- Тебе не кажется, что пузырьков малова-то?
Кайфуя от ласк подводных, Франческо потянулся за мраморный бортик, стараясь не столкнуть с него свечку в стеклянной плошке, и подтянул к себе ведерко с красующейся во льду бутылкой шампанского - ладонь обняла ледяное, покрытое испариной стекло, добавив остроты контраста в чувства... ага... грязные мыслишки... и столь же грязный взгляд, брошенный на Каро. Одной рукой вытащил из ведерка темно-малахитовую, в цвет глаз колумбийца бутыль, другую сомкнул на его щиколотке, резко дергая, и подтаскивая к себе.
Едва размякший, вальяжный убийца оказался в его объятиях - ледяной бочек Дона Периньона погладил его мокрую шейку сзади, под откинутыми предупредительно доном на бок влажными волосами. 
- Шампусик тебе идет, красавчик...
Шампусик ему и вправду шел: помимо глаз, в татуировках Каро обширно использовался темно-изумрудный.

4

- Кончину Морелло... не много ни мало... вырвалось само собой, легко и естественно.
Такое огромное, от того что сидело сверху, и такое соблазнительное, потому что двигается переливаясь чутко и нервно, пахнущее теперь сандалом и лавандой, тело льнуло, уворачиваясь от леденящего стекла бутылки, лоснящимся юным тюленем, придавливая смеющегося (срываясь все чаще и чаще в придыхание) Франческо нешуточной тяжестью рослого мужчины почитающего физический труд выше умственного. Это возбуждало - кого как, итальянец никому не навязывал, а вот его невыразимо заводило сжимать в объятиях, не цедя прилагаемые усилия в опаске что-нибудь сломать, такого вот крупного парня как Альваро... в его опытных руках ставшего однажды ласковым, как котенок, и теперь каждый раз отдаваясь, превращаясь из грозы банды бруталов в трепетного любовника. Манящее и завораживающее превращение: побуждающее хотеть большего - помучить и заставить изогнуться еще выразительнее, еще развратнее, заелозив на коленях.
- Конечно, счастье мое, щас все будет...
Выдохнув в поцелуй, одной рукой чуть приподнял Аля за бедра, усаживая на себе извивающегося ужем колумбийца удобнее, чтобы не соскальзывал в бурлящем котле импровизированного Адского чана (только чертей не хватало, помешивать черпаками похлебку страсти) и взялся за бутылку, поглядывая из-за широкого плеча Каро. Крепкие пальцы разорвали фольгу вокруг пробки, небрежно стряхивая прилипающие к мокрым пальцам Серебряные ошметки прямо в воду, ослабили закрученную проволочку, жадные губы чмокнули в плечо - Франческо потряс благородную жидкость для пущего грохоту и выпустил скопившиеся газы на волю, с оглушительным победным хлопком вытолкнувшие пробку из толстого горлышка. Драгоценная влага вспенилась, выливаясь искрящейся лавой на костяшки руки, облизывая пальцы дона.
- Открой ротик...
Душ чемпионов - сверху, пенным дождем дополняя рокочущую пузырями ванную ласкающую снизу. Без удержу смеяться, глотая, отфыркиваясь, струю терпкого игристого, и напоить партнера: властно, настойчиво, вцепившись рукой в волосы задрать голову, побуждая открыть рот, и почти всунуть зеленый край горлышка между губ, наполняя чашу рта любовника сразу через край... так безумно развратно и красиво, шлещущее изо рта шампанское, текущее по уже обозначенному жесткой щеточкой щетины подбородку, судорожно дергающему кадыком горлу, мощной груди, обегая вздернутые соски и стекая в бурлящую джакузи. Несколько бесконечных секунд Франческо любовался едва не захлебывающимся пузырящейся пеной капо, а потом прижался к его рту, выпивая избыток пьянящего напитка прямо с губ, срываясь в полубезумный хохот, и выливая прямо сверху на их слившиеся в поцелуе лица еще шампанского
- Какой ты красивый... какой развратный... - сбивчивый, прерывающийся все новыми и новыми отрывистыми, жалящими касаниями губ шепот, - демон похоти, Инкуб... хочу тебя...
А рука уже скользила, опускаясь под воду, по упругим бедрам назад, побуждая подаваться на большое тело, перебегая на выпуклый, округлый зад, проникая пальцами между его половинкми туда, куда хочется больше всего, приоткрывая их так, чтобы массирующие пузырьки достигли и подразнили самое чувствительное - точечку выхода на поверхность кожи тонкой слизистой оболочки открывающей врата в Рай, вызывая ту же жажду, что сейчас разгоралась в крестном все сильнее - и терпкий игристый виноград льющийся сверху вовсе не то, что ее способно утолить.

Отредактировано Франческо Канторини (2009-01-23 07:43:26)

5

Под умелыми касаниями Ческо чуть вздрагивает - из-под пальцев Каро горячая волна идет вверх, к голове нажимая на виски - но не всегда они были такими. В памяти почему-то на мгновение оживают воспоминания о совсем другого Каро, и черноволосый демон страсти улыбается почти мечтательно в шампанский поцелуй: щеки капо вспыхивали от любого касания, стоило Ческо позволить себе фривольный жест наедине, а малахитовые глаза становились такие глупые глупые, с поволокой, как у ягненка на заклании - почти испуганные. Удивительная свежесть во взрослом парне. Местами и сейчас проглядывает, создавая томительный и полный скрытых соблазнов колорит мрачной фигуры капореджиме Альваро Каро.
- Хорошо как никогда, малыш...
Улыбается все шире, сверкая белоснежными зубками меж ярких губ, растянутых в довольстве, что так и норовит соскользнуть в судорожный вздох, подчиняясь большому пальцу любовника, что распоряжается с любимцем в подводной стихии ни чуть не менее ловко нежели в воздушной. Ческо решает не отставать и отомстить сторицей, покрутившись указательным пальцем вокруг дырочки в тылах собственной службы безопасности, и толкнувшись внутрь, ощущая как палец стиснуло тесное колечко за которым - в мышцах - тепло и мягко.
Ритмика взаимных ласк двух зверей - словно танец. Каждое движение подхватывается и продолжается своим, ответным.
Ответ колумбийца пахнет страстью и опаляет жестким требованием удовольствий: ультиматум на который любой любовник готов ответить безоговорочной капитуляцией...
- Большой говоришь, - таз инстинктивно подается вперед, на встречу движению крепкой руки, а дразнящий палец выскакивает из ануса, вытолкнутый сильными мышцами, - сейчас проверим...
С хищной усмешкой Канторини отставляет почти пустую уже бутылку подальше на бортик джакузи и обнимает Аля, придерживая снизу за бедра, собираясь приподнять... но сначала притопить! О да, куда же эти двое без игрищ. Франческо резко и отрывисто целует сахарные уста, и тут же уходит под воду, позволяя заднице поскользнуться на уступе седущки, погружаясь в бурлящую пучину сам, и утаскивая туда же жертву собственного похотливого сглаза.
Краткий миг щенячьей возни в клубах лопающихся о барабанные перепонки пузырей. Вода плещет через край, заливая с шипением несколько свечек: клубящиеся морские котики великоваты для уютного водоема - так и норовят лягаясь ножищами своротить что-нибудь из любовно расставленных по берегам банных принадлежностей. Интерьер спасает (пока спасает, а дальше как пойдет неизвестно) все то же желание, что разжег в чреслах Ческо фривольной рукой колумбиец. Поплескавшись в глубине, босс вынырнул, мало что сооброжая сквозь струи заливающей глаза воды, вытаскивая за собой и отплевывающегося Каро, и, не давая опомнится, толкнул к бортику, подхватывая за талию и усаживая на него мощное тело... а следом тут же и укладывая, толчком в грудь, спиной на мраморную площадку, снеся с нее покатившиеся в разные стороны баночки с ароматическими маслами (так что интерьер продержался не долго, как ни старался).
И тут же ладонь снова протискивается между ног все туда же, куда любит безмерно соваться ища бархатной мягкости и животной упругости, пока Ческо пристраивается одним коленом с боку на бортике, склоняясь и покрывая живот мужчины быстрыми поцелуями, пытаясь угнаться за всеми скорыми капельками, что скатываются с его затвердевших кубиков на мрамор расплываясь лужицей под телом капо.

Отредактировано Франческо Канторини (2009-01-30 08:35:53)

6

В мерный рокот пузырьков, все еще лижущих одну ногу, вплетается шорох двух дыханий и потрескивание свечей от попадающей на них воды - Ческо стряхивает ее с пальцев, собирая с живота Каро, чтобы не стояла в ямочке пупка ревнивой преградой жадным поцелуям.
- Потерпи, еще чуть-чуть... сладость моя...
Вдыхает последний раз: через силу, вжавшись носом в упругую кожу расчерченную черными, карандашными штрихами волос, и отрывается, почувствовав больше свободы ласкающей руке. Каро завелся и не собирается размениваться на ласки - хочет истинных услаждений плоти. Лишь в антрацитовых глубинах глаз мелькает тень улыбки - Ческо сосредоточен, как поп на исповеди, внимая сигналам отданного ему безропотно тела.
а кто бы подумал, что в простом парне из тропических лесов можно открыть такую чувственность... мне бы кто сказал - не поверил бы...
Приподнялся, огладил обоими руками сразу, внутри раздвинутых бедер, сгоняя запутавшиеся в волосах капли и торопливо целуя - как ни велико было бы нетерпение подогретого капо, но не хотелось жертвовать ни единой унцией сладкого меда обладания. Любоваться звериным нетерпением - удовольствие не меньше, возможно, чем удовлетворять его... тем более... повторить удасться не скоро... возможно.
да, потому что я знаю, куда пошлю тебя завтра... в доказательство мужественности и преданности. Амен.
Тяжелые бедра ложились на ладони приятным спудом, позволяя ворочать безвольно распластанное тело, лениво, чуть чуть напрягая бицепсы - руками, как тушку забитого животного на рынке, наслаждаясь чувством бесконечной власти. Физической, беспорной... и потянуться к полочке на стене, опираясь для балланса локтем о шаткую стопку пушистых полотенец - там баночка со смазкой... ага, не все же жескача играть. Сегодня ванильный вечер.
Показав Каро (мол оцени, какая забота), открутил крышечку, запуская в пахнущую розами (ну что за моветон) силиконовую субстанцию пальцы, набрал щедро, покатав по ладони, согревая, и снова собрав жирную горку сложенными ложечкой указательным и средним. Пристроился сзади, по прежнему опираясь на одну выпрямленную ногу и одну подложив под поднятое и отведенное вбок бедро любовника - нащупав вход, погрузился в него двумя пальцами сразу, благо регулярные (уже третий раз на сегодняшнем дню) занятия сексом способствуют эластичности.
- ммм.... - и как всегда - знаешь, что будет приятно трогать - там, а все равно каждый раз словно впервые, - вот так, сладкий... ведь так ты хочешь?
И обязательно следить за в этот момент за лицом, ловя отголоски ощущений...

Отредактировано Франческо Канторини (2009-02-03 02:02:03)

7

- Мммм... - хитрый взгляд нежного садиста, - значит, займемся удовлетворением тебя с двух сторон... дрочи!
Приказ сопровождается выскальзыванием проворных пальцев из мягкой, разработанной глубины. Жар Каро заливает крестного - да и чего тянуть, если можно этого не делать? Колумбиец - здоровый, взращенный на огурчиках да помидорчиках с фамильного огорода парень. Не восемнадцать, конечно, но темперамента не занимать: зачем себя сдерживать, если вместо этого можно собрать урожай дважды, если не трижды... лишь бы нива плодоносила.
Сластолюбца должно хватить на парочку кругов.. а хватит ли тебя?
Прислушавшись к собственному организму, итальянец склонен скорее решить что да - на сегодня он уже перебесился, и чувствовал себя готовым к изысканным извращениям растянутым во времени.
Ческо набирает глубокий вдох, подводя к раскрывшейся порозовевшим бутоном дырочке налитую нетерпением головку, и на выдохе задвинул член внутрь - где-то на две трети, покрываясь крупными мурашками невыносимо сладостных ощущений. Каждый раз словно самый первый. Визуальная атака - кулак надевающийся на роскошного молодца между Альваровых ног, нещадно растопыренных. Итальянец едва не всхлипывает, заставляя себя подержаться маленько, пока любовник привыкнет, а потом начинает двигаться - медлительно первый сет мягких толчков, словно подталкивая татуированную руку к определенному ритму.
- аххх... дьявол... - несколько судорожных вздохов с закрытыми глазами, пока первая, обжигающая волна схлынет и судорожный спазм отпустит горло, - думаю, если сосредоточишься, кончишь сначала так, а потом вместе со мной... попробуем?
Склонившись к выгибающемуся телу, провел ладонью, дразня, от шеи, по груди, задержавшись подушечками на отвердевших сосках и к животу, напряженно натянутому мышечным спазмом. Положив руку сверху, повторил контуры сжатой на члене ладони, вторя движению Каро - лишь снизу вверх и обратно, а потом снова скользнул, еще ниже, окуная пальцы в переливающуюся тончайшей лайкой кожи мошонку, перебирая и перекатывая в пальцах налитые яички.
А движения тем временем обретают глубину и силу. Чем громче лопающиеся в мозгу пузырьки шампанского, тем с большей силой устремляются на встречу с подставленной удобно попкой бедра итальянца. Работать ими не встречая особого сопротивления в щедро смазанном анусе легко и приятно, и Ческо не перестает улыбаться и счастливо жмуриться, погружаясь с головой в водоворот сладостных импульсов, бегущих непрерывной струйкой от нежно сжимаемого упругой задницей члена вверх - в голову. Совсем не долго и он срывается в легкие постанывания, рокочущие где-то в глубине груди, едва различимые на фоне мерного бурления джакузи. Ческо впадает в медитативное состояние сплошного кайфа, почти не осознавая своих действий. Его ведет природа - она его никогда не подводила...

8

Собственное имя, смешанное со спермой и стоном, просачивается сквозь пальцы приковывая взгляд и слух. Удержать себя оказалось легче, чем ожидалось - невыразимая красота момента грозила перерости в шедевр искусства остановив движения вовсе, загипнотизировав в тягучей патоке нарастающего оргазма мужчины распластанного на терракотовом мраморе, словно нарисованного на нем... вернее вылепленного. Изваянного руками божественного Праксителя, но ожившего, подчиняясь капризу всесильного Крестного. Чтобы доставлять ему удовольствие. Ческо почти замер пожирая невыносимую сцену сладострастья взглядом на длинном, медленном- медленном "вовнутрь", а из приоткрытого рта не дуновения - дыхание осталось в легких, вместе с желанием остановить мгновение.
Открывшиеся глаза, изумрудная инкрустация в бронзе, напомнили что надо дышать... и что тиски вокруг члена все еще не  дают покоя. Итальянец опомнился, хрипло выдохнув, и подхватив узорчатое тело рукой под еще круче изломанную ложбинку в изгибе спины, ощущая напряженные жгуты мышц, ринулся вперед
- я... я-я сейч-час... сбился...
Торопливые, едва ли не стыдливые слова вызывают у самого себя улыбку и жар приливает не только к паху, но и к ушам. Впрочем, итальянец быстро справляется с собой - объятия длинных Кариных ног приходятся как нельзя вовремя, сосредоточивая на главном. Он наклоняется к любовнику, жадно срывая с влажных губ поцелуй, и быстро набирает темп, входя в него глубоко и мощно. В ароматы лаванды и сандала наполняющие роскошную ванную вплетается еще один, терпкий, узнаваемый запах испаряющийся с горячей кожи живота колумбийца - запах семени возбуждает и дразнит. В голове он ассоциируется с опавшим на простыни телом и ароматом сигареты, выкуренной на двоих. Сейчас, в разгар размеренных, настойчивых толчков он кружит голову иллюзорным призраком растянутого в ленту Мебиуса удовольствия: дорога без конца, марафон без финишной ленточки - тебя возбуждают - ты кончаешь, ты кончаешь - тебя возбуждают. Только пот застилающий глаза и капающий тяжелыми, налитыми каплями с кончика носа на бронзовую, едва опушенную в ложбинке меж сосков грудь, свидетельствует о жестокости материального бытия - законы физики неумолимы, и Ческо чувствует, что этот рывок будет последним. Итальянец держится довольно долго, доводя себя до исступления, до истощения сил и терпения, зная что в нескольких метрах - мягкая кровать и сладкое забытие, что растворит без остатка усталость, но оставит чувство глубочайшего удовлетворения.
Его глаза закрываются сами собой, минимизируя внешние впечатления и увлекая чувства внутрь и вниз, туда, где разгорается, словно тлеющий костер под дуновением ветра, начиная сыпать обжигающими искрами, взрываясь всполохами под сомкнутыми веками. Одной ладонью вжавшись в пол, другой обняв отпущенный владельцем член, двигая в противофазу - бедра с мокрым шлепком впечатываются в задницу, а рука сдвигает крайнюю плоть захваченного органа вниз - и разошлись в обратные стороны... еще минута, две, три... конвульсии теряющего контроль и беспорядочно тыркающегося куда-то тела, прерывистый стон раненного зверя - со всхлипом. Пальцы сжались вокруг головки еще липкой от предыдущей порции...

Отредактировано Франческо Канторини (2009-02-15 10:22:44)

9

- Ммммм...
Он утыкается мокрым лбом в жертву - хищник, разорвавший лань изнутри. Горячее жгет ладонь, изливаясь изнутри и опустошая мозг. Конвульсии тела переходят в конвульсивные содрогания кончиков нервов, выходящих на поверхность кожи - везде, где два тела соприкасаются, стремясь к перемешиванию.
Тяжелое дыхание и сопение: загнанного животного, недовольной, или наоборот довольной твари, выполнившей свое предназначение в этой жизни. Горячий шепот в соленую лилию на плече
- Великолепен...
И сильные руки сжимают бока добычи, уволакивая во след оседающему в бурлящую глубину ароматного водоворота. Нежность - теперь страсть сменилась ленивой негой томной нежности. Нежить и ворочать, усадив на себя, обмывая липкие и терпкие формы, гладя и сминая пальцами - почти безотчетно, инстинктивно. Вялые, услажденные мысли плетуться, заморенные, в след за движениями рук, и еле ворочающийся язык слагает фразы сам собой
- Сейчас мы пойдем спааатеньки...
Глаза почти все это время закрыты. Сон наваливается липкими клоками едва давая дышать, залепляя дыхательные пути и лишая мозг кислорода, от чего все процессы в нем замедляются, становятся вялыми, мягкими, опадают тяжелым, весенним, пропитанным водой снегом, и, отламываясь под собственной тяжестью, рассыпаются в серебро хрустальных брызг. Чем-то мутным и вялым Ческо понимает, что может уснуть прямо так - сидя в джакузи, уткнувшись лицом в слегка поросшее шерстью углубление между грудными мышцами капо.
Это не прааавильно... наааадо в кровааать... кровать...
Эту цель приходится ставить себе отдельно и делать над собой усилие. Со стоном выдыхает:
- Ах... кровать...
Булькающая, горячая субстанция начинает душить. Дон чувствует что задыхается в расслабленности и полусне, под давлением тяжелых бедер и рук, обхватывающих пеленой тумана. Последнее - во истину не человеческое -  усилие воли: встать. Вот она - истинная погибель. В ласкающих объятиях любовника, лишающих воли и сознания... я не прощу тебе моего падения... Каро...
Выволакивает любовника из воды на край ванны, и периваливает, тяжело, словно трех тонная туша, через него сам, не торопясь вставать: привалившись плечем к колумбийцу сидит еще несколько минут, успокаивая сердце, уже выскакивающее из груди от жара ванны и секса, и, наконец встает, опираясь о партнера. Путь от ванны до постели в мозгу не регистрируется.
В какой-то момент Франческо просто находит себя на хрустящей простыне, мордой в горячее плечо. Рука - поперек живота в тугие квадратики пресса. Выдох. Блаженный. Счастливый. надо что-то сказать... да, в таких случаях всегда что-то говорят... Хриплый, севший от полной потери владения своим телом голос:
- Завтра ты убьешь Морелло...
Или это было не то?..  какая разница... он никогда не следовал избитым формулам - пусть и на этот раз пожелание спокойной ночи несет особый смысл.

Отредактировано Франческо Канторини (2009-02-24 04:50:46)


Вы здесь » Сицилийская мафия » "Dolce vita" Вилла Франческо Канторини » Хозяйская ванная